Опубликовано: 10800

Сделать столицу “жилой”: главный архитектор Нур-Султана о своей работе

Сделать столицу “жилой”: главный архитектор Нур-Султана о своей работе

В этом году, после истории с то ли осушением, то ли благоустройством Малого Талдыколя, все горожане, даже далекие от стройки, узнали о существовании управления архитектуры и градостроительной деятельности и запомнили имя его руководителя Нурлана Уранхаева.

Но споры с экоактивистами – лишь малая часть задач, которые должно решать управление архитектуры.

И сегодня главный архитектор Нур-Султана Нурлан УРАНХАЕВ рассказал “КАРАВАНУ” о том, как город борется с несанкционированной застройкой, что делается для того, чтобы горожанам было удобно жить, и что будет в новом Генплане столицы.

Да ну его, болото?

– Нурлан Тельманович, когда мы разговаривали с вами в прошлый раз, вы говорили, что видите свою основную задачу в том, чтобы навести порядок в разрешительной документации. Навели?

– Думаю, да. Мы не имеем просрочек по государственным услугам – все документы по запросам граждан выдаются день в день. Многие услуги переведены в онлайн – теперь нам не нужно приносить в офис те или иные бумажки. Не выходя из дома, человек дает заявку, мы ее рассматриваем и выносим решение.

– Какие теперь задачи вы ставите перед собой, как перед главой управления архитектуры и градостроительства?

– Развивать город дальше. Делать его всё более удобным для горожан. Это, в первую очередь, транспортная, инженерная и социальная инфраструктура, соблюдение архитектурных норм.

– Как-то совпало, что на вашу долю выпало много дискуссий о развитии столицы. Вы отслеживаете в соцсетях, что говорят люди, к примеру, о Малом Талдыколе?

– В соцсетях я скорее читатель, чем писатель или комментатор. Вот, скажем, есть Илья Варламов. Я часто смотрю его видео, читаю публикации – у него есть диплом архитектора, и он достаточно компетентен в данных вопросах. Бывает, что я с ним мысленно соглашаюсь, в том числе, когда он говорит о недостатках нашего города.

Но не надо забывать, что критиковать всегда гораздо легче, чем делать. И его “хлеб” – это рассуждения, споры и прочий хайп. А я себе такого позволить не могу. Один комментарий в социальной сети может спровоцировать бурную и долгую дискуссию, а я просто физически не могу столько сидеть перед компьютером или телефоном и дискутировать. Кто работать за меня в это время будет? Я госслужащий, моя основная задача – защищать интересы государства, а не вести долгие разговоры в соцсетях.

– Тем не менее, несмотря на все доводы активистов, вы несколько раз с разных трибун подтверждали свое мнение о том, что оставлять Малый Талдыколь в том виде, какой он есть, нельзя. Вы настолько верите в свою правоту по этому вопросу?

– Нур-Султан – это уникальный город. 10 лет назад население здесь было 600 тысяч человек, сейчас – миллион двести! То есть за 10 лет численность горожан выросла в 2 раза! Такого стремительного роста нет нигде в мире. Что это значит с позиции градостроительной деятельности? Только одно – город будет расти и дальше, наша задача – сделать так, чтобы всем в нем было комфортно.

У нас сейчас 75 тысяч учеников, а через 10 лет, по прогнозам, будет 400 тысяч. Просто вдумайтесь в эту цифру! Где они будут учиться все?

А где будут жить люди? Вот на какие вопросы я должен отвечать.

Что касается Талдыколя, я никогда не скрывал, что не эколог, не биолог, не орнитолог… Я не могу рассуждать о том, где должно быть гнездование тех или иных видов птиц. Я в этих вопросах опираюсь на документы, которые составили профессионалы в этих отраслях и предоставили государству.

Моя задача – сделать город комфортным. В первую очередь – для людей, которые в нем живут. Можно как угодно называть эту территорию: озера, водно-болотные угодья, болото… Я бы предложил термин “водный объект”.

И разве горожанам будет хуже от того, что его благоустроят – очистят от ила, запустят рыбу, сделают вокруг него пешеходные дорожки? Что в этом плохого, я понять не могу?

Так что, отвечая на ваш вопрос – да, я считаю, что мы всё делаем правильно. Я уверен, что со временем это станет одной из зон отдыха в столице, как и озеро Большой Талдыколь, который в наших планах сделать центром экопарка в городе. Но, к сожалению, очень часто люди ко всему новому относятся негативно. Я это еще на примере Алматы помню.

За что архитектор ждет спасибо?

– Кстати, да! Пока вы заведовали архитектурой Алматы, жители города тоже были недовольны некоторыми идеями. К примеру, реконструкцией центральных улиц. А сейчас за них же вас и благодарят. Как думаете, астанчане скажут вам в итоге спасибо? За что именно?

– Если я скажу, что мне совсем уж не хочется слышать благодарности горожан, то, наверное, совру. Но это точно не основная цель моей работы. Для меня очень важно, чтобы мы что-то сделали, а люди бы этим пользовались.

Вот, к примеру, наш офис находится на улице Мамбетова. Я такой человек, что могу и в выходной на работу прийти – мне просто приятно смотреть из окна, как люди ходят по променаду! С детьми гуляют, кофе пьют… Здорово же! Меня они, скорее всего, даже не знают, чтобы, столкнувшись на улице, спасибо говорить. Но я вижу, что эта идея пришлась жителям по душе.

В следующем году, наконец, завершим реконструкцию площади перед акиматом – будут здесь фонтаны, сквер. Тоже люди начнут гулять. И мне этого достаточно, чтобы понимать, что не зря работаю.

Пространства под мостами, опять же. Были ведь те, кто говорил, что это лишнее. Но сейчас пройдитесь по городу – везде молодежь в баскетбол играет, детишки бегают, взрослые отдыхают.

У нас люди любят замечать что-то масштабное, но город ведь не только и не столько из гигантских и ярких зданий состоит, ему нужны скверы, дворы благоустроенные… Вот за что управление архитектуры отвечать должно!

– Это та самая концепция “комфортный город”, о которой много говорится в последнее время? Насколько вообще эта идея возможна в Нур-Султане, где климат полгода совсем не способствует прогулкам?

– И что теперь? Ничего не делать? Может быть, если бы у нас были горы, мы бы ходили в горы. Но нет их, что теперь?

На самом деле это миф, что астанчане полгода никуда из дома не выходят! Посмотрите – все зимние городки заполнены. На улицах люди гуляют.

Ну и потом, концепция “комфортный город” – она же гораздо шире, чем создание условий для променадов горожан. Это и шаговая доступность различных объектов, в том числе – социальных, и возможность быстро добраться из точки “А” в точку “Б”, и многое другое.

Транспортный коллапс

– Давайте, раз уж зашла речь о возможности быстрого перемещения по городу, поговорим о транспорте. Как уже сообщил аким столицы Алтай Кульгинов, проект ЛРТ будет всё же завершен. Но ведь очевидно, что он разгрузит только часть города. А как же другие улицы? К примеру, вечно стоящий Мангилик Ел? Республика? Туран?..

– Транспортную инфраструктуру нам, однозначно нужно развивать. Наши болевые точки – это проспекты Кабанбай батыра и Туран, улицы Сыганак, Сарайшык, Круглая площадь. В этой связи, как мне кажется, проект расширения проспекта Кабанбай батыра очень нужен. Мы также хотим сделать его и Туран скоростными. Но это планы на будущее.

Сейчас же город строит мосты на улицах Улы Дала и Тауелсиздик. Это частично снимет транспортный вопрос. Но уже сейчас, как мне кажется, городу не хватает моста четыре как минимум.

Строго по плану

– Ключевой элемент градостроительства – Генплан. Несколько лет назад было сказано, что Генплан казахстанской столицы будет обновлен. Эта работа идет?

– Полным ходом. Думаю, что уже в следующем году мы представим этот документ на обсуждение горожан.

– Не боитесь новой критики?

– Я верю, что коллективный разум способен выдать очень ценные идеи. К примеру, когда мы презентовали обновленную программу благоустройства Алматы, один из горожан предложил мост через озеро Сайран. Классная же идея! Неосуществимая, правда… Но тут же смысл в том, чтобы люди не ждали чего-то, а сами думали о том, как сделать наш город лучше. Ради этого я готов к критике.

– Чем новый Генплан принципиально отличается от старого?

– Сейчас мы проектируем с учетом новых прогнозов о численности населения Нур-Султана. При этом ключевой момент – достаточность социальной инфраструктуры. На мой взгляд, школ и больниц городу должно не просто хватать, их должно быть с избытком. Они должны конкурировать за учеников и пациентов друг с другом. Тогда будут и качество, и доступная цена.

– Наряду с социальной инфраструктурой людям нужны транспортные развязки и инженерные сети. А у нас уже есть в городе районы, где слабый напор воды в кранах, дома, где по вечерам низкое напряжение, потому что трансформатор не рассчитан на возросшую нагрузку. Эти моменты как будут решаться?

– Когда мы встречались с вами год назад, я говорил, что мы никому не даем АПЗ – архитектурно-планировочное задание, которое равно разрешению на строительство, если расчеты показывают, что инженерные или другие сети не выдержат нагрузки. Это моя принципиальная позиция, и я уверяю, что так будет и впредь.

В то же время, понятное дело, это системные проблемы. Но они не свалились на нас вдруг. Уже давно был предсказан дефицит тепловой энергии, поэтому было начато строительство ТЭЦ-3. Но вот в чем вопрос – чем ее топить? Я был как-то в Улан-Баторе зимой – город задыхается от смога. Потому что холодно и людям нужно тепло.

Да и Нур-Султан уже сколько лет страдает от печного дыма. В этой связи очень мудрым и дальновидным было решение Елбасы протянуть сюда газ. Эффект есть уже сейчас – смога стало меньше. А когда на газ будет переведен весь город, мы все сможем дышать полной грудью.

И на ТЭЦ-3 будут стоять газовые котлы, что раньше было просто невозможно.

Также строятся дополнительные очистные сооружения, насосные станции. В курсе мы и проблем с водой. Министерство экологии этот вопрос отрабатывает. Проводится оценка нескольких дополнительных к Вячеславскому водохранилищу источников.

Чтобы руководить архитекторами, самому быть архитектором не нужно

– Вы – глава управления архитектуры без диплома архитектора. Это не мешает работе?

– Ничуть. Я по образованию инженер. Это достаточно близко. Кроме того, как и любому человеку, мне не чуждо чувство прекрасного. Это, во-первых. А, во-вторых, поработав здесь, в Алматы и в регионах, я твердо убежден, что руководитель управления должен быть в первую очередь менеджером. Наша задача – следить за тем, чтобы соблюдались все нормативы, а не создавать архитектурные проекты. Для этого есть бизнес, есть “Астана Генплан”, где работают очень грамотные архитекторы. И если это будет нужно, я без ложного стеснения с ними посоветуюсь.

Ну и плюс в Казахстане очень много талантливых архитекторов, зачем я буду забирать их хлеб? Наоборот, мне кажется, я должен сделать всё для того, чтобы им было проще творить. Поэтому у нас есть дизайн-код, который четко регламентирует требования по фасадам, облицовке и так далее. И недавно мы завершили оцифровку города. Теперь любой профессионал может онлайн посмотреть, где и что есть, а где что-то нужно строить, и предложить свои идеи.

Вкладываться в ненадежную стройку – как перебегать дорогу в неположенном месте

– Вы уже упомянули, что успели поработать в самых разных уголках Казахстана. Есть ли какие-то принципиально разные подходы к градостроительству, в зависимости от местности?

– На самом деле, особой разницы нет. Зачастую люди не могут посмотреть на свой город свежим взглядом. К примеру, когда я работал в Восточном Казахстане, как раз начиналась программа жилищного строительства. Каждый регион должен был построить определенное количество квадратных метров. Мы для микрорайона в Усть-Каменогорске долго найти место не могли – город старый, застроен плотно.

Я тогда приехал в город, огляделся и понял, что самое лучшее место – это окрестности комбината шелковых тканей. Замакима города тогда была Вера Николаевна Сухорукова, царство ей небесное. Она так удивилась моему предложению. Это была окраина, никто не видел в этом районе потенциала. Но мне, приезжему из Семипалатинска, были очевидны плюсы: рядом горы, все промышленные предприятия расположены ниже, коммуникации рядом. Идеальный вариант для жизни! А если сделать хорошую дорогу, то вообще проблем нет. Если сейчас приедете в Усть-Каменогорск, вы этот район не узнаете – он самый застроенный, но при этом самый экологически чистый.

Схожий подход в Алматы – жить лучше в горах.

А вот в Нур-Султане ситуация совсем иная, здесь везде степь, поэтому нет столь явного контраста по чистоте воздуха между районами. Значит, смотреть надо, в первую очередь, на транспортную инфраструктуру.

Есть общая проблема – коренным жителям достаточно сложно видеть перспективу в новых районах. Мне в этом плане проще.

– Вот уже много лет акимат столицы решает проблемы дольщиков. Но если проехаться по городу, особенно по его окраинам, можно заметить много строек, которые расположены, очевидно, слишком близко к трассе, АЗС, что запрещено. Плюс существенно выросли цены на стройматериалы. Всё это может стать причиной появления долгостроев и новых обманутых дольщиков. Вы этот вопрос как-то отслеживаете? Как не попасть в сложную ситуацию горожанам?

– Разумеется. У нас есть ГАСК, который постоянно анализирует ситуацию. Также в “Астана Генплан” у нас есть отдел мониторинга. Он фиксирует все заявки на получение или продление разрешения, которые выносятся на земельную комиссию, отслеживает все стройки города. И когда мы видим, что где-то что-то строится без соответствующего разрешения или не в границах очерченного участка, мы обязательно направляем предупреждения нашим коллегам из ГАСК. Нурлан Уранхаев: не нравятся мои решения – переписывайте СНиПы!

Что касается жителей, то прежде чем вложиться в строящийся объект, нужно обязательно просить у застройщика разрешение на привлечение средств дольщиков – оно выдается только при наличии банковской гарантии и уж точно на объекты, получившие все разрешения от нас.

– Обычно такие дома стоят гораздо дороже, чем те, которые продаются по договору бронирования или цессии…

– Ну надо помнить, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Вкладывать деньги в такой дом – всё равно что перебегать дорогу в неположенном месте. Может, действительно, всё будет нормально – дом достроят, введут в эксплуатацию, и вы приумножите свои инвестиции. А может, и не получится…

Проблема в том, что мы можем вовремя выявить нарушения, но не можем запретить продавать квартиры. Так что тут и сами люди должны смотреть. Мы со своей стороны создали черный список объектов, который ежемесячно обновляется и висит на сайте акимата Нур-Султана. Некоторые застройщики, кстати, как только попадают в этот список, оперативно устраняют нарушения, и через месяц мы их уже не включаем. Но всё равно нужно понимать, что, если тот или иной объект попал в черный список, значит, как минимум сейчас у него есть проблемы.

Ответственные за красоту

– Каждый ваш предшественник старался построить нечто грандиозное – спортивный комплекс, жилой район и так далее. Вы не боитесь запомниться как автор малых форм?

– А что в этом плохого? Взгляд человека редко поднимается выше второго этажа. Именно малые формы и придают городу уют.

Кроме того, крупные объекты у нас тоже строятся – ТЭЦ-3, насосно-фильтровальная станция. Они в будущем сделают жизнь астанчан гораздо комфортнее, чем сейчас.

– А что-нибудь красивое?

– Ну, красивое не город строит, а бизнес. Сейчас, надо откровенно признать, все немного растерялись после пандемии, есть финансовые проблемы. К примеру, в 2019 году мы ждали, что уже в марте 2020 года будет достроен торгово-развлекательный центр по Республике. Но у собственника здания не получилось. Вроде бы были инвесторы, желающие построить купол над Водно-Зеленым бульваром – тоже пандемия затормозила переговоры.

Потихоньку экономика восстанавливается. Скоро будет достроен комплекс “Абу-Даби Плаза” и смотровая площадка на нем. Это тоже будет местом притяжения горожан.

В перспективе мы благоустроим озера Талдыколь и Майбалык – у людей появится возможность побывать на природе, не покидая города.

НУР-СУЛТАН

Оставить комментарий

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи