Новости Караван Подписка Аналитика Подкасты Спорт Культура Частный сектор Қаз
Главная | Караван

Прошу расстрелять меня, как офицера: подробности громкого заказного убийства

15 сентября

Дело сотрудника милиции Астраханкина, приговоренного к высшей мере наказания за совершение заказного убийства, было самым громким преступлением на заре независимости в Уральске.

Капитан милиции не стал просить помилования и обратился к Президенту Назарбаеву с просьбой…

Выстрел в упор

В конце января 1992 года заведующий оптово-розничным складом “Лесстройторг” Сайлау Мусаинов пригласил гостей по случаю рождения внука. На празднество пришел и сосед Борис Ламбеков, зарабатывавший на жизнь простым таксистом. Сайлау и Борис решили выйти во двор покурить. Пока хозяин дома обувался, Ламбеков был уже на улице. И тут неожиданно он увидел мужчину европейской внешности, направлявшегося к нему. Подойдя поближе, тот вытащил из-за пазухи пальто винтовку и направил ее дуло прямо на Ламбекова. “Сопляк, ты что делаешь, брось ружье”, – успел он крикнуть, но был сражен выстрелом. Прибежавшему на шум хозяину дома он лишь смог прошептать, что его застрелили. Мусаинов с криками бросился в погоню. Но убийца скрылся на машине.

Праздник в доме обернулся горестными криками. А Мусаинов почему-то вслух проговорил: “Похоже, кто-то пришел за мной и хотел убить меня”. И как в воду глядел.

Это убийство вызвало настоящий переполох в городе. Стражи порядка подняли на уши всех сотрудников таксопарка, где до последнего времени работал убитый, а также работников базы “Лесстройторг”, где не последнюю должность занимал хозяин дома.

Таинственное исчезновение

В один из дней к базе оптово-розничного склада (ОРС) “Лесстройторг” подъехала автомашина “Жигули”. Оттуда вышел высокий симпатичный молодой человек в милицейской форме. Показав служебное удостоверение охранникам, он прошел на территорию базы. Милиционер нашел заведующего складом Мусаинова и заявил, что по делу о недавнем убийстве нужны его срочные показания, вывел его на улицу, посадил в машину и уехал. В ней кроме водителя находился еще один человек. Мусаинову приказали сесть на заднее сиденье, в результате он оказался зажат с обеих сторон. “Жигули” резко тронулись с места. Проехав через мост, машина остановилась возле пустыря недалеко от кафе “Янтарь”. На встревоженный вопрос Мусаинова: “Куда мы приехали?” – ответа не последовало.

Тут же к нему повернулся водитель и направил на Мусаинова дуло пистолета Макарова.

Прогремел выстрел. Раздался пронзительный голос раненого в живот. И тут капитан милиции, видя, что жертва ранена, со словами: “Дурак, что ты делаешь?”, вырвал пистолет, приставил его к груди и несколько раз нажал на курок. Последний резко дернулся, и тут же его голова повисла. Мусаинов был мертв. Машина тронулась в направлении теперь уже к выезду из города.

Через полчаса “Жигули” подъехали к Уральскому аэропорту. Оттуда вышел капитан милиции Владимир Астраханкин.

В спешке он дал команду оставшимся в машине: “Соберите все три гильзы и принесите мне. Тело сожгите!”.

Преступники поехали в Теректинский район и остановились рядом со стогом сена. Вытащив труп из машины, обыскали карманы и, не найдя ничего ценного, выбросили тут же колпачок от авторучки, связку ключей и нож. Труп сожгли в стоге сена, предварительно обильно облив его бензином. Яркое пламя долго полыхало в степи...

Служили два товарища

Оптово-розничный склад базы “Лесстройторг” еще с советских времен был лакомым местом работы. Весь дефицитный товар для строительно-ремонтных работ можно было по блату достать только здесь. Работники ОРС цены накручивали как хотели. Всё отпускалось по большому блату и связям. Вот и чувствовали себя работники ОРСа королями. А что уж говорить про руководящих должностных лиц, которые крутили-вертели здесь всем, как заблагорассудится.

Олег Молдагалиев и Сайлау Мусаинов работали заведующими складами оптово-розничной базы “Лесстройторг”. Первый отпускал лакокрасочную продукцию, у второго ассортимент товаров был куда обширнее и разнообразнее – здесь и товары народного потребления, и промышленная продукция. Причем в последнее время дела у Мусаинова шли намного лучше коллеги.

Как выяснилось, он продал строительные трубы на 1 миллион рублей, а в кассу сдал лишь четверть. Остатки присвоил.

Узнав об этом, Молдагалиев потерял покой и сон. В один из дней он предложил товарищу поделиться наваром. На этой почве мужчины даже прилюдно подрались. Получив отказ, Молдагалиев решил расправиться с ним и занять освободившееся денежное место. За помощью он обратился к своему давнему клиенту, заведующему неким ремонтно-строительным кооперативом “Рассвет” Кадырбеку Султанову, которому не раз помогал с дефицитными товарами. Султанов был не из робкого десятка. К своим 40 годам успел 7 раз побывать по ту сторону колючей проволоки. Считался особо опасным рецидивистом и в воровском мире пользовался авторитетом. Поэтому Молдагалиеву не пришлось ходить вокруг да около, он открыто сказал: “Заплачу сколько надо, нужно убрать Мусаинова”. “Когда?” – прозвучал деловой вопрос. “Когда меня не будет в городе, когда я уеду в командировку. На меня не должно падать подозрение”.

Жирный куш

Прежде Молдагалиев показал Султанову, по какой дороге, когда и во сколько ходит на работу Мусаинов. Показал дом, где он живет, рассказал обо всех привычках.

И вот в один из январских дней Молдагалиев засобирался в командировку в Усть-Каменогорск. Прежде тщательно проинструктировав Султанова, он вручил ему в качестве аванса 7 тысяч рублей. Но последний был коронованным вором, и ему не к лицу было пачкать руки кровью. Для этого он позвал своего знакомого Валерия Парфенова, с которым в свое время коротал дни в местах не столь отдаленных. Последний отказать авторитету не мог и не имел права, тем более что за дело обещали хорошо заплатить.

Теперь уже Султанов на “Жигулях” стал возить Парфенова и знакомить его с Мусаиновым, конечно, со стороны, заочно. В один из дней они близко подъехали к “Лесстройторгу”, где Мусаинов возле ворот беседовал с какими-то людьми.

Парфенов долго и тщательно изучал свою будущую жертву, чтобы потом не ошибиться.

Но через два-три дня Парфенов, имевший за плечами 3 судимости, то ли испугался, то ли просто не захотел пачкаться, в общем, он решил привлечь к делу уже своего знакомого, имевшего две ходки, некого Сергея Каменева. Тот, несмотря на плохое зрение, сразу согласился помочь за деньги. Тем более что за несколько дней до этого он купил малокалиберную винтовку “ТОЗ-8”. Она не давала ему покоя. Уж сильно хотелось попробовать ее в настоящем деле.

С винтовкой за пазухой

И вот 28 января Султанов вместе с Парфеновым и Каменевым подъехали к дому Мусаинова. Султанов отъехал в сторону. Парфенов с Каменевым, у которого за пазухой была спрятана винтовка “ТОЗ-8”, пошли к дому. И тут как по заказу неожиданно в сенях загорелся свет. Оттуда вышел мужчина с сигаретой в руках.

Преступники побежали на свет, причем Каменев, который никогда не видел в глаза Мусаинова и знал о нем только по рассказам Парфенова, стал на ходу выяснять у последнего, точно ли это их жертва.

Получив утвердительный ответ и приказ стрелять, он вытащил винтовку и выстрелил. Раздались крик и грохот. Сделав дело, убийцы побежали к машине. “Ну как, убили?" – спросил Султанов. “Да, да”, – в один голос, запыхаясь, твердили подельники. Вручив им по тысяче рублей, Султанов высадил их и уехал с чувством выполненного долга.

По телефону связался с Молдагалиевым и доложил, что операция прошла успешно, задание выполнено.

Работа над ошибкой

Последний, через несколько дней вернувшись из командировки, был крайне удивлен тем, что Мусаинов живой и невредимый. Ходит на работу и в ус не дует. Султанов, который был тут же срочно вызван на ковер, тоже был ошарашен. Значит, вышла осечка, перепутали жертву. Теперь Султанов стал клясться, что на этот раз никакой осечки не будет, к делу будет привлечен настоящий профессионал, работник милиции. Значит, и сумма заказа вырастает до 50 тысяч рублей, из которых 10 тысяч получит капитан милиции Астраханкин – начальник линейного отдела милиции аэропорта Уральска.

Железные доказательства

Исчезнувшего Мусаинова объявили в розыск. Поиски результатов не дали. Да и странное это было исчезновение, ведь он уехал в сопровождении сотрудника милиции. Вот только следователи в милиции не были в курсе, кто из их сотрудников увез его и куда тот пропал.

В один из таких дней пастух, выгуливавший скот в степи, наткнулся на полностью обгоревший труп человека. О находке сообщил в милицию. Прибывшие на место стражи порядка обнаружили рядом с трупом обгоревшую связку ключей, нож и колпачок от авторучки. Родственники опознали их. Теперь не было сомнений в том, что Мусаинов был сожжен. Но кто это сделал и почему, следствию еще предстояло выяснить. Труп идентифицировать не удалось. Сильно обгорел. Экспертиза лишь смогла установить, что это был взрослый человек. Тем временем по делу об убийстве Ламбекова была назначена судебно-баллистическая экспертиза. Она определила тип оружия, из которого был произведен выстрел. Затем по агентурным и прочим каналам был выявлен владелец винтовки. Им оказался Каменев. После ареста он сразу же выдал своих подельников – Султанова и Парфенова. Те, в свою очередь, рассказали об Астраханкине и Молдагалиеве.

В спинке заднего сиденья была обнаружена пуля от пистолета Макарова, выпущенная из табельного оружия Астраханкина.

Пуля насквозь пробила тело и застряла в спинке сиденья.

Чур, я не виноват!

В день убийства Мусаинова в машине кроме Султанова и Астраханкина был еще один человек. Им оказался житель Теректинского района Елеубай Султангалиев. К преступлению он не имел никакого отношения, в тот день он вышел на дорогу, чтобы поехать в город за продуктами. Тут ему встретился односельчанин Султанов, который согласился подвезти. Но неожиданно для себя он стал свидетелем убийства. А тут еще рецидивист Султанов приказал держать язык за зубами, иначе тоже отправится на небеса к предкам. Вот и пришлось молчать. Южная драма: строгая учительница через бывшего воздыхателя заказала убийство любовницы мужа

Остальные задержанные на допросах всю вину стали валить друг на друга.

Показания меняли как перчатки, офицер Астраханкин – тоже не исключение. Он-то уж точно понимал, что ему, как должностному лицу, в таком деле ничего хорошего не светит.

– Я не хотел убивать Ламбекова, выстрел из винтовки был произведен по неосторожности, – заявил в ходе следствия Каменев.

– Я не говорил ему, что нужно стрелять, – вторил ему Парфенов.

– Я ни в коем случае не требовал убивать Мусаинова, сказал, что нужно его просто избить, чтобы он оказался на больничной койке и стал послушным, – утверждал Молдагалиев.

– В Мусаинова я не стрелял, три раза в него стрелял Султанов, – пытался оправдаться Астраханкин, который за это дело получил 10 тысяч рублей от заказчика.

Дорога дальняя, казенный дом

Западно-Казахстанский областной суд приговорил Астраханкина и Султанова как главных киллеров к расстрелу. Остальных участников преступления – к длительным срокам. Верховный суд, куда обратились с кассационной жалобой подсудимые, оставил приговор в силе. Но этим дело не закончилось.

– Приговор областного суда и постановление кассационной коллегии Верховного суда были отменены по протесту на судебные акты заместителя председателя Верховного суда Малахова, – рассказал “КАРАВАНУ” расследовавший это дело старший следователь по особо важным делам прокуратуры Западно-Казахстанской области, ветеран прокуратуры Гинаят Салыков.

По протесту зампредседателя Верховного суда все состоявшиеся судебные постановления были отменены в отношении всех подсудимых. Уголовное дело было возвращено на дополнительное расследование ввиду неполноты следствия, неправильной правовой оценки действий главного заказчика Молдагалиева и мягкости назначенного ему наказания.

Между тем все подсудимые уже давно отбывали назначенные им сроки в разных концах страны. Астраханкин и Султанов, в свою очередь, ждали в тюрьме расстрела.

– Сразу же, как только дело поступило ко мне на расследование, я вынес постановление об этапировании всех обвиняемых обратно в Уральск. В течение трех месяцев они были доставлены в следственный изолятор Уральска, – рассказывает следователь Салыков.

Следственная машина закрутилась с новой силой. Для обвиняемых, находившихся в СИЗО, время остановилось. В ходе расследования дела следователь не раз встречался с обвиняемыми. Более того, он ранее был знаком с капитаном Астраханкиным.

– И хотя заказчиком по этому делу выступал Молдагалиев, у следствия были глубокие подозрения, что за ним еще кто-то стоит, – рассказывает следователь прокуратуры Салыков. – Но добиться признания было непросто, в этой части он молчал, будто воды в рот набрал. И вот в один из дней мне звонит начальник тюрьмы и говорит, что Молдагалиев хочет со мной срочно встретиться. Оказалось, у него была любимая женщина, с которой он хотел просить свидание. Я в свою очередь обещал устроить на законных основаниях свидание, но с одним условием, что он расскажет то, что до этого скрывал от следствия. Свидание он получил. Но на следующий день отказался от обещания: “Боюсь за жизнь близких”, – сказал он.

Честь офицера

В конечном итоге дело, состоящее из 6 томов, каждый по 300 страниц, было обратно направлено в суд.

При повторном рассмотрении дела областной суд приговорил заказчика Молдагалиева и двух киллеров, Султанова и Астраханкина, к смертной казни. Парфенов и Каменев получили по 15 лет лишения свободы.

Султангалиев, оказавшийся случайным свидетелем, за недонесение о преступлении получил 2 года исправительных работ. В практике областного суда постсоветского периода это первое дело, где сразу три человека были приговорены к смертной казни. Приговор был суровым, и все подсудимые направили кассационную жалобу в Верховный суд с просьбой о смягчении, однако последний оставил приговор без изменения.

Тогда приговоренные к высшей мере наказания Молдагалиев и Султанов обратились к Президенту страны с просьбой о помиловании. Однако получили отказ.

Астраханкин просить о помиловании не стал. “Я не прошу о помиловании. Прошу исполнить мою последнюю просьбу: расстрелять меня, как офицера!” – написал он в своем обращении к Президенту Казахстана. Это означало, что его должны были облачить в форму офицера и казнить при полном параде.

Президент принял беспрецедентное решение, вынес указ о помиловании Астраханкина, хотя последний об этом не просил.

Приговор суда был изменен, и ему назначено 20 лет лишения свободы, из которых 5 лет ему предстояло провести в крытой тюрьме, куда не проникает дневной свет, остальные 15 лет – в колонии особого режима.

– Астраханкин полностью отбыл наказание и после освобождения, несколько лет прожив на свободе, умер буквально несколько лет назад, – закончил свой рассказ Гинаят Салыков.

УРАЛЬСК