Опубликовано: 690

Онкофобия страшнее

Онкофобия страшнее Фото - Нэли САДЫКОВОЙ

Известная в Казахстане и за рубежом правозащитник и журналист, президент общественного фонда “Ұлағатты жанұя” Марианна ГУРИНА, стоящая на страже прав семьи, женщин, детей и всех, кому необходима помощь, сегодня сама вступила в бой… с раком, который, верим, – выиграет!

– Не представляла, что когда-нибудь буду выполнять еще и такую миссию, – говорит Марианна. – Делиться информацией о такой страшной болезни, как рак. Мы объявили ему настоящую войну, а потому должны вооружаться. Но чем?

Первое, что мешает людям победить болезнь, – это страх. Страх неосведомленности, боязнь обратиться к доктору, узнать свой диагноз. Сегодня я хотела бы сломать этот стереотип, который пока превалирует у большинства. А еще помочь преодолеть недоверие к врачам. Я часто слышу: “Легче похоронить, чем лечить”. Но это неправда! А правда в том, что государство делит с нами ответственность за наше с вами здоровье. Правда в том, что нас готовы бесплатно принять в поликлиниках и стационарах, провести обследование.

Но если мы сами не будем беспокоиться о своем здоровье, то никакое государство не способно нас спасти, эта война – наша с вами.

Ну а тем, кто готов сдаться без боя, стоит подумать, какой урон они нанесут своим близким, семье, детям...

Конечно, узнав о таком диагнозе, человек впадает в панику. А когда после обследования врачи сообщают, что у него 4-я стадия, его близкие в шоке. Была такая паника и в моей семье. Тогда мы срочно рванули в Стамбул в лучшую клинику. Там мне обещали скорое и всеобъемлющее восстановление. Но!.. Там мы чужие. И это важно понять: там мы – объекты коммерции. И каждый наш шаг: прием врача, любой анализ, операция – стоят таких денег, которые многим, наверное, трудно заработать. Люди продают квартиры, машины, дома, чтобы суметь вылечиться там!.. Хотя здесь нас лечат теми же препаратами, по тому же протоколу, но бесплатно. Может быть, наш сервис и отстает, но я призываю всех быть на страже собственного здоровья, заниматься собой, доверять врачам, уметь защищаться, чтобы потом не казнить себя, а помогать другим людям и тем самым приносить пользу!

Сейчас мы снимаем фильм, потому что пришли к мнению: это нужно делать! С момента, как узнала, что эта болезнь пришла и ко мне – с яркими моментами слез, отчаянием, выпадением волос, и до нынешней ситуации, когда прохожу уже 4-й курс химиотерапии, я абсолютно верю в то, что скоро буду здорова и стану работать так же активно, как и прежде. Хочу, чтобы люди не выключали этот фильм, знали, что перед ними не актеры, а те, кто пережил всё на самом деле. И чтобы, посмотрев его и услышав нас, дали себе обещание, что завтра они пойдут к врачу и тем самым спасут себя!

Как защитить себя

На днях в КазНИИ онкологии и радиологии и других онкослужбах страны отметили Всемирный день борьбы против рака. В Алматы провели специальную пресс-конференцию. Присутствующие слушали правозащитницу, затаив дыхание. И всё же мучил вопрос: отчего казахстанцы, узнав о своем онкологическом диагнозе, рвутся за границу?

– Здесь существуют организации, которые являются поставщиками зарубежных клиник, – рассказывает Марианна Гурина. – Они обещают многое, чего на самом деле и не существует. К примеру, представители той турецкой клиники, посмотрев результаты исследований и анализов перед моей поездкой туда, сразу предложили решение всех проблем… Сказали, что проведут операцию (стоит около 30 тысяч долларов) и через 5 дней я уже буду дома.

Но оказалось, что это был обычный коммерческий ход. Когда я прибыла на место, выяснилось: 175 долларов стоит одна консультация врача, 107 долларов – ПЦР-анализ, прежде чем к нему попасть.

А потом доктор очень удивился: “Какая операция? Вначале химиотерапия, которая займет 6–9 месяцев. Курс проводится 1 раз в 21 день. А это значит, что за все дни пребывания за границей надо оплатить гостиницу.

А Турция в то время была еще в “красной зоне” по коронавирусу, всё везде закрыто и неизвестно, когда откроется.

На мой вопрос: “Доктор, вы обещали, что есть оборудование, которое облучит метастазы, что вы проведете операцию и готовы это сделать. Почему сейчас это невозможно?” – он ответил: “Наверное, это были ошибки перевода”. На самом деле, когда человек приезжает за тридевять земель, понимает, что пути обратно уже нет, и вдруг оказывается, что там просто была ошибка перевода. Это, как минимум, обескураживает!.. Вот поэтому я вернулась домой.

– Как вас приняли здесь?

– Здесь приняли честно. Честно объяснили, что со мной происходит. Сказали, что готовы лечить. И я видела десятки женщин, которые прошли все эти этапы. И поняла, что это работает. Где-то там внутри: о чем рассказывают онкопациенты

– Мы можем говорить о диагнозе?

– Да. Это злокачественная опухоль груди. Первый диагноз, который мне поставили, – метастазы в легкие, печень, позвоночник, в грудные кости. Это всё зафиксировано документально. Предположили, что осталось жить около года. А потом я молилась, и, как мне показалось, со мной молился весь мир, люди в других странах. Одна женщина из Малайзии в знак солидарности обрила свою голову и сказала, что хочет в это время быть такой же, как я, чтобы поддержать меня! И я с уверенностью могу сказать, что благодаря Богу, Вселенной и врачам, которые сделали всё, что возможно, сейчас метастазов они не наблюдают. Это чудо! И оно произошло!

Кто боится и у кого нет времени

Не веселая, но поучительная история. Потому ежегодно 4 февраля планета отмечает Всемирный день борьбы против рака, провозглашенный Международным союзом по борьбе с онкологическими заболеваниями. Казахстан уже 12 лет является членом этого объединения.

– Только на скрининги (первичное обследование групп населения) ежегодно у нас выделяется около 4 миллиардов тенге. К сожалению, пока кто-то экономит время, кто-то боится и не приходит на эти бесплатные обследования. А потом мы получаем уже запущенные стадии болезни, – констатирует главный онколог РК Диляра КАЙДАРОВА. – Но, я думаю, каждый гражданин сам ответственен за свое здоровье.

У нас есть комплексный план по борьбе с онкозаболеваниями, рассчитанный на 5 лет, выделено более 35 миллиардов тенге на новые химио-, таргетные и иммунопрепараты, на проведение молекулярно-генетических исследований, КТ и МРТ для пациентов с подозрением на онкозаболевания. Ко мне многие обращаются на страницу в “Фейсбуке”, спрашивают, куда идти. У нас есть сайт https://onco.kz/, там расписан маршрут пациента. Необходимо пойти в поликлинику по месту жительства, пройти скрининг, провериться в смотровом кабинете, где пальпируют лимфатические узлы, берут мазок на онкоцитологию, проводят осмотр тела человека: кожи, ротовой полости, щитовидной железы, осматривают прямую кишку на колоректальный рак. Есть кабинеты маммографии, куда обязательно направляют женщин от 40 до 70 лет. И это беспрецедентно, что в Казахстане взяли такой возраст в рамках гарантированного объема бесплатной медицинской помощи (ГОБМП).

Конечно, кому-то страшно прийти и обследоваться. Но я думаю, что один раз можно перебороть этот страх. Вот многие журналисты у нас раньше боялись этого чек-ап, а потом проходили раз в год. Теперь сами спрашивают, когда намечена следующая программа ранней диагностики заболеваний.

Еще новшество: в этом году, вы знаете, мы внесли в новый Кодекс “О здоровье народа и системе здравоохранения” ответственность работодателя за здоровье работника.

И теперь, если работник пишет заявление своему работодателю, что хочет пройти скрининг, тот обязан освободить его на 2–3 дня на эту процедуру 1 раз в году и оплачивать это время, как обычные трудовые дни. Такая норма уже зафиксирована в кодексе.

Также по субботам во всех регионах мы проводим дни открытых дверей. В этом году из-за пандемии люди не ходили в поликлиники на скрининги, от этого у нас снизилась выявляемость онкологии на ранних стадиях. И к концу года появилось много запущенных случаев. Поэтому призываем всех казахстанцев своевременно обращаться к врачам, заботиться о своем здоровье и не ждать, когда заболит. Рак – коварное заболевание, на начальных стадиях не проявляет себя, поэтому регулярно нужно проходить обследования.

Неудобные вопросы

Прозвучали на пресс-конференции и неудобные вопросы. К примеру:

– Почему больные онкологией не всегда вовремя могут получить назначенные им бесплатные препараты? И в каком звене этой цепочки возникает проблема?

– Да, такой вопрос актуален, – отвечает Диляра Кайдарова. – Бывает, что нет каких-то препаратов в поликлиниках или онкодиспансерах по причине отсутствия поставки. Каждый день мы отрабатываем это напрямую с “СК-Фармацией”. Онкологи каждого из регионов с утра мне пишут, что им необходимо. Вопрос стоит уже не один день и не один год, что “СК-Фармации” необходимо закупать не впритык, а иметь определенные запасы, пул лекарств, которые необходимы пациентам, чтобы брать их в любой момент.

Естественно, это вызывает массу негатива у наших граждан, “Фейсбук” взрывается, и до полуночи я там работаю с каждым пациентом индивидуально. Это, действительно, такая боль! Мы уже и в Администрацию Президента передали эти вопросы, попросили новых членов мажилиса парламента помочь с их решением. Думаю, что финансирование, сами деньги есть, но необходим пул, запас этих лекарств. Объясняем специалистам, что на старых больных лекарств хватает, они всё получают, но каждый день появляются новые пациенты. В этот момент и возникает проблема. Врач выписывает, а “СК-Фармация” отвечает: “У нас еще нет этого препарата, сначала надо заказать, потом привезут”. Из-за этих 2–3 недель и возникает проблема.

Зона комфорта

– А насчет того, почему люди уезжают, я благодарен Марианне, что она подняла этот вопрос, – говорит председатель хирургического совета КазНИИОиР Ерген ИЖАНОВ. – Наверное, все-таки за рубежом вовремя поняли, что человеку, прежде всего, нужен сервис. Но такой комфорт, который получают пациенты там за большие деньги, к сожалению, при имеющейся технической базе мы оказать не можем. Пока у нас старые здания и страдает материальная база. Это одна из главных причин. А тот объем хирургической, радиологической, терапевтической помощи, который оказывают в нашей стране, вполне достаточен. Кроме того, по некоторым показателям мы не уступаем зарубежным коллегам и можем даже с ними конкурировать.

Я сам оперировал около десятка пациентов, которые возвращались из той же Южной Кореи или Турции. Мы вынуждены были исправлять то, что там сделали.

Ну а по среднему медперсоналу скажу: когда я был на стажировке в Японии, то своими глазами видел, как в отделении на ночь остаются 8 медсестер! У нас, согласно прежним, советским формулярам, пока работает одна медсестра на 30–40 человек! Этого, конечно, недостаточно. И вопросы уровня зарплат, штатного расписания, исходящего из нормативов на количество коек, надо решать в корне. Тут много факторов, за один конец потянешь, много других проблем выйдет.

Алматы

Оставить комментарий

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи