Опубликовано: 2500

Имитация мировой войны: Владимир Рерих об офсайде, сапогах и бутсах

Имитация мировой войны: Владимир Рерих об офсайде, сапогах и бутсах Фото - Ибрагим КУБЕКОВ

Ославьте меня на весь мир, плюйте мне в спину и крутите вдогонку пальцем у виска. Ибо я не знаю, что такое офсайд. Не понимаю. Не врубаюсь. Не въезжаю. Не догоняю. Угловой – понятно, штрафной – туда-сюда (но не всегда), пенальти это красиво, но не всякий раз ясно за что. А вот вне игры – вообще зачем?

Объясняют в тысячный раз примерно так: какой-нибудь шустроногий, получив мяч и прорвав оборону, оказался рядом с воротами противника лицом к лицу с вратарем. Один на один. Вот и пусть бьет врагу на страх, прямо в створ – трах-тарарах! Но тут судья верещит своим пищиком – офсайд!

Какого черта? Кто это придумал и зачем? Где логика?

Вот, допустим, лихой разведчик-пластун перегрыз зубами колючую проволоку, невидимым змием через линию фронта дополз до логова врага, в одночасье удушил часовых, дождался, когда какой-нибудь штабной сукин сын выйдет попукать и пописать, и в этот миг тюкнул его в плешь рукояткой маузера, затолкал ему в пасть портянку, связал на скорую руку и потащил к своим. Разве Марс, бог войны, орет ему с небес в эту минуту: э, воин, так не пойдет! Надо было часовым не глотки рвать, а в честное единоборство с ними вступать!

Нет, не орет. Марс не дурак и дело туго знает. Казахстанский спортивный журналист о ЧМ-2018: Политика футбола на сегодняшний день деградирует

Тут скажут: ну, дядя, ты сравнил – дактиль с анусом. То война, она никому не мать, никому не родна, а здесь спорт, который о, спорт, ты радость, ты мир. Ты, скажут, что ли совсем рехнулся, дядя? Посмотри на эти стройные колонны физкультурников в свежих кальсонах и физкультурниц в опрятных трусах! Античные торсы парней бугрятся шпалами брюшного пресса, крутобедрые девки обещают родине сказочный приплод!

А я им отвечу, ухмыляясь в усы: большой спорт пропитан войной, ее чистым наркомовским спиртом, он купается в ее формалине, как сросшиеся уродцы в кунсткамерных банках.

Вот ваш любимый футбол. Вы верите, что его придумали англичане? Я – нет. Я всерьез полагаю, что эту игру изобрели какие-то допотопные варвары, которые пинали отрезанные головы своих врагов. А как еще поглумиться над бездыханным телом? Оно тяжелое, неповоротливое, способно лишь валяться на земле, висеть на кресте и удушающе смердеть. Горит плохо.

То ли дело голова! Пнул – и она покатилась! Прикольно же. Можно в пушку зарядить, но толку будет мало, поэтому придумали ядро.

Ба-бах, и оно несется на горе врагу. Пока не было пороха, каменные ядра метали с помощью катапульты и баллисты. Особенного “бабаха” они не производили, но шар, достигавший 80 килограммов, летел как миленький. Прямо в створ городских ворот. Вот откуда это выражение в футболе. Позже придумали свинцовые ядра, ну а кожаный мяч – просто его дальний родственник.

Бокс, борьба, фехтование, метание копья, ядра, диска, молота, стрельба из лука – все эти восхитительные занятия явились с полей войны, даже не переодевшись.

Марафонский бег восходит к легионеру, который без роздыху пробежал 42 километра, чтобы крикнуть “мы победили” и немедленно умереть. Конный спорт прискакал из кавалерии. Биатлон бесшумно подкрался из Суоми на лыжах и с мелкашкой за спиной. Стрельбу из винтовки подарили снайперы, а пистолетную, скорее всего, расстрельщики.

Можно ли отыскать вид спорта, никак не связанный с войной? Вы скажете, допустим, плавание, а я отвечу: черта с два.

В ассирийском зале Британского музея я видел монументальный рельеф, изображающий осаду древнего города. Между стеной, где торчат защитники, и нападающей армией изображена река, под водами которой плывут древние дайверы с бычьими пузырями. Диверсионный отряд изысканно бородатых упырей. IX–VII век до нашей эры, между прочим. Вот из какого прекрасного далёка растут ноги ватерпола!

Ну что еще? Хоккей? Господь с вами. Боец ледовой дружины подобен закованному в латы средневековому рыцарю, которому сдуру вздумалось залезть на коньки.

Шахматы? Нет. Это интеллектуальное единоборство штабных генералов-тугодумов. Бильярд? Помилуйте, там катают шары кием и загоняют их в лузы, все это звучит по-гусарски и вдобавок слегка малоприлично.

Фигурное катание? Так ведь это и не спорт, а балет-расстрига, взалкавший эстрадной популярности, равно как и женская гимнастика, перебежавшая на подиумы со своими лентами и обручами из танцклассов и дортуаров.

Спортивная авиация произошла от истребительной, парашютисты – это десантники без автоматов, прыгуны с шестом напоминают, как брали суда на абордаж, штангисты, подобно атлантам, спорят с гравитацией, а потом рушат своды и разве что не кричат при этом: умри, моя душа, вместе с филистимлянами!

Я нашел только один спорт, свободный от кирзового запаха военщины. Синхронное плавание.

Это где рослые барышни с прищепками на носу высовывают из хлорированной воды свои бледные ноги. Русалочье занятие. Впрочем, не исключено, что долголягие девы способствуют поднятию боевого духа личного состава, и тогда есть основания называть их водоплавающими сиренами.

Но вернемся к обожаемой игре. Всепланетное мячеголовое ристалище – есть самая яркая, развернутая имитация мировой войны, ее гипсовый слепок, точный, как посмертная маска.

Олимпийские игры до такого сравнения не дотягивают, они избыточно разнообразны и слишком многолюдны, как воскресный базар, где можно увидеть и купить любую диковинку. Разрази меня гром, если я понимаю смысл игры, где перед скользящей шайбой какие-то шустрые ребята усердно натирают швабрами лед. Не могу даже запомнить название этого странного состязания.

А футбол понятен как дважды два. Идея национальной государственности торчит из него, как бивни мамонта из игрушечного слоника.

Флаги, гербы, гимны, вымученно-светские первые лица власти, мгновенно теряющие свою значительность ввиду трогательного братства обнявшихся мужчин, суровых, брутально небритых, ожидающих жеребьевки “орел-решка”.

Команды – армии, капитаны – генералы, тренеры – маршалы. Роли расписаны, как в боевом уставе: нападающие, защитники, бомбардиры. Голкиперы – шаманы, дерзко опровергающие законы физики. Арбитры – полномочные представители Марса, их писклявые свистки способны укротить вулканическую лаву схватки.

У футболистов мощные, перевитые венами бедра – такие были, вероятно, у гладиаторов. У них перебитые вдрызг ступни, обутые в зубастые бутсы.

Свисток, секундомер, поехали! Атака – контр­атака, закипающая рукопашной буча в штрафной зоне, хитрая вязь пасов, удар – гол – хрен, штанга, сбрасывание, мяч летит от ворот по артиллерийской параболе до ворот противостоящих. А там новая буча, боевая и кипучая, там минометное коварство угловых, танцевальная борьба за мяч, подкаты, сплетенные ноги игроков, их чудовищные лобовые столкновения, падения, корчи на газоне, санитар с дымящимся баллончиком заморозки, судья с горчичником, леденящие душу мгновения до штрафного, фатальный расстрел вратаря с одиннадцати метров – гол! Еще один – в девятку, следующий – рикошетом от верхней планки, третий – головой, четвертый – пяткой, следующий – непонятно как и чем, но мяч врывается, как насильник, в женское кружево сетки, которая ахает, вздувается, вздымается и оседает, принимая нежеланного, но сладкого посланца, а вратарь сидит, обхвативши повинную голову руками: не уберег, накосячил, убейте меня, братцы!

Ощущение гола невозможно передать словами, это так же глупо, как рассказать, что такое оргазм. Прошу прощения за физиологическую вольность сравнения, но иного не нахожу.

Победа есть уже нечто иное, она похожа на бракосочетание со славой, там радость несколько вымученная, облитая шампанским сквиртом, окропляющим развратной пеной фаллический кубок чемпионов, который, скорее всего, спустя четыре года кто-нибудь отберет. Вокруг победы топчутся лысые грифы идеологии, мечтающие урвать кусочек для своей смрадной трапезы.

Это не имеет ничего общего с патриотизмом, который там, на трибунах, где карнавально раскрашенные болельщики аплодируют бойцам, их нечеловеческому мастерству и просто гордятся своими мужчинами, которые вот такими были когда-то, а теперь их можно увидеть лишь на зеленых полях стадионов. Один раз в четыре года. Самые обсуждаемые игроки чемпионата мира по футболу-2018

Я не болельщик и ничего не понимаю в футболе. Мне бесполезно объяснять, что такое “вне игры”. И я охотно допускаю, что футбол, как колобок, выкатился из жаркой пасти войны. Были сапоги, стали бутсы. Ничего не поделаешь.

Но ЧМ я смотрю всегда, чтобы еще раз удостовериться: не все продается, не все покупается. Тем же, кто в этом свято убежден, я советую: убогие, идите лесом, в середине которого вы неизбежно заблудитесь. Уже заплутали.

Не ведаю, кто выиграет кубок ЧМ-2018.

Но Россия уже победила.

Алматы

Оставить комментарий

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи

Новости партнеров