Опубликовано: 6900

Без большого хлеба и с большими проблемами: что ждет казахстанцев после завершения уборочной кампании

Без большого хлеба и с большими проблемами: что ждет казахстанцев после завершения уборочной кампании Фото - Назгуль АБЖЕКЕНОВОЙ

В главной житнице Казахстана вовсю продолжается уборочная страда. Какую урожайность дают поля в северных областях страны после сильнейшей засухи, чем опасны приписки чиновников и чего стоит ждать вслед за повышением цены на зерно? “КАРАВАН” разбирался с фермерами и экспертами.

А дожди прошли стороной

В минсельхозе прогнозируют снижение урожайности в этом году на 20 процентов, среднюю урожайность – на уровне 8 центнеров с гектара, сбор – в пределах 15 миллионов тонн. Общая посевная площадь сельхозкультур равна 23 миллионам гектаров. Зерновые и зернобобовые размещены на 16,1 миллиона гектаров, в том числе пшеница – 12,9, масличные – 3,1, кормовые культуры – 3,2 миллиона гектара.

У фермера Жомарта ОМАРОВА – 7 тысяч гектаров земли в Аккайынском районе Северо-Казахстанской области. Основная часть засеяна пшеницей, также здесь выращивают лен, рапс, ячмень и овес.

– Сейчас берем 17 центнеров с гектара, а в прошлых годах было не менее 25. Засуха повлияла. Второй год нет дождей, земля стрессует. Осадки были во 2-й половине июля, и то в ряде районов дожди прошли полосой. Вслед за засухой нас ждала еще одна напасть: нашествие лугового мотылька – а это дополнительные затраты на пестициды, – рассказывает глава компании “Токуши Grain”.

Отбить все понесенные расходы фермеры надеются при продаже урожая. Закупочные цены на зерно-2021 выше прошлогодних на 24 процента, ячмень подорожал сразу на 75 процентов. На пшеницу 3-го класса Продкорпорация установила цены от 103 до 107 тысяч тенге с НДС, на ячмень 2-го класса – 87 тысяч тенге. По договорам прямого закупа – цены аналогичные.

На следующий день после нашего разговора с фермером поля Северного Казахстана посетил Касым-Жомарт ТОКАЕВ.

В ходе беседы с руководителями сельхозформирований Президент выразил озабоченность снижением экспорта готовой переработанной продукции, в частности муки, и указал на необходимость гибкой тарифной политики.

– Мы традиционно поставляем муку на рынки Узбекистана, Туркменистана, Афганистана. Правительство, министерство торговли должны более предметно заниматься вопросами тарифного регулирования. Правительство ставит вопрос о введении в будущем экспортной пошлины на зерно. Сейчас с учетом складывающейся ситуации делать это преждевременно. Нам нужно включать механизм субсидий, чтобы помочь товаропроизводителям, в особенности производителям муки. Мы должны поставлять готовую, переработанную продукцию с высоким уровнем добавленной стоимости, – сказал глава государства.

Земля тревоги нашей

Тем временем жатва продолжается и в Костанайской области. Председатель правления ТОО “Карабалыкская сельскохозяйственная опытная станция” Дамир КАЛДЫБАЕВ рассказывает: засуха в здешних краях фиксируется уже третий год.

– У нас зерновыми и другими культурами засеяно 10 тысяч гектаров. Наш район, расположенный на северо-западе области, остался вне “зоны праздника”, в отличие от других северных районов области, где в июле выпали месячные и даже двухмесячные нормы осадков. Я называю это “идеальный шторм”, когда всё сложилось против фермеров: жаркая погода, экстремальные условия для развития растений.

Кроме того, в этом году на полях было очень много вредителей и болезней: это трипсы, луговой мотылек, а для полного “счастья” пришла стеблевая ржавчина, – рассказывает собеседник “КАРАВАНА”.

С 2018 года на опытной станции начали внедрять новые улучшенные районированные сорта (процент обновления – 80), среди них “айна” собственной селекции, которая отличается урожайностью, устойчивостью к засухе и осыпанию, опасным болезням.

– Увеличив площади под “айну”, мы сократили прямые издержки по обработке, что положительно отразилось и на себестоимости пшеницы. Мозаика старых и новых сортов вкупе с применением агротехнологий (вовремя закрыли влагу, провели активную вспашку и глубокую обработку против сорняков и вредителей, вовремя посеяли) позволяет нам держаться в среднем на 10–11 центнерах с гектара, – говорит Дамир Калдыбаев и делится тревогами по поводу года предстоящего.

– В связи с тем, что с апреля по август стояла сухая погода, в метровом слое для будущего урожая нет достаточного запаса влаги. Идеальный сценарий для фермера выглядит так: закончить уборку до 15 сентября, потом пусть заливают дожди. И если до наступления морозов и устойчиво низких температур мы восполним осенний влагозапас, то это будет индикатором успеха на следующий год.

Но, рассматривая и другой сценарий, мы уже переходим на глубокую зяблевую обработку наших полей, чтобы нивелировать риски, связанные с возможным отсутствием дождей в сентябре – октябре. А при хорошем снегозапасе мы восполним дефицит влаги.

Кто “выстрелил”, а кому не повезло

Председатель Союза полеводов Виктор АСЛАНОВ вместе с коллегами в эти дни выезжает в поля и узнает информацию о ходе уборочной кампании из первых уст:

– В СКО, где лучше механический и химический состав почвы, ситуация по сравнению с Акмолинской и Костанайской областями лучше. Ожидаемая урожайность – 11–12 центнеров с гектара. В Акмолинской области всегда посуше, на полях есть пустоколосица. Урожайность дотянет до 6,5–7 центнеров с гектара. В Костанайской – в среднем 4 центнера с гектара.

"Выстрелила" в этом году ВКО, где как по заказу прошли дожди. Фермеры собирают больше 10 центнеров с гектара, в иных районах доходит до 11, а ранее брали не больше 9.

На юге уборку завершили плачевно: помню видео, где ребята на комбайне весь день молотили, но насобирали только на бункер. Впрочем, доля южных регионов в производстве мягкой пшеницы и в лучшие годы составляет не более 6–8 процентов, – говорит глава Союза полеводов.

По данным Асланова, на текущий момент прогнозируемый урожай мягкой пшеницы – 8,5 центнера с гектара. Это на 1,7 центнера ниже, чем в 2020 году. Производство всей пшеницы – 9,5 миллиона тонн.

– Относительно прошлого года мы недополучим 1,5–2 миллиона тонн. Но надо ориентироваться на показатель предложения, который складывается из переходящих запасов и импорта. Это 1,3 миллиона тонн плюс 2 миллиона тонн, при сложении получаем предложение, то есть наличие, – чуть ниже прошлого года. Соответственно, нам хватает запасов для обеспечения внутреннего потребления – производства хлеба и хлебных изделий, макарон. А доля потребления пшеницы в качестве фуража у нас низкая. Загоняют в угол: в Казахстане в скором времени могут продавать хлеб только из узбекской муки

Остается экспортный потенциал в 6 миллионов тонн пшеницы. Сейчас крайне высок спрос со стороны стран Центральной Азии, пострадавших от засухи. Если ранее отрасль полеводов вырабатывала порядка 1,5–1,8 миллиарда долларов экспортной выручки только за счет пшеницы, то в этом году она может превысить 2 миллиарда, – отмечает наш собеседник.

10 пишем – 5 в уме

Аграрный эксперт Кирилл ПАВЛОВ заявляет, что средние и крупные фермеры в лучшем случае ожидают 11 центнеров с гектара, притом что это бункерный вес.

– Вычтите оттуда 15 процентов на усушку-утряску, еще 10 процентов – на переход в чистый вес, и получите, сколько будет товарной продукции, – подчеркивает он. – МСХ заявляет об урожае в 15 миллионов тонн, но это явные приписки. А начинаются они на уровне районных акимов. Под конец жатвы заряжают дожди, а районный аким боится сказать областному руководству, что он не бог и не умеет управлять погодой. Техника не может заехать в поля, но местные власти в отчетах строчат, что поля уже убраны, а это не так, и урожай, возможно, и вовсе сгниет.

Потом на основании этих цифр, которые суммируются и аккумулируются в МСХ, строятся экспортные контракты. В итоге оказывается, что на внутренний рынок мы оставляем в 2 раза меньше, чем положено. Дефицит приходится покрывать за счет внешних рынков и втридорога импортировать зерно из России, Кыргызстана, – говорит эксперт.

Цены на пшеницу, установленные Продкорпорацией, Павлов считает “чудовищно низкими”:

– На всех международных рынках цена растет, сейчас сложности возникли с черноморскими портами, поскольку Россия подпадает под санкции, и поэтому в США, Канаде растет цена на зерно. А то, что происходит у нас, – это грабеж фермера, потому что продаваться зерно будет намного дороже. Также растут цены на лен, рапс, особый рост показывают масличные и бобовые.

Запоздалые меры

По мнению члена комитета по аграрным вопросам мажилиса Айкына КОНУРОВА, установленные Продкорпорацией цены – это “средняя температура по больнице”.

– В условиях зоны рискованного земледелия и в большинстве своем экстенсивного производства затратная часть и размеры потерь на полях у наших сельхозтоваропроизводителей могут отличаться в разы.

Мы встречались с фермерами, все озабочены погодными условиями и так называемым пустым колосом. Причины кроются в засушливом начале лета и в фактически отрицательной селекции сортов зерна. Высокопродуктивные, устойчивые к нашему климату сорта зерновых у нас пока в меньшинстве, – говорит депутат.

А ограничительные меры на полгода, введенные в августе на экспорт сена, сенажа, силоса, семенного овса и ржи, Конуров называет необходимыми, но запоздалыми.

– Экспорт продовольственной пшеницы, которой у нас производится больше, чем нужно для удовлетворения внутренних потребностей, пока не ограничен. Казахстан в год потребляет ее порядка 2,5 миллиона тонн. Надеюсь, в отношении продовольственной пшеницы и муки позиция правительства будет более взвешенной, чем весной 2020 года, когда при их переизбытке были введены жесткие квоты на экспорт, – отмечает собеседник.

Накормим всех!

Президент Союза зернопереработчиков Казахстана Евгений ГАН, в свою очередь, отмечает, что высокая стоимость зерна предопределит цены не только на муку, но и на хлеб, макаронные изделия и все продукты, связанные с зерном, – яйца, птицу, мясо.

– С одной стороны, высокий ценник позволит крестьянам в этом году компенсировать потери и выжить, с другой – за это заплатит потребитель. Чтобы избежать негативных последствий по резкому повышению стоимости продуктовой корзины, СПК, акиматы, Продкорпорация должны создавать резервные фонды, – считает он.

Что касается урожая-2021, то Евгений Ган не берется оценивать его, пока с полей не убрали всю пшеницу и другие культуры.

– Может, я суеверный, но давайте дождемся, когда зерно будет в закромах. В любом случае, того зерна, которое мы соберем, хватит и стране для обеспечения продовольственной безопасности, и для производства муки и кормов, и для семенного запаса. Поэтому не стоит покупать запасной мешок муки, тем более в бюджете каждой семьи есть более приоритетные затраты.

Не дадим голодать и нашим соседям, несмотря на некоторое снижение экспортного потенциала. Наши возможности в мукомольной отрасли позволяют переработать, как минимум, 10 миллионов тонн зерна. По факту мы перерабатываем до 4,5. На внутреннем рынке потребляем 1,8 миллиона тонн муки, на экспорт поставляем 1,75. Так что муки однозначно хватит всем, – заключил Евгений Ган.

Нур-Султан

Оставить комментарий

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи