Опубликовано: 1800

Зона отчуждения: что творится рядом с Чернобыльской АЭС

Зона отчуждения: что творится рядом с Чернобыльской АЭС Фото - В некоторых местах Зоны дозиметры зашкаливают... Фото Владислава КОЖУХАРЯ

Корреспондент “КАРАВАНА” испытал на себе воздействие радиации рядом с Чернобыльской АЭС

Пожалуй, нет места более странного и загадочного, чем Зона отчуждения.

В фильмах и книгах Чернобыль населяют кровожадные мутанты, но реальность оказывается страшнее вымысла.

Здесь климат иной

Честно говоря, после фильмов и компьютерных игрушек воображение рисовало поездку в Чернобыль на БТРе или хотя бы на уазике. На самом же деле в условленное время к киевскому вокзалу подошел комфортабельный автобус с телевизором и кондиционером. Только значок радиации на логотипе указывал на то, что экскурсия будет не совсем обычной. Кстати, на БТРе по Зоне тоже можно покататься. Только стоит такая прогулка недешево. А вот проводники действительно напоминали сталкеров из игры. Камуфляж, рация, берцы и обязательный дозиметр в руках. Да и вообще поездка в Чернобыль – дорогое удовольствие. Самая дешевая экскурсия туда обойдется в 68 долларов, а самая популярная – чуть больше чем в 120. Причем заявку надо подавать за несколько дней, чтобы СБУ успела оформить пропуск. Ежедневно в Зоне отчуждения патрули задерживают от 5 до 30 нелегалов. И это только самые неудачливые. Всего же в лесах Зоны прячутся несколько сотен человек.

После выезда из города проводники провели инструктаж по технике безопасности и предупредили, что едем мы совсем не на курорт. В подтверждение своих слов со всех пассажиров взяли расписки, что компания “Чернобыль Тур” не несет ответственности за проблемы со здоровьем после посещения Зоны, а также что все проблемы с законом турист будет решать самостоятельно. Кроме того, в правилах есть совсем непривычный пункт о допустимости потери 10 процентов от группы. То есть, если из 20 туристов двое не вернутся, это будет в порядке вещей. Такое правило связано с тем, что в Зоне отчуждения с 19.00 начинается комендантский час. Автобус попросту не сможет дождаться опоздавших и заблудившихся. А еще кого-то из туристов могут задержать при выезде, если путешественник умудрится хватануть чересчур большую дозу радиации.

Фонящие вещи тоже изымаются при выезде, какими бы ценными они ни были, и упавшие на землю очки или кепку лучше оставить от греха подальше.

Правда, за последние 5 лет единственной вещью, которую изъяли при выезде, стали штаны итальянского туриста. Он в погоне за хорошим кадром сошел с проверенных троп и умудрился прилепить на джинсы радиоактивный изотоп. Так что до Киева ему пришлось добираться в одних трусах.

Сафари на мутантов

Сейчас Чернобыль принадлежит Украине только географически. В Зоне отчуждения работает так много иностранных компаний, что Чернобыль стал своеобразным государством в государстве. Сами проводники в шутку называют его радиоактивным Ватиканом.

В 1986-м этот автомобиль был на ходу с полным баком бензина. Сейчас его разобрали на запчасти мародеры

В 1986-м этот автомобиль был на ходу с полным баком бензина. Сейчас его разобрали на запчасти мародеры

Первый поток туристов в Зону отчуждения пошел в 2008 году, когда появилась легальная возможность прогуляться по Припяти, не опасаясь патрулей. В это же время вышла компьютерная игра “S.T.A.L.K.E.R. Чистое небо”, а еще через год презентовали игрушку “Зов Припяти”. Неудивительно, что первыми туристами стали геймеры, отправившиеся в Зону поглядеть на монстров. Многие пытались протащить туда оружие, чтобы в неравном бою сразиться с мутантами.

– Ко мне как-то подошел парень попросить совета, как лучше спрятать сверток перед КПП. Я заглянул в этот пакет – и у меня челюсть отвисла. Там лежали несколько боевых гранат РГД-5, перемотанных изолентой. За мою практику в Зону пытались протащить и травматы, и обрезы, и пистолеты, но гранаты – впервые. Чтобы не было проблем, пришлось спрятать опасный груз в камере хранения на КПП, – вспоминает проводник в Зону Илья ГЕБРИЧ.

Любое оружие, даже холодное, и газовые баллончики, в Зоне отчуждения запрещены. Под запрет попали и наркотики. Кто-то пытается протащить дурь в Припять, чтобы уж наверняка увидеть мутантов.

Курить же простые сигареты тут можно лишь в строго отведенных местах. Не из-за заботы о здоровье, а из-за того, что открытый источник огня может привезти к лесному пожару, а это чревато новым выбросом радиации в атмосферу.

Обладатели вейпов и электронных сигарет могут дымить сколько душе угодно. А вот есть и пить на улице строго запрещено. Частичка радиоактивной пыли может попасть на еду.

Для посещения Зоны существует строгий дресс-код. Закрытая обувь, толстая куртка с длинными рукавами и желательно перчатки. На КПП могут не пропустить даже за отсутствие носков. К счастью, на въезде можно купить всё, что угодно. От толстых носочков до костюма химзащиты.

Врата в ад

КПП “Дитятки” на въезде в 30-километровый участок Зоны отчуждения совсем не похож на блокпост из фильмов. Тут бойко идет торговля чаем, кофе, сладостями и сувенирами, а из колонок льется пение Марлен Дитрих. Сюда умудрились затесаться даже свидетели Иеговы, втюхивающие публике душеспасительные журнальчики. Главный документ тут уже не паспорт, а специальный пропуск со штрих-кодом и QR-квадратиком. После его проверки всем въезжающим выдают датчики накопления радиации, напоминающие обычную флешку. Это устройство надо повесить на шею. В Зоне отчуждения это главный талисман. При выезде он расскажет, сколько микрозивертов накопил многострадальный организм путешественника. Патруль может проверить любой автобус. Если пропуска и накопителя при досмотре не окажется, туриста ждут несколько малоприятных часов в камере и, возможно, солидный штраф. Можно взять в аренду дозиметр, но он нужен, скорее, как игрушка. С натоптанных троп сходить категорически запрещается! Заложники казахстанского атома: почему жители Актау должны платить за неработающий ядерный реактор

После КПП начинается обычный для этих широт лес, только невероятно разросшийся. Производить вырубку там нельзя, поэтому чащи стали совсем дремучими. Любопытно, что в 1986-м этот лес вырубили под корень и закопали. Древесина, как губка, собирала радиоактивные частицы.

– Сейчас мы въедем в выжженную радиоактивную пустыню. Там нас будут атаковать кровожадные мутанты. Если они прорвутся в салон, то под креслами автобуса для вас приготовлены дробовики с патронами, – шутит гид Дмитрий ШИБАЛОВ.

Дозиметры начинают отчаянно пищать, а заброшенные дома вводят в уныние. Только черным юмором можно разрядить обстановку.

Первый пункт посещения – село Залесье. Дома тут неплохо сохранились, пережив аварию, но набегов мародеров они не выдержали. Чернобыль пережил 3 волны мародерства. Сразу после аварии воры приходили сюда за деньгами, драгоценностями и дефицитными товарами. Потом стали выносить одежду и продукты, а в лихие 90-е мародеры стали таскать цветмет и даже металлолом.

Радиоактивные поминки

После Пасхи, на Родительские дни, контроль над Залесьем и похожими селами в 30-километровой Зоне чуть ослабевает. Чтобы попасть сюда, достаточно справки о том, что тут похоронен кто-то из родственников. В эти дни тут встречаются и женщины в летних сарафанах, и дети, и даже грудные младенцы. Любые попытки властей это ограничить встречались с боем, поэтому непутевых мамаш лишь предупреждают о негативных последствиях для здоровья малыша.

При въезде в Залесье туристов ждет первая радиоактивная “достопримечательность”. От небольшого пятачка на земле фонит так, что зашкаливают дозиметры. В апреле 1986-го тут остановилась машина одного из первых ликвидаторов. Точно неизвестно, как сюда попало несколько графитовых пылинок, стряхивал ли он пыль с обуви или справил нужду, но и почти 40 лет спустя наступить на эту землю смертельно опасно.

Детские игрушки расставляют тут специально для туристов. Но это всё равно вызывает сильные эмоции...

Детские игрушки расставляют тут специально для туристов. Но это всё равно вызывает сильные эмоции...

В детском саду поселка разбросаны книжки и игрушки. Однако ни одного из этих предметов в апреле 1986-го тут не было. Из-за мародеров солдатам пришлось уничтожить всё, что имеет мало-мальский интерес для воров.

В перестроечные голодные годы и милиционеры не брезговали привезти домой фонящие вещи из Зоны, чтобы потом толкнуть их на рынке. Вывозили даже сахар, крупы и макароны.

Снабжение в Чернобыле было отличным, а в СССР уже выдавали продукты только по талонам. Поэтому под контролем КГБ всё, кроме мебели, солдаты закопали на полигоне, потом прозванном Полем чудес.

Нынешние же игрушки стоят тут специально для туристов. Большинство из них притащили нелегальные сталкеры для эффектного фото. Найти на блошином рынке Киева игрушки и детские книжки советского периода труда не составляет. Гораздо труднее протащить это всё через КПП. Особо эффектные композиции, вроде пластмассового котенка, грустно дожидающегося своего хозяина, соорудили сами организаторы экскурсий из подобных трофеев. Они же установили знаки “Осторожно! Радиация!” в самых безопасных местах. Эти знаки располагаются на фоне особо живописных руин и сейчас служат фотозонами.

10 километров до Преисподней

В поселке Копачи знаки уже настоящие. В 1986-м село накрыло облако радиоактивной пыли, и его пришлось буквально сровнять с землей. Теперь о том, что тут жили люди, напоминают лишь небольшие холмики. Почти 40 лет спустя дозиметры начинают истерику при приближении к этому месту.

Но самый высокий фон радиации начинается после пересечения КПП “Лелёв”. До печально известного энергоблока отсюда всего 10 километров. Если в 30-километровом участке проводники достаточно любезны и готовы закрыть глаза на небольшую оплошность, то тут они уже срываются на крик при малейшем движении туристов не туда. И дело не только в уровне радиации. Рядом со станцией патрулей гораздо больше. Любой шаг вне маршрута может создать большие проблемы всей группе. Охраняют саркофаг сразу несколько вооруженных бригад, и вся их деятельность считается военной тайной. Фотографировать энергоблок можно лишь с одного ракурса, не самого удачного, поэтому туристы нередко нарушают правила в поисках лучшего плана. Под запрет съемки попадает и то легендарное здание, в котором решалась судьба Припяти из сериала “Чернобыль”. Но от искушения сделать фото хотя бы из окна автобуса мало кто может устоять. Из автобуса приходится фотографировать и ту самую пожарную часть, откуда после аварии отправились первые бригады.

– У меня была группа туристов из Польши. Еще никто не создавал мне так много проблем, – вспоминает Илья Гебрич. – Мало того, что один из парней захотел сфотографироваться на фоне пункта пропуска к саркофагу, так он еще сделал вид, будто хочет перелезть через забор. Охрана тут же положила и его, и фотографа мордой в асфальт. Прикладом по затылку тоже неплохо приложили. Мне еле удалось договориться, чтобы поляков не задерживали. Так потом один из группы еще попытался вывезти булыжник отсюда. Зачем-то запихал под куртку камень весом в 7 килограммов. Сам не мог объяснить – зачем. Говорит: такие мы, поляки, веселые ребята. Дорого ему обошлось такое веселье. Тут я уж никак не смог помочь. 100 000 гривен штрафа (1,5 миллиона тенге. – В.К.), депортация из Украины с запретом на въезд в течение 5 лет и пожизненный запрет на посещение Зоны отчуждения. И это он еще хорошо отделался. Мог бы и в тюрьму загреметь.

Чернобыльская прописка

Впрочем, желающих сделать постапокалиптические фото на электростанции Чернобыль ждет большое разочарование. Станция хоть и закрыта, тут работает несколько тысяч людей. Они следят за исправностью саркофага. На эти работы международные организации выделяют немалые деньги.

После 2014 года, когда обострились отношения с Россией, в Чернобыль стали привозить радиоактивные отходы не только со всей Украины, а и из Европы. Зарплаты тут неплохие, и от желающих трудоустроиться нет отбоя. Работают специалисты вахтовым метом и живут в городке Чернобыль. Он, в отличие от Припяти, до сих пор имеет статус населенного пункта. Тут есть магазины и даже церковь. Сюда дважды в день ходит специальный поезд. Только постоянно проживающих жителей там нет.

Сейчас на АЭС работают люди. В их задачу входит контроль за состоянием саркофага

Сейчас на АЭС работают люди. В их задачу входит контроль за состоянием саркофага

Питаются работники в столовой при АЭС. Обед там входит в экскурсионную программу.

То, что в англоязычных рекламных брошюрках называется “Ato-mic lunch” (атомный ланч), на самом деле представляет собой банальный столовский обед.

Меню и сервис (а судя по свежести, и большинство продуктов) остались тут с 1986 года. Непонятный суп, котлета с пюре, салатик, кекс и напиток “Лотос” из лимонной кислоты и апельсинового ароматизатора у постсоветских туристов за 40 навевает воспоминания о детстве и юности. Иностранные же путешественники относятся к блюду, как к опасности пострашнее радиации.

– Теперь я понимаю, почему русские пьют так много водки. Трезвый человек это есть не сможет, – сделал вывод турист из Канады, лишь попробовав супчик.

Страшнее, чем мутанты

Официального запрета на фотосъемку в столовой нет. Но тетки-раздатчицы имеют на это другой взгляд, и попытка навести на них фотоаппарат сопровождается витиеватым матом в адрес фотографа. Если наши люди быстро понимают, что пытаться запечатлеть повариху за работой опасно для здоровья, то туристы из Европы слишком избалованы качественным сервисом в общепите и прочими правами человека. Поэтому инстинкт самосохранения в столовке у них полностью отсутствует. Так, турист из Австрии игнорировал матерную тираду поварихи и попытался сделать улыбчивое селфи на фоне чернобыльской валькирии с борщом. Последствия не заставили себя долго ждать. Уже через 10 секунд он сидел на полу, потирая голову, ушибленную тяжеленной поварешкой, и, стирая с лица рукавом куртки капустные листы из борща, под визгливый мат пытался достать очки из-под стола на раздаче.

Человек, непривычный к советской кухне, из “атомного ланча” может осилить разве что кекс и салат. Поэтому на выходе из столовой туристов поджидает целая стая жирных собак. В отличие от псов-мутантов из компьютерной игры и инфернального Стража Зоны из фантастическо-мистического сериала от “ТНТ”, эти песики вполне безобидны. Только гладить их нельзя ни в коем случае! Неизвестно, сколько радиоактивной пыли собрали они на своей шерсти.

А вот легендарных гигантских сомов в пруду реактора уже нет. Эта зима выдалась в Чернобыле слишком холодной, и рыбы погибли под толщей льда.

Прогулка по мертвому городу

Время пребывания в Припяти зависит от организованности группы. Это последний пункт в путешествии, и прогулка по городу-призраку заканчивается ровно за столько, чтобы добраться потом до КПП “Дитятки” к 19.00. В этот раз на Припять осталось почти 2 часа.

Центр города разрисован граффити. В 2016 году независимые художники устроили тут инсталляцию, разрисовав стены призрачными силуэтами людей и животных. Всё вместе это производит жутковатое впечатление.

Припятские призраки появились тут в апреле 2016 года. К 30-й годовщине трагедии

Припять заросла шиповником. В 70-х городские власти приняли романтическое решение сажать по кусту роз на каждого человека в городе. Сейчас розы одичали, и колючих кустов ровно столько, сколько тут было жителей на момент трагедии.

После сериала от НВО одним из обязательных пунктов посещения стал дом, где жила Людмила ИГНАТЕНКО, та самая, что беременная пробивалась к мужу-ликвидатору в больницу. Ее история реальна. Авторы сериала позаимствовали ее из документальной книги “Чернобыльская молитва” Светланы АЛЕКСИЕВИЧ. Больница, куда свозили пострадавших от аварии, тоже стала достопримечательностью. Сейчас ее подвалы, где хранится одежда пожарных, – самое грязное место в Зоне отчуждения. Даже у реактора фон излучения ниже, чем в этих жутких катакомбах.

Квартиры же тут давно уже пусты. Мародеры спилили даже трубы системы отопления, а кое-где выковыряли оконные рамы.

– У меня в группе была девушка, которая родилась и провела детство в Припяти. Ей в 1986-м исполнилось 8 лет, – вспоминает Дмитрий Шибалов. – Она всю жизнь мечтала попасть в город, где прошло ее детство, зайти в свою квартиру. До 2008-го в Припять еще не пускали, потом она не могла собрать деньги на экскурсию. Попала сюда только 3 года назад. Нашла свою квартиру, а там, на дверном косяке – метки карандашом и надпись “Аня”. Папа каждый год в день ее рождения отмечал на двери, насколько выросла его дочь. Я потом эту девушку еле успокоил, такая у нее началась истерика.

Рай, превратившийся в ад

Грустить тем, кто жил в Припяти, есть от чего. С 1970-го это был образцовый город. Красивый и безопасный. В архивах милиции сталкеры нашли протоколы о правонарушениях в Припяти. За весь 1984-й их было всего 5. Во всех 5 протоколах стражи порядка отчитывались, что доставили в вытрезвитель уснувшего под кустом очередного пьяного строителя нового микрорайона. Зарплаты тут были выше, чем в среднем по СССР, а на полках свободно лежали дефицитные товары. Дома тут проектировали лучшие архитекторы Советского Союза, а власти придавали большое значение досугу. В крохотном городке открывались клубы по интересам, если же и этого было мало, то с пристани можно было всего за полтора часа на катере добраться до Киева, а ждали “Ракету” люди в уютном кафе на берегу. Сейчас канал зарос камышами, а от кафе осталась пара цветных витражей.

Жителей Припяти после аварии поселили преимущественно в Киеве, в только отстроенном микрорайоне “Троенщина”. Этот район всегда имел дурную славу самой неблагополучной и криминальной части столицы Украины. В 90-е тут мало кто решался выйти на улицу.

Парк аттракционов так и не успели открыть. Планировалось, что колесо обозрения запустят 1 мая 1986-го. Но трагедия помешала планам. Сейчас ржавое колесо стало своеобразной визитной карточкой Припяти. В парке культуры и отдыха после 2008-го года посетителей стало больше, чем было до аварии. Тут еще встречаются и чудом уцелевшие автоматы для газировки по 3 копейки и телефонные будки. Над парком патрульные вертолеты кружат особенно часто, и мародеры сюда не суются.

Припять стала памятником советской эпохи, сохранив элементы быта 80-х

Припять стала памятником советской эпохи, сохранив элементы быта 80-х

Неистребима глупость людская

Перед обратной дорогой проводник требует тщательно стряхнуть пыль с обуви и проверить одежду на предмет листьев и паутины. Иначе на радиационном контроле в “Дитятках” проблем не оберешься.

– Прошу пересчитать соседей по автобусу и собственные конечности. Если соседей окажется меньше, чем было, а пальцев или рук больше, то сообщите об этом мне как можно скорее, – шутит Илья.

Страх перед радиацией проходит довольно быстро. Если в Залесье туристы шарахались от каждой пылинки и куста, то в Припяти особенно безбашенные даже устроили состязание, кто схватит больше дозы. Дело в том, что при выезде каждый участник получал красивый сертификат с печатью, где вписывалась доза радиации с накопителя. При соблюдении всех норм безопасности датчик редко показывал больше 3 микрозивертов. Это даже меньше, чем человек получает на сеансе флюорографии, и сертификат выглядит на стенке не так круто. Усталый проводник уже не успевал одергивать всех охотников за микрозивертами. Гораздо важнее было успеть уехать до наступления комендантского часа.

– Есть много мифов о том, как выводить радиацию из организма, но далеко не все они работают. По своему опыту скажу, что лучше всего для восстановления организма подходит красное вино. Расчет такой: 250 граммов на каждый микрозиверт, – советовал проводник на выезде.

Хотя было ясно, что никто из туристов этой дозой не ограничится, а для подстраховки увеличит порцию раз в 10.

До КПП “Дитятки” оставались считаные километры, а солнце уже спряталось за верхушки сосен. Дремучий лес уже подобрался совсем близко к асфальту. В такие моменты задумываешься о силе и мудрости матери-природы. Она сможет исправить даже самую страшную техногенную ошибку. Только это может случиться в мире, где человека уже не будет.

АКТОБЕ – ПРИПЯТЬ – ЧЕРНОБЫЛЬ

Оставить комментарий

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи