Почему в Шымкенте любят китайцев больше, чем в Павлодаре: рецепты "победы" над китайскими фобиями

На самые острые вопросы об отношении казахстанцев к Поднебесной империи попытались найти ответы эксперты из центра прикладных исследований “TALAP”.

– Во время карантина мы решили провести анализ взаимоотношений Казахстана и КНР, – рассказывает директор центра Рахим ОШАКБАЕВ. – Дело в том, что я давно наблюдаю дефицит информации о Китае, которая базировалась бы на реальных фактах, цифрах. Как правило, у нас популярны голословные суждения. Мы говорим о растущей его роли, сотрудничестве, противостоянии, но конкретно – в каких сферах и насколько КНР присутствует в Казахстане, какое влияние оказывает и что об этом думает население, такой информации нет.

В ходе исследования были опрошены 2 594 казахстанца старше 18 лет из 14 областей и 3 городов республиканского значения. Анкета состояла из 41 вопроса, которые касались самых разных сфер взаимодействия РК и КНР.

“56” китайских проектов

Одна из самых скандальных тем – приход инвесторов из Китая. Почему же граждане настолько остро и всегда в штыки воспринимают любой проект из Поднебесной?

Некоторые уверены, что КНР уже выкупила полстраны… Но посмотрим на ситуацию в конкретных цифрах и фактах.

– За прошедшие годы были реализованы 56 совместных казахстанско-китайских проектов на сумму 27,6 миллиарда долларов, – говорит Рахим Ошакбаев. – Проведенный анализ информации из открытых источников показал, что в ней содержатся разрозненные данные как о самих инвестиционных проектах, так и о степени их реализации. Данный факт неоднократно вызывал со стороны СМИ и общественности критику центральных государственных органов. Также отчасти непрозрачность и закрытость информации явились причиной возникших волнений населения по поводу “переноса китайских предприятий в Казахстан”.

“Наибольшую заинтересованность для китайских инвесторов представляют электроэнергетика (13 проектов), химическая (9) и горно-металлургическая промышленности (8 проектов), – сообщается в исследовании. – Самым крупным реализованным проектом в рамках сотрудничества является модернизация Шымкентского нефтеперерабатывающего завода, акционерами которого являются Китайская национальная нефтегазовая корпорация и АО “Разведка Добыча “КазМунайГаз”. Реализация данного проекта, начатая в 2011 г. и завершенная осенью 2018 г., позволила закрыть потребности внутреннего рынка Казахстана в высокооктановом бензине Аи-92.

Другим крупным проектом является вхождение “China National Machinery Import & Export Corporation” в капитал группы компаний “AllurGroup”. В результате на компанию “СарыаркаАвтоПром” в 2019 г. пришлась половина от всех произведенных автотранспортных средств в стране.

Среди обозначенных казахстанско-китайских “56 инфраструктурных проектов” необходимо отметить нереализованные проекты, они-то и создали противоречивые настроения в обществе.

Всего на сегодняшний день насчитывается 3 таких проекта: строительство легкорельсовой транспортной системы в г. Нур-Султане ТОО “Астана LRT” и 2 в Мангистауской области – строительство завода по безвредной переработке опасных нефтесодержащих отходов и строительство ветроэлектростанции мощностью 42 МВт совместно с “Horgos Jiuhe SilkBridge New Energy Co.,Ltd” (китайская компания вышла из проекта, в настоящее время ведется поиск инвестора)”.

– Интересно было узнать в ходе исследования, как казахстанцы относятся к присутствию Китая и к проектам, которые они реализуют у нас в стране, – продолжает Рахим Ошакбаев. – Гражданам задали 8 вопросов, которые касались разных сфер, и был выведен индикатор. В 4 регионах значение индикатора оказалось нейтральным либо отрицательным. Это Атырауская (0), Актюбинская (0), Мангистауская (–0,17) и Кызылординская (–0,44) области.

На вопрос: “Как вы считаете, в будущем Казахстан должен развивать или ослаблять сотрудничество с Китаем в разных сферах?” – граждане из 4 областей отрицательно высказались по сотрудничеству в сельском хозяйстве, сфере финансов.

“Вероятно, более низкие значения показателей возможного развития сфер связаны с опасениями населения в отношении китайской экспансии через перечисленные сферы. Так, в сфере сельского хозяйства в последние годы остро стоит вопрос аренды земель китайскими инвесторами, в сфере финансов – вероятны опасения захвата финансового рынка. Также сферы образования и безопасности, вероятно, население считает стратегическими и требующими большей защиты со стороны государства”, – говорится в исследовании.  Китая нужно не просто бояться, а очень бояться: откровения казашки из КНР

Но все области, кроме Кызылординской, поддержали сотрудничество в сфере логистики, технологии и торговли с Китаем.

Инвестиции или долги?

– Применительно к Казахстану можно утверждать, что Китай является одним из основных инвесторов в экономику. Однако стереотип, что уровень капиталовложений является угрожающе высоким (что ведет к выводу о необходимости в будущем “расплатиться” с инвестором/кредитором своими землями и ресурсами), представляется явно необоснованным, – говорит Рахим Ошакбаев. – Согласно официальной статистике, приток капитала из КНР за весь период казахстанско-китайского сотрудничества не превышал 10 процентов от общего притока капитала из-за рубежа.

“Несмотря на существенный объем инвестиций, внешний долг Казахстана перед КНР незначителен и составляет всего 6,7 процента от общего внешнего долга и имеет тенденцию к снижению (по сравнению с 2019 г. снизился на 1 миллиард долларов). Только в двух секторах внешний долг занимает весомую долю: в банковском и в долге, гарантированном государством”, – говорится в исследовании.

– Таким образом, положение с “зависимостью” от китайских кредитов нельзя считать критическим, – говорит Рахим Ошакбаев. – Последствия чрезмерной долговой зависимости от Китая актуальны для 8 государств, среди которых соседи Казахстана: Таджикистан, Кыргызстан и Монголия, а также такие страны, как Джибути, Лаос, Мальдивская Республика, Пакистан и Черногория.

Захват рынка или обмен опытом?

Еще один острый вопрос, который был рассмотрен “TALAP”, – это участие китайских граждан на рынке труда Казахстана.

– За период 2010–2020 гг. было выдано 98 846 разрешений на работу для граждан КНР, или 32 процента от всех выдаваемых квот на иностранную рабочую силу. В этом вопросе Китай является лидером, оставив позади Турцию (15 процентов) и Индию (6 процентов). Такой большой отрыв объясняется строительством автотранспортной магистрали Западная Европа – Западный Китай, а также долей китайских инвестиций в структуре прямых инвестиций, – говорит Рахим Ошакбаев. – Отраслевая структура менялась из года в год. Если в 2010 году 40 процентов приезжих по работе китайцев трудились в сфере строительства, то сегодня 24,6 процента заняты в сфере торговли и ремонта автомобилей.

То, что казахстанцы явно опасаются прихода соседей на рынок, подтвердили результаты опроса о “восприятии Китая населением”. Самые негативные оценки дали граждане, которые являются безработными, а также из западных регионов страны.

– Низкий показатель отношения к Китаю преимущественно в западных регионах страны, вероятно, обусловлен тем, что там наибольшая концентрация иностранной рабочей силы (в том числе из КНР) и иностранных компаний. Также он, возможно, обусловлен формированием образа конкурента в борьбе за рабочие места. Впрочем, индекс может измениться. Необходимо отметить, что в 2019 г. Президент РК ТОКАЕВ на заседании НСОД заявил о необходимости сокращения привлекаемой рабочей силы в 2020 г. в 2 раза по сравнению с 2019 г. И, соответственно, квоты были уменьшены с 48 700 до 29 292 человек, – говорит Рахим Ошакбаев.

АЛМАТЫ