Мандат в помощь!

По подсчетам ЦИК

Формально Центральная избирательная комиссия итоги выборов в мажилис подвела только 12 января, хотя сомнений в том, кто их выиграет, ни у кого не было изначально. Предварительные опросы и exit pool’ы прочили партии власти “Nur Otan” примерно 70% голосов избирателей. Так в итоге и вышло. 71,09% голосовавших казахстанцев поставили галочку напротив партии Елбасы.

Главная интрига – сколько голосов набирают соперники? Согласно законодательству, для прохождения в парламент партия должна набрать минимум 7% голосов избирателей, этот порог преодолели 2 структуры, которые были представлены в мажилисе и ранее: “Ак жол” (10,95% голосов) и Народная партия Казахстана (ранее – Коммунистическая народная партия Казахстана), которая набрала 9,1%.

Еще две, “Ауыл” и “ADAL”, в состав мажилиса не прошли, набрав, соответственно, 5,29% и 3,57% голосов избирателей. Оппозиционная Общенациональная социал-демократическая партия от участия в выборах отказалась.

Либо ты идешь на выборы, либо не жалуйся на то, что всё плохо

Вместе с тем победа партии власти была обусловлена прежде всего тем, что ее сторонники активно воспользовались своим избирательным правом. Наибольшее число голосов “Nur Otan” набрал в регионах с высокой явкой. К примеру, в Жамбылской области проголосовали 72,2% избирателей, 79,54% из них отдали голос за лидера выборной гонки. В то же время самые низкие показатели “Nur Otan” набрал в Алматы, Мангистауской области и Нур-Султане (55,54%, 58,72% и 59,23% соответственно). В этих же регионах была зафиксирована самая низкая явка на избирательные участки (30,3% – в Алматы, 45,1% – Нур-Султане и 55% – Мангистауской области).

– Если говорить об Алматы, то порог в 7% кроме 3 ведущих партий преодолел “Ауыл”. Если бы при таком же соотношении голосов на участки пришло больше алматинцев, мы, возможно, увидели бы в этот раз четырехпартийный парламент, – говорит политолог, член общественного совета Алматы Марат ШИБУТОВ.

На выборах в столице между тем людей тоже было не очень много: на участках – никаких очередей. Иногда даже казалось, что членов избирательной комиссии и наблюдателей больше, чем избирателей. Надо признать, что казахстанцы в основной своей массе крайне аполитичны.

– Я думаю, что это просчет ЦИК и властей: была агитация партий, но не было практически никакой агитации с призывами к голосованию, с объяснением того, зачем нужно голосовать и кого выбирают. Эта проблема у нас существует уже несколько электоральных циклов, и в итоге люди не понимают, зачем им нужно голосовать и к чему ведет аполитичная позиция, – говорит политолог, лидер движения HAQ Тогжан КОЖАЛИЕВА.

Она 10 января была в числе независимых наблюдателей, так что о явке судит не по информации ЦИК, а по личным наблюдениям.

– Процесс выборов был организован неплохо. Но при этом была очень низкая явка. По нашим данным, в Алматы на многих участках явка не превышала 15–18%. При этом часть наблюдателей, на мой взгляд, подошла к своим обязанностям формально. К примеру, я работала в одной из школ южной столицы. Там было 2 участка. Но к моменту подсчета голосов все наблюдатели, кроме меня, просто встали и ушли. Мне пришлось бегать между 2 участками, чтобы удостовериться в честности подсчета голосов избирательной комиссией, – рассказывает Тогжан Кожалиева.

Она отметила, что многие из пришедших действительно голосовали за “Nur Otan”, поэтому особенно непонятно, зачем избирательные комиссии на местах создавали столько неудобств независимым наблюдателям.

К слову, о том, что их работе мешали, заявили наблюдатели от Лиги молодых избирателей, от общественного фонда “Ел Дауысы”, а также от фонда гражданских инициатив “Q-Adam”.

Миссия наблюдателей от ОБСЕ в своем заключении отметила, что “парламентским выборам 10 января в Казахстане не хватило подлинной конкуренции, и они подчеркнули необходимость объявленных политических реформ”.

Однако серьезных нарушений на прошедших выборах не зафиксировала ни одна из миссий наблюдателей.

Отфутболенные

При этом в магазинах возле избирательных участков обыватели спрашивали друг у друга не о том, что предлагает та или иная партия, а о том, зачем устраивать выборы, если что-то такое же было в прошлом году. То есть, пока политологи и политтехнологи вместе с журналистами обсуждают программы партий, простые граждане не всегда понимают разницу между выборами Президента и депутатов.

– Политика – как футбол, а партии – игроки на поле. Мы можем прийти на стадион и поддержать их или освистать, но фишка в том, что мячик, которым они играют, – наша повседневная жизнь: ремонт дорог и домов, горячее питание в садиках и школах, само наличие этих школ и садиков. Всё в этом мяче. И раз уж мы не интересуемся процессом формирования команд, как мы можем требовать каких-то изменений? – метафорично объясняет последствия аполитичности граждан Марат Шибутов.

Что может парламентское меньшинство?

Между тем те, кто пришел на избирательные участки 10 января, сыграли существенную роль в политической жизни страны.

– Фракция “Nur Otan” и правительство – однопартийцы. Более того, министры входят в политсовет партии. То есть для ее рядовых членов они – начальство. И как депутаты будут критиковать свое же начальство? Соответственно, чем более многопартийный парламент, тем больше министрам нужно делать уступок депутатам, – говорит Марат Шибутов.

В прошлом созыве было по 7 депутатов от коммунистов (теперь НПК) и “Ак жол”, в этот раз численность фракции НПК выросла до 10 человек, фракции “Ак жол” – до 12. При этом число депутатов от “Nur Otan” сократилось с 84 до 76.

– Парламентская оппозиция таким образом вкупе насчитывает 22 члена. При этом сакральная цифра для мажилиса – 21. Именно столько человек нужно для того, чтобы поставить вотум недоверия правительству. То есть теперь парламентская оппозиция, объединившись в коалицию, может поставить вопрос об отставке правительства! – объясняет Марат Шибутов.

Воспользуются ли когда-нибудь мажилисмены от оппозиционных партий этой возможностью, неизвестно, но однозначно некоего пиетета в отношении членов кабмина к парламентариям прибавится.

К тому же одному представителю парламентской оппозиции гарантирован пост председателя комитета мажилиса, еще двое займут должности секретарей комитетов. Кроме того, оппозиция вправе один раз в год инициировать парламентские слушания и дважды решить, кого из министров пригласить на правительственный час. И этими привилегиями с радостью воспользуются и акжоловцы, и народники.

Если бы депутаты от “малых” партий смогли набрать вместе на 5 голосов больше, то в тандеме смогли бы отклонять конституционные законы, для принятия которых нужно не просто большинство голосов, а 2/3 от общего числа.

В то же время Тогжан Кожалиева убеждена, что НПК и “Ак жол” оппозицией можно назвать лишь формально, однако парламентариям этого созыва уготована особая роль.

– Долгие годы верхушка вынашивает план преобразования Казахстана в парламентскую республику. Это значит существенное увеличение полномочий парламента и спикера мажилиса и сокращение полномочий Президента. И, думаю, основная миссия депутатов этого созыва – “протащить” этот законопроект, – говорит политолог.

Так это или нет, но с прошлого созыва новым парламентариям остались “в наследство” текущие законопроекты, а Президент Касым-Жомарт ТОКАЕВ пообещал, что сегодня, во время обращения к депутатам, он представит новый пакет реформ, требующий законодательной базы. Так что работы у мажилисменов наверняка будет много.

НУР-СУЛТАН