#Я ж отец: когда парни становятся мужчинами

Шоковая дезинфекция

Приехала я в крупный торговый центр за покупками. На входе в здание, как это нынче водится у правильных коммерсантов, – дезинфекционный тоннель. Конструкция эта исправно работает, опрыскивая входящих каким-то раствором, слегка попахивающим алкоголем.

Замешкалась у входа, искала медицинскую маску в сумке, стою, надеваю ее, вижу: подъезжает иномарка, из нее выходит мужчина, открывает заднюю дверцу, вынимает из автокресла двухгодовалого где-то ребенка и… проходит с ним через дезинфекционный тоннель туда и обратно раз 5. Не меньше.

Я, в недоумении от такого поступка, не удержалась и спросила:

– Мужчина, вы чего?

Наверное, такое прикольное у меня было выражение лица, что он улыбнулся красиво и объяснил:

– Понимаете, в гости едем, бабушка пригласила, нельзя отказаться. И у нее дома вечно полно каких-то дальних родственников, детей подруг, приехавших учиться из аулов, соседей: гостеприимная наша бабушка, широкая казахская душа. А у меня сынок первый, пока единственный, я за его здоровье дрожу, аж не могу. И понимаю, что не стоит с ним в люди ходить. Но не взять его к бабушке тоже нельзя, обидится старушка. Вот я пацана своего и продезинфицировал. В туннеле. Бесплатно, так сказать.

Пацана такая жесткая дезинфекция, по всей видимости, шокировала, он сидел с задумчивым видом у папы на руках. Папа порылся в кармане своей спортивной куртки, вынул чупа-чупс, вручил ребенку. Ребенок протянул его мне, сказал:

– За-не-ви!

Я по интонации поняла, что развернуть конфету надо. Развернула, отдала обратно мальчику. Папа счастливо засмеялся, когда его малыш стал облизывать леденец, умилило его зрелище испачканного сладкой цветной слюной ребенка, попрощался со мной, и они уехали.

Я пошла через дезинфекционный тоннель в магазин. Прошла туда-обратно через тоннель 2 раза. На всякий тоже случай…

Иди отсюда, страус эму!

У моего соседа Канагата жена родила двойню – мальчишек.

Сосед просто ошалел от такого события. Всем нам, рядом живущим, рассказал, сколько пацаны весили при рождении, как он их назвал, какие кроватки для Саматика и Муратика купил, как для себя подыскивает вторую работу, потому что он теперь отец и ему надо сделать всё, чтобы детство у детей было счастливым. А счастье нынче дорого.

– Сосед, ты бы для начала материться завязал, – посоветовала ему я. – А то реально мальчишек вы с женой родили, надо вам теперь их воспитать хорошими людьми, а у тебя мат через каждые 2 слова вырывается.

– Привычка, – вздохнул сосед. – Для связки слов.

– Вот и пойдут твои дети в детский сад, зная добрую сотню твоих любимых выражений, тех самых, что для связки слов. Позора не оберешься. А в юности какая девушка захочет со сквернословом дружить? Твоя-то Салидат глухая, на языке жестов разговаривает, а мальчикам своим ты тоже жену без слуха будешь искать?

Сосед задумался, а утром, встретив меня во время прогулки во дворе, говорит:

– Я в Интернете прочитал, как мне побороть свою привычку материться. Надо эти самые словечки на другие, красивые и звучные выражения заменять. И быстро отвыкнешь сквернословить. Уже отвыкаю. Держусь.

Нормально, замечательный мужской поступок. Как стать хорошим отцом после развода — советы психолога

Но видели бы вы, как это было талантливо в исполнении Канагата! Он человек шумный, общительный, и голос его раздается то тут, то там, когда Канагат дома, то у гаражей, то в палисаднике.

– А я прошлым летом такого исключительно притягательно волшебного сома на затоне рядом с дачей поймал! – рассказывает он приятелям на скамейке под нашими окнами. – Мне говорят, продай, мол, а я типа извольте попросить об этом другого добытчика речной фауны. Да и предлагали копейки, за эти деньги сия просьба выглядела как откровенная экспроприация моего улова!

Мужики смотрели Канагату в рот, они от него раньше ни одного культурного выражения не слышали, а тут он шпарит такими мудреными красивыми словами.

– Читаю словарь синонимов на ночь, – признался мне Канагат, когда я его похвалила за чистую речь. – Скороговорки произношу, как диктор телевидения, чтобы язык не заплетался от новых выражений. Вот: сиреневенькая глазовыколупливательница, эксплуатация экскаватора Гурбангулы Бердымухамедова.

А вчера Канагат подрался. Какой-то пьяный тип бросил пивную банку у нашего подъезда и оплевал тротуар. Канагат сделал ему замечание, тот в ответ обложил его нецензурной бранью и полез с кулаками. Сосед мой, как настоящий мужчина, конечно, пару оплеух оппоненту влепил, и, чувствую, сейчас и с его языка слетит десяток неприличных выражений. Но нет, Канагат сдержался.

– Иди отсюда, страус ты эму! – сказал уже готовому ретироваться незнакомцу Канагат. – Туда тебя, в края красы невиданной! Жарь там золотую рыбку на примусе прабабушки королевы Парижа! И не загаживай больше нашу территорию, я здесь с детьми гуляю. Я ж отец!

КЫЗЫЛОРДА