Как обрести счастье. Рецепты Сабиева

Он часто улыбается. Это странное ощущение, когда ты не видишь глаз собеседника, но они прищурены и будто источают свет. Когда я пришел к Жангабылу и сказал, что хотел бы написать о нем статью, он ответил так, будто ледяной водой облил. К слову, Сабиев – коренной южанин, но ради любимой женщины согласился переехать в суровый северный Павлодар.

– А может, я против статьи? – резко ответил он.

Я было замешкался, подыскивая пару-тройку причин, чтобы получить согласие, но Жангабыл расхохотался и пригласил в свой кабинет.

На столах тут несколько шашечных досок. Они с углублениями вместо черных клеток. Незрячие шашисты после каждого хода соперника ощупывают положение шашек, держа всю картину поля боя в голове. В погоне за мечтой

Сабиев принялся рассказывать о себе и время от времени брался за домбру, чтобы спеть свои песни. Их у него около двух десятков, а еще множество стихо­творений, изданных в авторских сборниках. Так что у нашего героя выпущены и книги, о чем мечтают многие, но так и не решаются этого сделать.

Родился он в городе Казалинске Кызыл­ординской области, в обычной рабочей семье. Отец трудился шофером, а мама в депо техничкой. С малых лет Жангабыл мечтал о небе, видел себя летчиком, знал, что обязательно будет поступать в авиационное училище.

Вот только в семь лет потерял зрение. Мальчишка свалился с крыши дома. Это был своеобразный полет, окончившийся трагедией. Сабиев признается, что был легок на авантюры всегда и заключил тогда пари с друзьями. Все прыгали вниз, как обычно, на ноги. Но Жангабыл сказал, что сможет раскинуть руки и приземлиться на них.

– Это было пацанячье геройство. Я тогда допрыгался, – вновь смеется герой.

И увечье это стало фатальным. Тогда он и родные думали, что зрение вернется.

В юности поехал в Одессу в именитый институт глазных болезней. Его там огорошили вестью, что слишком поздно приехал. В детстве, мол, шанс еще был все исправить. Однако все же предложили операцию.

– Я рисковый парень, но был против, потому что мне сказали, что выживает лишь один процент, – вспоминает Сабиев.

– В депрессию не впадали?

– Было дело. Когда был сложный подростковый период. Думал: ничего не вижу, и хоть куда пойду, везде предел. Летать точно не смогу. Три месяца я маялся, переживал. Друзья увидели, что со мной что-то творится, и начали меня вытаскивать повсюду из дома. Так и спасли.

Труд – лучшая терапия от переживаний, и в 16 лет Жангабыл поступил на работу в общество слепых. Его направили на выпуск крышек для банок. Норма была – 6 тысяч, а он 12 тысяч заворачивал.

– Стахановец! Шустрый я был, – говорит Сабиев с улыбкой и вспоминает, что начальство гоняло его из цеха в цех. То щетки он собирал, то коробки, то мешки клепал. Ожидаемо произошел конфликт.

В 21 год он уволился и уехал в Павлодар – на родину к супруге Ботагоз. Они прожили всего полгода в Кызылорде. Незрячий фермер: Я – посмешище для глупых, пример для умных

– Летом там особенно жарко, в тени 50 градусов. Она не могла не то что выходить на улицу, а даже дышать. Я тогда сказал, что поеду к ней, на север. Что мне холода? Что я, не мужик что ли? – опять заливается смехом Жангабыл.

Познакомился он с Ботагоз Камаловой в декабре 1983 года – на конкурсе домбристов в южной столице, а всего спустя три месяца они сыграли свадьбу.

– Друзья специально посадили меня за стол рядом с ней. С первой минуты мы так понравились друг другу, что потом расставаться больше не хотели. На прощание даже поплакали, не хотели расставаться, – делится наш собеседник.

Домбру в руки Жангабыл взял вскоре после того, как потерял зрение. К инструменту его приучал отец, который владел игрой на гармошке, гитаре, а под сиденьем своего грузовика возил кобыз. Папа был самоучкой.

– Отец привязывал мои пальцы рук к своим и водил по домбре. Так я и научился играть за пару месяцев. Мог подобрать любую музыку. Достаточно было услышать песню по радио, – рассказывает Сабиев.

Стихотворения начал писать в юности. Жангабыл берет в руки любимую домбру и поет песню о Кызылорде, написанную им в 1984 году. В ней он выразил боль о том, что молодежь ведет неправильный образ жизни.

Сабиев вспоминает, что кызылординцы три года пели его песню во дворах и в домах.

– Я пишу песни не по расписанию, а по вдохновению. Например, о девушке Айжан. Услышал ее выступление по павлодарскому радио. Нашел в училище, сказал, что покорен ее голосом, и пока доехал домой на автобусе, написал песню, – говорит он.

Приехав в Павлодар, наш герой устроился в общество слепых, где ему поручили работать на очистке проводов. И здесь он выдавал результат: при норме в 6 тысяч он за рабочий день выдавал 10 тысяч очищенных проводов.

– Скорость у меня была бешеная! – говорит Жангабыл и тут же возвращается в те дни, вспоминая про одного из своих наставников, с которыми ему всегда везло.

Сабиев буквально растворялся в музыке – на занятиях оркестра общества слепых, который возглавлял Мырзабек Ибраев. Тот уговорил парня поступить в музыкальное училище, чтобы со временем заменить его. Так это и случилось в 1990-е годы.

Учитель распознал, что именно музыка – предназначение Жангабыла. Учиться ему было тяжело, приходилось много писать. Труднее всего давалось переписывание нот по Брайлю. Позже Сабиев окончил университет по классу домбры, а недавно получил второе высшее образование, окончив физкультурный факультет.

Спорт, а именно шашки – это другая стихия. Он, еще проживая в Кызылорде, начал играть в шашечных турнирах общества слепых.

И четыре раза подряд оказывался на последнем месте. Юноша не сдавался. Он разозлился и засел за учебники. Жангабыл показывает толстенные тома, испещренные шрифтом Брайля, с разборами лучших партий в истории шашек. Их он продолжает читать до сих пор. Говорит, что был счастлив от того, что в 2010 году стал чемпионом Казахстана среди незрячих, получив звание мастера спорта. А тремя годами ранее открыл в Павлодаре федерацию шашек среди зрячих, которой руководил 10 лет. Вот уже много лет Жангабыл преподает игру в шашки детям и взрослым, слепым и зрячим. Он с гордостью делится, что на декабрьском городском турнире в честь Дня независимости из шести его учеников трое завоевали медали. Как жить и радоваться жизни с 5 процентным зрением — Бахтияр Базарбеков

– Раньше я постоянно пел на свадьбах. Каждую субботу меня поджидал у дома автомобиль. Певцы наши споют и уедут, а я мог до конца свадьбы сидеть. Вдруг люди захотят домбру услышать? После нескольких лет тоже стал уступать дорогу в этом деле молодым, – говорит наш собеседник. Он подчеркивает, что уже дед – у его дочери сын учится в пятом классе, она работает швеей. Сын обучился на массажиста и трудится в спортивном клубе.

– Жангабыл, вы очень улыбчивый. Почему?

– Оптимист я, надо всегда верить в лучшее.

Павлодар