Опубликовано: 3400

В погоне за мечтой

В погоне за мечтой Фото - Тахир САСЫКОВ

Для Руслана БАШАЕВА понятия “не могу” не существует. Ради своей мечты стать эстрадным певцом незрячий парень из провинции, инвалид I группы, сменил место жительства, поступил на грант в престижный вуз и сегодня готов к сотрудничеству с продюсерами.

“Только ты очнись от темноты. И глаза открой”, – не так давно пел со сцены национальной премии “Алтын журек” Руслан Башаев, и по его признанию, тогда он впервые осознал, что эти слова о нем самом. 26-летний юноша не видит с рождения, но ни этот недуг, ни жалость к себе не стали барьерами на его музыкальном пути. Уверенной поступью он идет по нему с самого детства, не делая себе никаких поблажек. Башаев – первый в истории Академии искусств имени Жургенова незрячий студент, который в этом году оканчивает магистратуру, а ранее был бакалавриат. Эстрадный вокал. Попутно разрушая стереотипы о том, что эстрадные певцы должны быть лощеными красавцами, пышущими здоровьем, Руслан берет другим. Он настоящий – как в жизни, так и на сцене, и еще перфекционист.

– Не считаю себя инвалидом, ущемленным, замкнутым. Музыка – мой солнечный свет, я ею дышу каждый день. Без музыки моя жизнь ничего бы не значила, – говорит Руслан. – Я начал петь в 5 лет, мама увидела, что у меня такой интерес, и подарила мне детскую гармонь, с этого все и началось. В 9 лет меня отдали в музыкальную школу города Уральска на вокально-хоровое отделение. Пел и в хоре, и у меня был отдельный педагог Юлия Фадеева, она учила меня вокалу. Исполнял народные, классические казахские и русские песни. Однажды побывав с мамой на одном концерте, услышал казахские народные инструменты. Как красиво звучал смычковый кыл кобыз! Это после концерта я узнал название этого инструмента. В музыкальный колледж имени Курмангазы решил поступить на казахское народное отделение, чтобы играть на кыл кобызе. В 2007-м занял первое место на фестивале “Жулдызай” среди детей-инвалидов.

Будущий министр дал “добро”

Руслан подчеркивает, что с детства его притягивало эстрадное пение, но в родном Уральске эстрадников на тот момент не учили. Поэтому, окончив колледж на “отлично”, он поехал покорять южную столицу – поступать в Академию искусств имени Жургенова на бакалавра.

– Нашей семье пришлось переехать в Алматы, где у нас никого не было, чтобы я смог учиться. Отбор был очень жесткий, всего 9 человек прошли на грант, и среди них – я. Когда поступал, Лаки Кесоглу (народный артист Казахстана), который вел прослушивания, сомневался, как буду учиться, смогу ли... Сказал, что у них такой категории граждан никогда не было. Я очень просил дать мне шанс. Ректор (на тот момент это был Арынстанбек Мухамедиулы – нынешний министр культуры и спорта. – Прим. авт.), когда объявлял всех грантников, сказал, что верит в меня. За это я ему очень благодарен. Мы пребывали с мамой в шоковом состоянии, такая это радость для нас была!

До этого в академии искусств, которая выпустила приличное число ставших известными в Казахстане и за его пределами артистов, актеров и режиссеров, студенты с инвалидностью по зрению никогда не учились. Про инклюзивное образование толком не слышали. Руслан стал первым. Приезжий студент всеми силами впитывал в себя знания и ежедневно преодолевал несовершенство инфраструктуры мегаполиса: арыки и бордюры, тротуары без тактильных дорожек, отсутствие поручней в общественных местах. Эти бытовые трудности большинству людей просто не заметны.

– Мы с одной москвичкой общаемся, она говорит, что в Москве для незрячих все есть: нет проблем с дорогами, в автобусах – специальные места. Я удивляюсь, в Алматы такого нет. Пищащие светофоры я слышал только в 2–3 местах в городе. Всегда хожу с сопровождением, потому что здесь столько машин, я боюсь один передвигаться. Когда жил в Уральске, мне было легче. В нашем районе, где мы жили, я ходил самостоятельно. Конечно, хотелось бы, чтобы у нас были такие дороги, чтобы самому ходить, гулять и перемещаться по городу.

Людям с нарушением зрения необходим помощник, который бы сопровождал, ассистировал во время учебы – помогал пользоваться оргтехникой, библиотекой и т. д. У Руслана таким помощником стала мама Каным, бывший повар, которая на своих женских плечах вынесла и тяготы переезда, и еще много чего, о чем она вслух не говорит.

– Первые два года мы снимали квартиру, было тяжело, сейчас хоть свое жилье появилось. До 4-го курса мама сопровождала меня на учебу, ждала после занятий, потом в городе появился сервис инватакси, я решил ездить сам. Туда езжу на инватакси, оттуда на автобусе – однокурсники сажают, а мама встречает. В академии меня все знают – и преподаватели, и студенты, готовы помочь, но я стараюсь все сам делать, потому что считаю, что в жизни надо всему учиться.

Руслан, кроме того что профессионально поет, также играет на фортепиано, домбре и кыл кобызе. Народные инструменты в их однушке расположены на самом видном месте. Кыл кобыз ручной работы с натуральными струнами из конского волоса был подарен мастером из Жамбылской области Канатом Жаксылыковым. Их крохотная квартира, в которой они живут с мамой и котом, совсем не способствует комфортному изучению музыки. Но человек с большой душой умеет обходиться и малым.

“Меня не замечали”

Успехи Руслана не были бы такими примечательными, если бы не то обстоятельство, что парень учится исключительно на слух. Он не читает ноты по Брайлю. Это равносильно тому, что изучать медицину, не имея перед глазами ни учебников, ни книг, ни Интернета, а держать представления о расположении человеческих органов, симптомы болезней и методы лечения – в своей голове.

– Всегда играл на слух, будь то пианино или кобыз, – признается юноша. – Учительница мне сыграет произведение и потом начинает рассказывать, каким пальцем зажимать, залигованные, незалигованные ноты. Я себя не хвалю, но слух у меня хороший. Я могу любое большое произведение выучить за неделю – подобрать тональность, стиль.

В этом году Руслан выступил на детском фестивале “Балапан Жулдыз”, на вручении премии “Алтын журек” в дуэте с Анной Вербиной, на фотовыставке памяти Батырхана Шукенова, на открытии детского хосписа, а в эти выходные – на концерте перед ветеранами. Говорит, что год выдался очень богатым на выступления, но так было далеко не всегда:

– Дело в том, что, когда учился на бакалавриате, никуда не ходил на концерты, почему-то меня не замечали, не звали. Я, конечно, был немного расстроен из-за этого. Во время учебы в магистратуре познакомился с режиссером Азизом ЗАИРОВЫМ, он услышал мой голос и начал его выкладывать на “Фейсбук”, и меня стали замечать.

Теперь Руслан мечтает работать с продюсером, который бы помог ему попасть на эстрадные подмостки.

– Вы кого-то знаете из продюсеров, чей стиль работы вам нравится? Баян Есентаева, Алуа Конарова?

– Алуа Конарова, хотя не знаю ее лично, мне хотелось бы в будущем с ней познакомиться. Вообще у меня есть такое предложение, чтобы Азиз Заиров стал моим продюсером, но мы еще не обсуждали, не знаю, как он на это посмотрит.

– А на кого из эстрадных певцов хотели бы равняться?

– На таких, как Стиви Уандер, это уже классика, но тоже эстрадный жанр. Его I just called to say I love you я пел на экзамене. Из наших мне нравится Батырхан Шукенов, я пою все его песни, начиная с “Джулии”, между прочим, мой голос подходит под его композиции.

– Как соседи реагируют на ваши домашние репетиции?

– Летом, когда форточка открыта, там и хлопают, и кричат, радуются – один раз иду с прогулки, а мне девушка говорит: “Ты так классно пел песню Марселя “Асыл жаным-ай!”. Занимаюсь в день по 2–3 часа, потому что не могу сильно голос напрягать. Не люблю, когда поют под фанеру, сам люблю петь всегда вживую. Еще сочиняю музыку на фортепиано, просто у меня сейчас нет возможности заниматься, комната у нас одна. Конечно, в будущем хотелось бы, чтобы была своя комната или студия, чтобы разучивать новые произведения, играть на инструментах.

– Что вы любите петь?

– Песни Шамши Калдаякова – это мой любимый репертуар. И мелодия, и слова написаны сердцем. Люблю слушать терме на домбре. Классические песни, джаз, народные. На кобызе в основном играю произведения Коркыта, Ыхыласа, Куата Шильдебаева.

– Пример российской певицы Дианы Гурцкой вас вдохновляет?

– Конечно вдохновляет. Я хотел бы в будущем, чтобы она меня услышала, выступить где-нибудь перед ней или даже спеть дуэтом.

А вообще, у меня есть огромное желание преподавать, открыть свою студию, чтобы люди приходили, ставили голос. Состоятельным платно, чтобы это был мой заработок, а людям с ограниченными возможностями – бесплатно. Если нет таланта, почему бы его не развить? Я считаю так. Недавно ходил в “Арди”, и там многие хотели научиться петь. Я стал распевать Тахира Умарова, который сыграл в фильме “Быть или не быть”. Дело в том, что он немножко заикался, но, когда стал петь, у него все это прошло. Уверен, что пение дает лечебный эффект – восстанавливает речь.

Наверняка это будет новая и интересная глава в жизни Руслана, пока же юноша готовится к защите диссертации. Перед уходом он исполняет нам толгау на кыл кобызе, и на сердце становится очень спокойно, у такого парня все будет отлично!

Оставить комментарий

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи

Новости партнеров