Опубликовано: 2200

"Это болезнь, которая не лечится" - как живут люди со слабоумием в Алматы

 "Это болезнь, которая не лечится" - как живут люди со слабоумием в Алматы Фото - Из открытых источников

Когда близкий человек заболевает деменцией, это становится трудным испытанием для его родных. 

Две жительницы Алматы - Оксана Салонова и Елена Гусева - столкнулись с одинаковой бедой: их 60-летние матери заболели страшной болезнью - деменцией. 

НАША СПРАВКА:

Деменция (лат. dementia - безумие) - приобретённое слабоумие, стойкое снижение познавательной деятельности с утратой в той или иной степени ранее усвоенных знаний и практических навыков и затруднением или невозможностью приобретения новых.

Однажды женщины поняли, что не смогут предоставить своим матерям стопроцентное внимание, а центров для заболевших деменцией в Алматы становилось все меньше. 

- Одним вариантом было взять сиделку, второй вариант - размещение в центрах, но многие из таких центров закрываются, а цена в них примерно около 10 тысяч тенге в сутки, - говорит Елена Гусева. 

Поэтому две женщины, поддерживая друг друга в горе, решили вдвоем арендовать дом в нижнем районе ВАЗа и нанять одну сиделку для своих матерей.

- Дом одноуровневый, без порогов, с теплыми полами, чтобы не мерзли бабушки, с огороженной территорией, с которой не выйти. Сейчас мы еще двоих человек ищем, чтобы поделить расходы, так как на двоих они сейчас составляют 400 тысяч тенге, - рассказывает Оксана Салонова.

В этом году матере Оксаны исполнилось 60 лет, но еще в 2015-м она стала замечать, что мама часто стала забывать все.

- Она стала путаться со временем, временные рамки сместились. Зимой 2015 года мне позвонили соседи из маминой квартиры и сообщили, что она бьется в истерике в квартире, говоря, что её закрыли и бросили. Когда я приехала, она сидела как ни в чем не бывало и заявила, что ничего не произошло. «Они все врут», - сказала она.

Это был яркий сигнал, после которого женщина с матерью обратилась к невропатологу.

После того как невропатолог посмотрел анализы, было назначено лечение курсом капельницы. Матери Оксаны поставили диагноз "энцефалопатия". Но когда началось лечение, состояние женщины ухудшилось. У нее все чаще стали возникать приступы агрессии.

- Со взрослыми людьми она была адекватна. Но когда оставалась с сыном, она утверждала, что ей нужно куда-то идти, что у нее есть работа, хотя она пенсионерка. Она вырывалась и уходила в никуда. После курса капельницы стала пить лекарства. А через три месяца снова наступило ухудшение. Она не понимала, на какой автобус садиться, раза три она потерялась. Нам хватило переживаний по самую макушку. Мы снова обратились к невропатологу, и она назначила еще курс капельниц.

Повторный курс не увенчался успехом.

- На пятой капельнице, выйдя из кабинета, она как будто не узнала меня. Приехав домой, она села в уголочек и тихо так говорит: «А вы же меня на улицу не выгоните? А то я не знаю, где я». Это был первый шок. Врач сказал мне: "Доделаем капельницы, потом поговорим" .

Самый ужас, по словам Оксаны, заключался в том, что после неудачного лечения врач сказала: «Я поставила вам энцефалопатию, потому что не имею права ставить другой диагноз. Такой диагноз вам может поставить только психиатр, идите к нему».

Когда Оксана пришла к психиатру, тот сказал, что сразу видно по первому анализу, что у её мамы деменция.

- Все то лечение, которое мы проводили полгода, не только было ненужным, оно вредило. Все эти системные капельницы рассчитаны на то, что кровь должна разжижаться и разгоняться для обеспечения мозга кислородом. А при деменции нельзя делать такое, так как сосуды лопались, большая часть мозга не получала ничего и отмирала.

Сначала рассеянность, забывчивость, раздражение, потом резкое ухудшение - болезнь матерей, по словам алматинок, протекает словно волнами, то стабилизируясь, то явно ухудшаясь. 

- Уже третий год мы болеем так, и все идет только в прогрессию. Это болезнь, от которой нет лечения, нет лекарств. Максимум, что мы могли сделать, - это создать условия для человека. Болезнь очень страшная. Человек забывает все, не просто своих детей, свой возраст, своих внуков, а все, включая бытовые навыки, как переодеться, как сходить в туалет, забывает поесть, - рассказывает Оксана.

У мамы второй женщины, алматинки Елены Гусевой, болезнь развивалась похожим образом.

- Пока я была на работе, моя мама могла позвонить моим родственникам и рассказать, что я ушла от нее, что её зять - алкоголик, что внуки её бросили. И поначалу ей верили все, ведь она адекватно общалась. 

Потом родственники поняли, что женщина тяжело больна. 

- Сначала мои близкие думали, что я хочу упрятать её в центр для сумасшедших. Но ей был необходим постоянный уход. Не только медицинский, с таким человеком очень тяжело быть морально. Человек, забывая свою жизнь, теряется, становится агрессивным против всех. Каждое слово, сказанное ему, он воспринимает в штыки. А через 5 минут он уже не помнит, что делал и что говорил. А как окружающим с этим жить? 

Особенно трудно было детям Елены. Они не понимали, что случилось с некогда доброй и заботливой бабушкой. 

- Она могла сцепиться с внуком за конфету, ударить его, обидеться, уйти, а потом вернуться, ничего не помня. Стала постоянно обвинять внуков в воровстве, размазывать еду по столу, знакомиться каждый день с соседями.

Мама Елены начала ассоциировать себя с 16-летней девочкой-подростком.

- Она стала вспоминать своих родителей постоянно, спрашивать, где они, рассказывать постоянно про свое детство. 

У Елены и Оксаны больше нет надежды на то, что их матери излечатся. От деменции нет лекарств, необратимые нарушения в работе мозга кардинально меняют всю жизнь человека. 

Оставить комментарий

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи