Опубликовано: 4400

Товары массового поражения: что творится на "Старом базаре" Кызылорды

Товары массового поражения: что творится на "Старом базаре" Кызылорды Фото - Натальи ДЕНИСОВОЙ

В каждом, наверное, городе есть место, которое посещают и местные жители, и почти обязательно туристы. Это рынок.

НУ ТЫ ЖЕ ВИДИШЬ, ЧТО МОЖНО…

И чем старше местный рынок, тем он привлекательнее и как торговое место, и как достопримечательность.

В Кызылорде тоже есть такое местечко, население его называет “Старый базар”, это потому, что торгуют на этом участке территории недалеко от реки Сырдарьи уже лет 100. Вот только гостей города туда ни один здравомыслящий человек на экскурсию не поведет. Потому что достопримечательность эта обычно оставляет не самые лучшие впечатления.

“Старый базар” – не цельный объект, а 2 рынка на свежем воздухе, вещевой и продуктовый, которые облепили десятки торговых домов и магазинов.

Наиболее посещаемые, конечно, ряды гастрономические. Ибо если в пандемию, отметившуюся удорожанием многих товаров и снижением заработков, донашивать то, что завалялось в гардеробах, многие граждане научились, то не питаться у людей никак не получается. И на рынок традиционно идут за свежей “колхозной” продукцией и к дачникам. Предполагается, что у последних, торгующих без посредников, овощи и фрукты должны быть дешевыми.

Продуктовый рынок на свежем воздухе в составе “Старого базара” называется “Сыбага”, и я решаю посетить его, дабы купить овощей, пучок мяты, немного помидоров и свежих ягод. Вызываю такси, беру корзину. Поехали!

Подъехать к нужному мне месту оказалось для таксиста делом нелегким: пробки на дорогах у “Старого базара” почти всегда, когда его торговые точки открыты, как минимум на 8 баллов по 10-балльной шкале. Автомобили здесь везде припаркованы как попало, пешеходы не желают замечать “зебр” и светофоров, дороги перебегают, снуют между машинами, рискуя попасть в ДТП. Водители матерятся на пешеходов в открытые окна, пешеходы отвечают: “Сам такой!”.

Наконец, таксист высаживает меня у узкого входа в продуктовые ряды, я выхожу из машины и… больно наталкиваюсь на тележку торговца вареной кукурузой. Мужчина катит ее по обочине, прокладывая себе маршрут между автомобилями и прохожими, практически не обращая внимания на тех и других. Мол, обойдут-объедут. И только кричит: “Кукуруз сто тенге варооооный берем!”. Тележка у него до такой степени грязная, будто он торгует с нее еще и углем, навозом и свежей рыбой.

Я пытаюсь обойти как-то этого человека, остановившегося, чтобы продать початок кукурузы подростку, и натыкаюсь на еще одну тележку. С нее красивый молодой человек торгует лепешками. Тележка сделана из старой детской коляски и вид имеет неопрятный. Лепешки, хоть они и вкусно пахнут, здесь брать я не буду.

И тут с левой стороны от себя замечаю киоск, какого гипотетически в нашей стране быть не может. Киоск, торгующий насваем. Товар этот так дурно пахнет куриным пометом, тертыми корнями табака и еще бог знает чем, что ком подступает к горлу. Я в удивлении останавливаюсь напротив, смотрю, как какой-то дяденька покупает пакетик этой дряни, и случайно выдаю мысль вслух:

– Но ведь делать и продавать насвай в Казахстане нельзя…

Дяденька закидывает за губу только что купленный самопальный жевательный табак, причмокивает и отвечает мне, пожимая плечами:

– Ну ты же видишь, что можно.

Наконец, я всё же подхожу к тесным продуктовым рядам. И постепенно начинаю ощущать себя Алисой в Стране чудес. Некоторые картинки с рынка почти сюрреалистичны. Между лотками с продуктами – прилавки с хозтоварами, мелкими шмотками типа трусов, аксессуаров. На прилавке с солнечными очками почему-то лежат еще и говяжьи ножки, хоть сейчас бери на холодец. За прилавком с носками стоит столик, с которого торгуют упакованной в целлофановые мешки бараниной. Следом идет лоток с хозяйственной мелочью, среди которой замечаю отраву от грызунов, муравьев, мух и тараканов. На развале с пшеном и талканом стоят еще и пластиковые бутылки с молоком, причем сами бутылки старые, из-под газировки, и, видать, использованные уже не раз, такие затертые. Ну и товарное соседство! У нас в городе еще существует санэпиднадзор или уже погиб в неравной борьбе с безграмотностью и безрассудством торгового класса?

Прохожу дальше: на лотках с куртом замечаю картонки с объявлением “Есть домашнее сливочное масло”. Спрашиваю у одной из продавщиц, где оно.

– Если надо, сбегаю, принесу! – шустро отвечает та. – Я его, чтобы не портилось, положила пока в холодильник к знакомым, торгующим курицами-гриль.

Нет, мне не нужно сливочное масло, лежавшее на сырых куриных тушках, двигаюсь дальше.

Замечаю, что на рынке продают сразу как минимум в десятке мест консервированные овощи и фрукты в банках без маркировки. Уже сил нет возмущаться, даже при знании того, что продажа домашних заготовок в Казахстане под запретом. И тут новое открытие: в продаже у некоторых торговцев – гусиный, барсучий, медвежий жир. На солнцепеке, в светлых стеклянных бутылках. Берут его люди в основном для лечения дедовскими методами от различных болезней. А еще в двух местах я увидела собачий жир. У местного населения он считается лучшим средством от туберкулеза. И меня очень интересует, как этот жир добывают? Отлавливая собак с помойки или выращивая псов на убой? Но собака в нашей стране не входит в ветеринарный список животных, предназначенных для убоя на мясо и другие “составляющие”. Значит, мы видим осознанную жестокость в обращении с братьями нашими меньшими? Никакой морали, только нажива?

Спотыкаясь на каждом шагу – под ногами сплошь ямки и колдобины, я всё же добираюсь до продавцов овощей и фруктов. Налево – сотни торгующих привозным и перекупленным товаром, направо – куцый дачный ряд.

Убеждаюсь, что у дачников в этот раз нет хороших ягод, иду к “неместным”. У них есть ежевика, малина, клубника, черная смородина. Прицениваюсь: малина – 2,5 тысячи тенге за килограмм, ежевика – по 2 400 за кило. Мне не по карману. Спрашиваю о ценах на овощи. Картошка подешевела, неказистая и не на выбор – 200 тенге за килограмм, морковь – 400. Нагружаю себя и морковью, и картошкой, помня о том, что в Кызылорде дачники корнеплоды не продают. Их невыгодно выращивать в небольших объемах.

Жарко и пыльно, невыносимо хочется пить. Видела, кстати, пока шла к дачникам, несколько объявлений “Есть холодная ашытпа”. Это напиток такой, из разваренного зерна и кислого молока. Традиционный для казахов в жару. Но кто его сделал на продажу желающим утолить жажду прямо на рынке, тоже под вопросом. Впрочем, многие пьют, ничего не боятся, так же, как и едят в пыли в 40-градусный зной самсу, пирожки, плов. Харчевен с едой навынос в окрестностях “Старого базара” – масса. Их работники снуют по базару, разнося обеды торгующим. Как выжить в кризис: пять лайфхаков

С дачниками разговор у меня получился длинный:

– Почем помидоры?

– 500! 

– А огурцы?

– 400!

– Абрикосы?

– 800!

– Травы?

– 200 тенге пучок!

Пучок там по толщине с мышиный хвостик. Что ж у вас всё, спрашиваю, господа, так дорого?!

И тут мне люди рассказали, как отвратительно нерегулярно курсирует в Кызылорде общественный транспорт к дачным комплексам. Какое сильное маловодье в этом году на Сырдарье и других водоемах, участки самотеком не польешь, нужно или насосы устанавливать, или скважины на наделах бурить. Это большие деньги, по меркам простого люда. Что насос с топливом для него, что новая скважина.

– Вон, забили нам с дедом шабашники колонку на участке, 60 000 взяли! – делится бабуля, торгующая алычой. – Это же 3/4 дедовой пенсии!

У дачников я беру помидоры, огурцы, пряные травы, абрикосы. Дорого, да, но пускай уж лучше вот эти простые трудяги на мне заработают, чем перекупщики-спекулянты.

Уже выходя с рынка, снова ушибаюсь, не поверите, стоя на обочине и ловя такси, задеваю случайно работающий автомат по приготовлению поп-корна! Кто его поставил у дороги и с чьего разрешения, уже даже не интересуюсь. Какой-то пьяненький прохожий, увидев мою растерянную мину, советует мне “разуть глаза”, чтобы не потерять здоровье. Да, уж насмотрелась! Глаза, как говорится, в кучу!

Пожилой таксист, подобрав меня, заламывает такую цену за поездку до дома, что я возмущаюсь:

– Ну вы, сударь, и даете!

– А почем мясо на базаре, запомнила?

Я в крытых мясных павильонах не была, только вздыхаю, с запросами таксиста соглашаюсь. Мы едем, маневрируя в пробках, я снимаю маску, вытираю руки до локтя, лицо и даже зачем-то уши антисептиком.

– Что, брезгливая? – спрашивает таксист.

– Да, бардак беспросветный на рынке, к тому же ни одного продавца в маске, – вздыхаю я.

– А мы имеем то, что заслуживаем. Видим бардак – и всё равно покупаем. Цены адские, а мы товар берем. У нас и власть городская бесхребетная. Сколько акимов местных обещали у “Старого базара” транспортные развязки построить? Как минимум трое последних. Но акимы уходят, а проблема остается. Потому что, чтобы развязки построить, надо половину базарного люда для начала разогнать и все лишние постройки-пристройки снести. Но только тронь спекулянтов, тут такое начнется! Они же здесь цари и боги!

Ну тогда мы и будем жить как попало и как придется. Потому что еще много дел у местной исполнительной власти не делается, чтобы “ничего не началось”. Впрочем, и власть мы имеем тоже, какую заслуживаем.

КЫЗЫЛОРДА

Оставить комментарий

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи