Опубликовано: 9900

Никто не хотел убивать: что бывает, когда пропадает межнациональное согласие

Никто не хотел убивать: что бывает, когда пропадает межнациональное согласие Фото - Шухрат ХАШИМОВ

Корреспондент “КАРАВАНА” с места кордайских событий

Вчера еще не верилось, что такое может случиться. Казахстан был многонациональной и мирной страной, где бок о бок уживались сотни народов. Но в этот раз произошло то, что перевернуло историю страны. Кордайские события показали, насколько хрупок мир в нашей республике и что бывает, когда пропадает межнациональное согласие.

В поисках прошлого

Уныние и щемящее чувство вины вперемежку с досадой и удивлением вызывает визит в кордайские села, которые на днях были охвачены беспорядками. Село Масанчи, въезд в который охраняется блокпостом, будто бы подверглось бомбежке. Справа и слева – руины и пепелище, кое-где до сих пор работают пожарные бригады, там и здесь встречаются сотрудники Нацгвардии и правоохранительных органов, а по дорогам то и дело проезжает военная техника.

А ведь еще несколько дней назад это было ухоженное мирное село, где люди радостно приветствовали друг друга и строили планы. Местные жители выращивают и продают овощи. Но сейчас у них – время передышки. Трудившиеся девять месяцев крестьяне теперь отдыхали – многие были довольны тем, что продали урожай, пусть и по средней цене. Зато теперь есть возможность приодеть детей, купить кое-какую технику и так далее. Вернее, была возможность…

– Всё изменилось в тот день, – с грустью в глазах и со вздохом рассказывает житель села, представившийся Юсупом. Он сидит посреди развалин и копошится в них.

– Что вы там ищете? – спрашиваем у него.

– Даже не знаю, – разводит он руками. – Наверное, просто перебираю…

Юсуп выглядит совершенно потерянным. Он действительно не знает, что ищет. Лишь со стороны понимаешь, что человек на самом деле ищет ту жизнь, которая была еще вчера.

Он в поисках воспоминаний, когда жена и дети были рядом. Вот здесь, на топчане, они и кушали, и спали, и беседовали, и смеялись. Может быть, он ищет семейные фотографии, чтобы мысленно перенестись в те счастливые дни?

– Сейчас родителей, жену и детей я отправил в Кыргызстан – так мы решили, что мужчины должны остаться здесь, даже если теперь у нас нет дома, – рассказывает он, глядя куда-то вдаль. – Когда они вернутся, я не знаю. Ведь они пережили такой шок, кошмар, который навсегда будет запечатлен в их памяти. Даже если я их верну, как нам жить дальше? Мы ведь, мужчины, даже сейчас не спим ночами и выглядываем все время на улицу: спокойно ли? Не пришли ли опять они?

Понимаете, теперь любой крик на улице, любая толпа, даже какие-то шорохи будут нас будоражить.

Невольно приходишь к мысли, что этим жителям нужна психологическая помощь, о которой пока никто не позаботился…

Не миллионеры мы!

Сейчас многие мужчины живут в мечетях. У Юсупа был небольшой дом, в нем жили две семьи. Сельчане здесь не зарабатывают большие деньги на луке и моркови, как некоторые считают, – иначе все бы уже обеспечили жильем своих детей.

– Но посмотрите – у нас во дворах живут по три-четыре семьи, по 10–20 человек!

Мы точно так же страдаем от нехватки земли, нехватки жилых площадей. Но не ропщем, тихо-мирно живем рядом с братьями-казахами.

Продали урожай по хорошей цене? Но ведь это наш заработок за целый год! Делите на 12 месяцев, на три-четыре человека, трудившихся на поле, и получается средний заработок. А ведь надо половину оставить на следующий сезон, чтобы снова купить семена, удобрения, пестициды, заплатить за аренду земли и техники! Не миллионеры мы!

Село Масанчи – густонаселенное. Здесь проживает около 13 тысяч жителей, около 90 процентов из них – дунгане, 5 процентов – казахи, еще 5 – других национальностей.

Надо признать, свободных земельных участков здесь больше нет, не хватает и площадей для возделывания культур. Потому многие уезжают работать в другие регионы.

Никаких конфликтов до сих пор не было. Люди ходили в гости друг к другу, мирно общались. А вот стычки с жителями соседнего села Каракемер все же были.

– Но это было редко, – говорит Юсуп. – И то между собой что-то могли не поделить школьники. Но взрослые и старейшины обоих сел всегда успокаивали молодых, находили нужные слова. Братоубийство губительно для всех – Мурат Ауэзов о кордайском конфликте

Основная версия – бытовая

Что именно произошло в тот день, когда нужных слов не нашлось, а в конфликт втянулись сами взрослые? По официальной версии, жители села Масанчи и Каракемер, управляя автомобилями, не смогли разъехаться на развилке. С обеих сторон было по три человека. Каракемерцы говорят, что масанчинцы их избили, включая их отца-пенсионера. Другая сторона утверждает, что произошла драка и, напротив, защищались они. А пенсионер пытался разнять детей и случайно упал. Старик попал в больницу с травмами, а участники драки остались с синяками и ушибами.

Сейчас этот инцидент стал предметом пристального изучения правоохранительных органов. Почему стороны не разошлись по-мужски, а стали подключать к конфликту новых людей? Ведь этим бытовым конфликтом умело, если не сказать мастерски, воспользовались провокаторы. Они своими постами в соцсетях и мессенджерах открыто призывали к расправе, стали назначать места явок.

7 февраля погромам предшествовал еще один инцидент. Сотрудники кордайской полиции пытались задержать в селе Сортобе дунган, якобы по причине несоответствия номеров стандартам. Однако на видео задержанный кричит: “Почему он на нас нападает?”.

Разыскать героев видео или хотя бы их родственников нам не удалось, но сами жители говорят, что задержание пытались провести после уже случившейся массовой драки. Действия правоохранительных органов и ответная реакция задержанных вряд ли были спровоцированы лишь неправильными номерными знаками.

Недооценка ситуации

Массовая драка жителей случилась днем, а вечером к селам стали стягиваться молодые люди. Почему в этот момент их никто не остановил, также выясняют следователи. Но, по мнению жителей села, со стороны правоохранительных органов и местных властей произошла явная недооценка событий. Они слишком рано отрапортовали о том, что ситуация взята под контроль.

Но всё самое ужасное только начиналось. В 7 часов вечера к 70 человекам, принявшим участие в массовой драке, присоединились еще 300 из близлежащих сел (по версии МВД).

Омоновцы, которых было всего около 100 человек, выставили щиты, полиция стала успокаивать прибывающих людей. На место выехали аким области и руководитель ДВД региона. Но их не слушали, полицейских забросали камнями, и в какой-то момент толпа прорвала оцепление. Люди стали жечь дома, машины, магазины.

Жители Масанчи защищались как могли, но у погромщиков были оружие и зажигательные смеси. Лишь к 5 часам утра, когда прибыли дополнительные силы полиции и Нацгвардии, с беспорядками было покончено. Но было уже слишком поздно.

По официальным данным, в результате погромов больше 40 участников получили телесные повреждения и огнестрельные ранения. От полученных травм 8 человек скончались, позже в больницах не стало еще двоих. Полицейские также получили травмы, в том числе двое – огнестрельные ранения. Повреждены и сожжены более 30 частных домов, 15 магазинов, 23 машины.

Обещание Сапарбаева

Вся эта картина теперь предстала перед нашими глазами. Сгоревшие дотла автомобили, остовы домов, кафе, пятна крови на асфальте…

Но посреди разрухи там и здесь располагаются своего рода штабы.

Сельчане сами устанавливают столы, привозят казаны, дрова, готовят плов и другие блюда. Кормят не только самих себя, но и нацгвардейцев, пожарных, следователей.

Мы видели, как работают пожарные бригады, 7 рабочих групп по ликвидации последствий погромов, следственно-оперативные и съемочные группы. Также здесь работала межведомственная комиссия во главе с Бердыбеком САПАРБАЕВЫМ, на тот момент вице-премьером страны. Члены комиссии оценивали ущерб, встречались с жителями 5 сел – Масанчи, Сортобе, Аухатты, Булар батыр и Каракемер.

Встречи с жителями проходили на открытой площадке – благо погода позволяла. Страсти кипели.

В Масанчи, к примеру, сельчане недоумевали – почему правоохранительные органы вовремя не предприняли мер, хотя провокационные сообщения отправлялись два дня? Почему так долго ехала помощь и почему омоновцы дали прорвать оцепление?

– Я хочу вас заверить, что провокаторами, организаторами сейчас занимаются правоохранительные органы, – заверял Сапарбаев на встречах. – Мы с вами живем много лет в мире, и очень жаль, что наша молодежь поддалась на такую провокацию. Но я хочу вас попросить: не нужно поддаваться на новые провокации, поскольку до сих пор в соцсетях раздаются призывы продолжить погромы. Мы устанавливаем провокаторов, все они понесут наказание.

Он также заверил, что государство компенсирует ущерб всем пострадавшим, а семьям погибшим будет оказана помощь.

Конечно, порой жителей охватывают эмоции. Например, один из выступавших горячо сетовал:

– Если наши избили старика, то мы сами бы с этим разобрались, у нас есть совет старейшин. Никто бы не аплодировал такому поступку. Есть и правоохранительные органы. Но зачем нужно было устраивать погромы, сжигать дома, убивать людей?

Мы пришли просто поговорить

Жители понимают, что расправу устроили отдельные организаторы, а не все жители соседних сел.

– Местные жители были во время погромов, но многие из них нас защищали, – рассказывает житель Сортобе Харсан. – Такое ощущение, что многие из пришедших сами не ожидали таких масштабов трагедии. Я слышал, как один казах кричал: что вы делаете? Остановитесь!

– Тут явно были организаторы, – говорит Умар АБДУМАЛИКОВ. – Посмотрите, откуда у них пистолеты, ружья? Кто подготовил им коктейли Молотова, которыми они сожгли все села? Ячейка организаторов действовала быстро – они пришли, смешались в толпе местных жителей, поджигали, грабили, убивали и исчезли еще до приезда Нацгвардии.

О том, что среди нападавших были криминальные элементы, говорит и руководитель Ассоциации дунган Казахстана Хусей ДАУРОВ.

– Это приезжие из других регионов страны – я так понял, что это криминальные элементы, – рассказал он. – Мне сломали руку, приставили пистолет к голове, но заступился местный житель.

В результате беспорядков были задержаны более 40 человек, но позднее большую их часть выпустили. В основном это жители села Каракемер, которые утверждали, что не принимали участие в беспорядках, а пришли только поговорить с жителями Масанчи.

– Действительно, каракемерцы были там по призыву из соцсетей, – рассказывает мужчина по имени Болат. – Но еще до нашего прихода были другие люди, которых мы не знаем. Именно они принесли с собой бутылки с зажигательной смесью. Откуда у нас, простых сельчан, пистолеты? Мы не предполагали, что они настолько серьезно настроены, мы ведь просто пришли поговорить и вразумить масанчинцев.

Криминалитет под подозрением

Жители Масанчи и Сортобе не исключают, что организаторами могли быть криминальные люди, которые под громкими лозунгами спровоцировали нападение, чтобы безнаказанно мародерствовать. В доказательство они приводят факты, когда нападавшие сначала выгоняли людей, а потом рыскали по домам.

Кто сопротивлялся, получал пулю. Потом выгоняли скот, сжигали дома – чтобы не осталось отпечатков или других улик?

– Я анализировал эту ситуацию и думаю, что без посторонней помощи здесь не обошлось, – сказал председатель РОО дунган Казахстана Абубакир ВОЙНЦЕ. – Много было случаев с нашей молодежью, но до такого не доходило. Мне кажется, это были специально подготовленные люди. Они намеренно хотят поссорить наши народы.

Может быть, в этом свете стоит рассматривать скептические версии о том, что за организаторами стоят третьи силы?

Декорации к фильмам

Сегодня сотни жителей села благодарят Даурова и СМИ, которые донесли до всех правду о настоящей обстановке в кордайских селах в ту злополучную ночь. Ведь если Масанчи было взято под охрану, то соседние села оказались беззащитными. Например, село Аухатты, куда перенеслись погромы.

В отличие от Масанчи путь сюда не преграждает блокпост, документы никто не проверяет, и любой желающий мог проехать и увидеть следы погромов. В основном пострадала окраина села. На протяжении километра встречаются сгоревшие дома и машины. Одна из легковушек сгорела прямо на заправке, другая до сих пор лежит поперек дороги. Встречаются и сгоревшие КамАЗы, тракторы. Если в Сортобе и Масанчи уже успели вывезти сгоревший транспорт на окраины, то здесь всё еще ждут технику. Но ее, по-видимому, не хватает.

Почти не видно простых жителей – только сотрудники ОМОНа и Нацгвардии, встречаются восстановительные бригады.

– Многие уже уехали, боясь повторения кошмара, – говорят жители.

По всему видно, что люди в спешке покидали свои дома.

У Харсана, к примеру, заживо сгорел скот. У других скотину просто угнали. У кого-то исчезло 20 коров, у кого-то – несколько лошадей. Машины поджигали не все – некоторые угнали, загрузив в них вещи.

Пейзаж напоминает скорее готовые декорации для съемок фильма-катастрофы. На восстановление тут требуется явно не одна неделя.

Пора домой!

По разным данным, на границу с Кыргызстаном хлынул поток беженцев из Кордая – примерно 25 тысяч человек.

Такое большое количество людей сложно пропустить в один-два дня через границу. В пункте пропуска Сортобе неизбежно возникали давки, в которых пострадали дети. Их увезли на скорой. Сначала было объявлено о двух погибших девочках, но позже представители диаспоры эту версию опровергли. Жизни детей спасли.

К местам скопления граждан дунганской общиной Казахстана и Кыргызстана были организованы спецрейсы с продуктами, деньгами и вещами.

Сбор средств был организован в Алматы, Таразе, Бишкеке и ряде сел Кыргызстана. В соседней республике на правительственном уровне проводились заседания по приему и размещению беженцев.

Сбор средств для пострадавших был организован и в селе Жалпак-Тобе – еще одном дунганском селении в Жамбылской области. Здесь погромов не было. Но Нацгвардия и полиция патрулируют улицы. На всякий случай.

– Что нам делить? – говорит житель села Магаз ЮНУСОВ. – Здесь много межнациональных браков, многие уже стали друг другу кудалар. У меня соседи-казахи, и мы так же мирно, как и раньше, общаемся. Аким сельского округа – Ержан Данаев, казах, и его авторитет никто не подвергает сомнению. Благодаря его усилиям здесь асфальтируются дороги, проводятся мероприятия.

На Наурыз – вместе сидят не только дунгане с казахами, но и корейцы, татары, узбеки…

Мы хотим мира и очень хотим, чтобы наши сограждане вернулись.

По официальным данным, около 10 тысяч кордайцев вернулись в свои села. Кто-то так и не перешел границу, а кто-то приехал уже из Кыргызстана, услышав призывы казахстанских властей.

– Мы видели, как женщины и дети возвращаются. Ваша родина – Казахстан, надо возвращаться. Мы живем в мире и дружбе 150 лет”, – сказал Бердыбек Сапарбаев.

Оргвыводы

Прошедшие события вызвали жесткую реакцию Президента страны Касым-Жомарта ТОКАЕВА, который поручил освободить от должности заместителя акима Жамбылской области по социальным вопросам, акима Кордайского района, а также руководителей ДВД области и Кордайского РОВД. Днем позже сам в отставку подал аким области Аскар Мырзахметов. Ранее он объявил в регионе ЧС техногенного характера, выезжал лично в ночь погромов, чтобы успокоить разбушевавшуюся толпу, в составе правительственной комиссии посетил семьи погибших и принял участие в похоронах людей.

– Я понимаю, что после произошедших событий в Кордайском районе, в результате которых погибли 10 человек, часть ответственности лежит на мне, – сказал он на активе области. – Я принял решение подать в отставку и выражаю благодарность Президенту страны, что он принял мое решение. Спасибо всем, кто поддерживал меня в моей работе!

Верим в лучшее

Бердыбек Сапарбаев, который в минувший понедельник был назначен новым акимом Жамбылской области, обещает жестко бороться с подобными проявлениями.

– Казахстан – мирная и многонациональная страна, где на протяжении десятков лет мирно уживались представители разных народов. И мы не позволим провокаторам расшатывать нашу стабильность, – пообещал он.

– Я сам дунганин, и мне больно видеть произошедшее. Да, это большая трагедия – вы остались без домов, погибли и ранены ваши братья, друзья. Но, прошу вас, эмоции должны схлынуть, нужно возвращаться к мирной жизни, – сказал на встрече с жителями Масанчи депутат мажилиса парламента РК Шакир ХАХАЗОВ.

Азамат ЕРГАЛИ – один из журналистов-фрилансеров, приехавший в Кордай из Алматы, рассказал, что его приютили дунгане из Масанчи. Подобрали на дороге и сказали, что не оставят его одного.

– Казалось бы, в этой атмосфере страха и тревоги они должны были просто проехать мимо меня – казаха, в пыльной куртке, голосующего на обочине. Но, напротив, люди остановились, помогли и теперь делятся со мной тем, что у них есть. Я, усталый от дороги, измотанный, готов рыдать сейчас. Мы – казахстанцы, и в горе, и в радости, это важнее всего, – написал он на своей страничке.

В доме была только одна теплая комната, и именно в ней поселили журналиста. Где спали сами хозяева, он так и не понял.

Никакой озлобленности от них он не чувствовал – они понимают, что нельзя после всех этих погромов делать выводы о целом народе.

Таких теплых постов немало, и есть надежда, что жизнь в районе наладится очень скоро. Люди верят, что Казахстан останется прежней мирной страной и что кордайские события останутся в прошлом и никогда не повторятся.

ЖАМБЫЛСКАЯ ОБЛАСТЬ

Оставить комментарий

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи