Опубликовано: 920

Казахстанка с ребенком лишилась родственников и осталась без работы и жилья

Казахстанка с ребенком лишилась родственников и осталась без работы и жилья Фото - Ермановы Бекзат и Дайана

27-летняя кызылординка Бекзат ЕРМАНОВА попала в такой переплет, что не позавидуешь.

– Произошло столько всего сразу, что иногда хочется опустить руки и перестать сопротивляться судьбе, будь что будет, – говорит Бекзат. – Но у меня на руках шестилетняя дочь Дайана, ради нее я должна каждый день двигаться вперед.

Еще не так давно Бекзат была вполне счастливой юной мамой, с дочерью, мужем Шарханом и полной энергии и жизненных планов свекровью Жанат они жили в поселке Теренозек в 45 километрах от Кызылорды и берегли друг друга.

– Но 3 года назад муж умер в возрасте 30 лет от болезни желудка, – рассказывает Бекзат. – Мы с Дайаной остались со свекровью, а как иначе – семья же. Так и стали жить: я, дочка и мама, которая работала вахтовым методом на нефтяном месторождении. Нелегко, конечно, ей было недели в степи проводить, но она мечтала вырастить и выучить Дайану, в память о своем сыне дать внучке всё, что он не смог.

Жанат Ерманова в 55 лет погибла на месторождении “Бектас-Коныс” 1 декабря 2020 года.

– Тогда, в половине второго ночи, в Сырдарьинском районе на 108-м километре автомобильной дороги Кызылорда – Кумколь на месторождении “Бектас-Коныс” случился пожар в контейнерном общежитии площадью 1 200 квадратных метров, – о происшествии, которое унесло жизнь Ермановой Жанат, сообщили в ДЧС Кызылординской области. – До ближайшей пожарной части от места пожара почти 150 километров. 27 проживавших здесь рабочих эвакуировали, на месте пожара обнаружены тела 3 человек, двух женщин и мужчины. Личности всех были установлены сразу, женщина и мужчина – жители Кызылорды, еще одна женщина из поселка Теренозек.

Та женщина, что из поселка – как раз свекровь Бекзат, которая работала на обслуживании контейнерного общежития ТОО “CNEC”. Вдове Бекзат пришлось хоронить теперь и маму мужа, а потом покинуть дом, в котором они жили, и уехать в Кызылорду, чтобы в областном центре найти жилье и работу.

– Дом же теперь наследственное имущество, непонятно, кому он достанется, у свекрови есть братья-сестры, – поясняет Бекзат. – Да и Дайану надо растить, на что-то поднимать, свекрови теперь нет, которая внучку всеми силами поддерживала.

Семьям погибших в том пожаре людей полагались выплаты от работодателя, “за ущерб”, как говорится.

– Я знаю, что семьям двоих погибших выплатили по 5 миллионов тенге, – рассказала Бекзат. – И тоже подала заявление в ТОО “CNEC”, чтобы и нашей семье назначили выплату, но при личном разговоре с юристом и руководством фирмы мне сообщили, что эта компания не будет платить нам деньги.

Бекзат заметалась: как же так, все сбережения потрачены на похороны свекрови, умерла она в расцвете лет жуткой смертью на рабочем месте, и никакой помощи семье от работодателя?

И Ерманова написала обращения по этому поводу в десятки инстанций – от прокуратуры до “Нур Отана”, акиму области Гульшаре Абдыкаликовой, в общем, всем, кого считала влиятельными людьми, рассказала о своей беде. Помогите же!

Все “всемогущие” спустили обращения Бекзат Ермановой в областное управление по контролю в сфере труда, где женщине посоветовали пойти в суд, ибо ситуация складывается неординарная.

Это же управление для общественности, наблюдающей за ситуацией в маленькой теперь семье Бекзат Ермановой, разместило пояснение в соцсетях. Приведем выдержки из него:

“В несчастном случае, произошедшем 01.12.2020 года на месторождении “Коныс” погибли 3 человека, из них 2 являются работниками ТОО “CNEC” и 1 – работник ТОО “Нурлен”. Погибшая Ерманова Ж. являлась работником ТОО “Нурлен”, то есть в трудовых отношениях с ТОО “CNEC” она не состояла. В соответствии с п. 10.3 коллективного договора ТОО “CNEC”, семьям погибших работников этой компании работодателем была произведена выплата единовременного пособия. Так как погибшая Ерманова Ж. не являлась работником ТОО “CNEC”, действие коллективного договора ТОО “CNEC” на нее не распространяется”.

“На получение суммы возмещения вреда и понесенного ущерба в результате смерти гражданина имеют право лица, указанные в статье 940 ГК РК”.

“Споры, связанные с возмещением вреда, причиненного жизни и здоровью гражданина при исполнении договорных и иных обязательств, разрешаются в порядке гражданского судопроизводства”.

Как оказалось, Жанат Ерманова работала не в самом ТОО “CNEC”, а в ТОО “Нурлен”, обслуживавшем контейнерное общежитие нефтяной компании, то есть если и ожидать каких-либо выплат семье Ермановой, то от ТОО “Нурлен”. Незримая война: сколько казахстанцев ежегодно погибает на рабочем месте

С другой стороны, закон совсем не на стороне Бекзат и ее дочки Дайаны, когда речь идет о выплатах возмещения вреда после смерти Жанат Ермановой на производстве.

“В случае смерти гражданина право на возмещение вреда имеют нетрудоспособные лица, состоявшие на иждивении умершего или имевшие ко дню его смерти право на получение от него содержания; ребенок умершего, родившийся после его смерти, а также один из родителей, супруг либо другой член семьи, независимо от трудоспособности, который не работает и занят уходом за находившимися на иждивении умершего его детьми, внуками, братьями и сестрами, не достигшими 14 лет (малолетними) либо хотя и достигшими указанного возраста, но, по заключению медицинских органов, нуждающимися по состоянию здоровья в постороннем уходе” – гласит та самая статья 940 ГК РК. И ни невестке погибшей, ни ее внучке ничего, как говорится, здесь не светит.

– Но именно мы были семьей Жанат Ермановой, – говорит Бекзат. – Свекровь работала на вахте, чтобы растить внучку, я вела хозяйство, когда неделями свекрови не было дома.

В суд Бекзат, конечно, пойдет с заявлением по поводу тех самых выплат, городские активисты Кызылорды сейчас через соцсети подыскивают ей юриста, который согласится бесплатно представлять интересы Бекзат Ермановой и ее дочери в процессе. Но затея эта практически безнадежная.

Тем временем Бекзат потеряла работу. И жить теперь почти не на что, если не считать небольшой пенсии Дайаны по потере отца-кормильца.

– Когда мы переехали с дочкой в город, я, конечно, устроилась работать, чтобы было на что существовать, но карантин – малый бизнес не в лучшем состоянии, мой работодатель тоже закрылся, – говорит она. – Квартира у нас съемная, за нее надо платить. Стараюсь подыскать источник заработка.

КЫЗЫЛОРДА

Оставить комментарий

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи