Как обезвредить COVID-19

Об этом “КАРАВАНУ” рассказали генеральный директор ТОО “B2U” Айдар ЖАКУПОВ и сотрудники предприятия.

– Наша группа компаний возникла на базе бывшего Алматинского медремзавода, – рассказывает Айдар Дауренович. – Сейчас, конечно, производство модернизировано, и основные цеха расположены уже за городом на площади в полторы тысячи квадратных метров. Производим мы широкий спектр товаров для обеспечения здоровья наших граждан.

Но флагманский продукт – это системы централизованного медицинского газо­снабжения.

Медицинские газы – важнейшая составляющая лечения практически в любой больнице, потому что они призваны спасать жизнь пациента, который находится уже в критическом состоянии. В спектр наиболее востребованных входят кислород, вакуум, сжатый воздух и закись азота (применяется при анестезии). И наше оборудование производит все эти газы.

Вообще, система централизованного медицинского газоснабжения подразумевает, что должна быть станция, которая производит тот или иной вид газа, должна быть инфраструктура – это магистрали из медных или стальных труб, по которым газ доходит до койки пациента. И должны быть консоли (разъемы), в которые медперсонал подключает аппараты ИВЛ (искусственная вентиляция легких), кислородные маски и другое оборудование для спасения жизни человека. Помимо того, что мы всё это производим, мы еще монтируем системы на месте, что называется, “под ключ”.

– Все эти газы берутся из атмосферного воздуха?

– Да. Сырьем для их производства являются только электричество и воздух вокруг нас.

– Даже если он грязный, как в Алматы?

– Там шестиступенчатая система фильтрации. И, в принципе, производится на 99,99 процента чистый газ. Даже если медучреждение расположено на территории какого-то довольно грязного производства, все равно пациент получит чистый воздух и чистый кислород.

– То есть можно не таскать никаких кислородных баллонов, а производить всё на месте?

– Да, подводим электричество и путем адсорбции выделяем из воздуха кислород, – дополняет рассказ руководитель производства систем лечебного газо­снабжения Игорь МАТЮНИН. – Адсорбент осаждает на себя азот и углекислый газ из воздуха и пропускает кислород. И все выхлопы от автомобилей и прочие загрязнения тщательнейшим образом фильтруются при помощи нанотехнологий. И пациентам подается чистый кислород.

– Много грязи оседает на фильтрах?

– Смотря где стоит станция. Если в центре города, то много. Если в горах – фильтры меняются гораздо реже. Но увидеть, сколько в них скапливается вредных веществ, мы не можем, поскольку открывать их не положено. Фильтры в ненарушенном виде сдаются на утилизацию.

Пандемия подстегнула

– Насколько увеличилась за последнее время потребность в вашем оборудовании в связи с пандемией COVID-19?

– Вообще история завода насчитывает порядка 60 лет, его медицинская направленность всегда была такой же. Но в 1998 году производство было реформировано, и с тех пор многое в нем изменилось.

Сейчас в связи пандемией COVID-19 производство систем снабжения медицинскими газами увеличилось раза в два. Но не от того, что так сильно возросла потребность в них, а потому, что до разгула инфекции этому не уделялось должного внимания. На самом деле системами медицинского газоснабжения должно быть обеспечено каждое медицинское учреждение. Но только с приходом COVID-19 вопрос встал ребром.

Кроме систем централизованного газо­снабжения у нас есть и такие продукты, как бактерицидные ультрафиолетовые облучатели. В мире ультрафиолетовое облучение признано одним из самых серьезных средств противодействия распространению инфекции COVID-19. Исследования ученых подтвердили, что ультрафиолетовое излучение определенной длины волны губительно сказывается на жизнеспособности вируса SARS-CoV-2. В радиусе 2,5 метра от облучателя он исчезает в течение 6 секунд. Это доказано живыми исследованиями именно в отношении этого вируса. И мы производим такие облучатели, которые устанавливаются повсеместно: в кинотеатрах, салонах красоты, фитнес-центрах, госучреждениях, в инфекционных палатах больниц.

– А это не вредит человеку?

– Наши облучатели имеют защитный экран, который позволяет использовать его в присутствии людей. Это наше ноу-хау, уникальная разработка. То есть мы знаем, как использовались советские кварцевые лампы: медработник заходил в помещение, включал на время лампу и выходил из него. Потом заходил снова, там пахло озоном, и надо было обязательно проветрить комнату. Наши бактерицидные ультрафиолетовые лампы с определенным диапазоном лучей и защитным экраном убивают SARS-CoV-2, но не вредят человеку. Поэтому при их работе выходить из помещения не нужно.

– И что – рядом с работающей бактерицидной лампой можно находиться без маски?

– Не думаю. Ведь, согласно постановлению главного санитарного врача страны, без маски находиться нельзя нигде, кроме открытых пространств.

Комплексы чистых помещений

– Третий наш большой продукт – это комплексы чистых помещений (КЧП), – продолжает Айдар Дауренович. – Мы знаем, что операционные палаты и палаты интенсивной терапии – это места, где воздух и атмосфера должны быть стерильными, чтобы никакие бактерии и вирусы не могли попасть в тело уязвимого болеющего человека. Поэтому мы производим системы чистых помещений. Стены, пол и потолок в них мы обшиваем специальными антибактериальными панелями, покрытыми раствором, который убивает бактерии. Они обеззараживают всё вокруг. И создаем систему избыточного давления воздуха, чтобы он не заходил извне, а, наоборот, вытеснялся наружу. А для притока свежего воздуха предусмотрена специальная труба со сложной системой очистки, которая забирает воздух из атмосферы, проводит через множество фильтров и закачивает в это помещение. Таким образом, в этой операционной создается стерильная обстановка. Попутно также мы производим операционные, хирургические столы и светильники.

– Сколько специалистов занято на производстве и при монтаже ваших систем медицинского оборудования?

– Порядка 400 человек. Это монтажники, прокладывающие трубопроводы, сборщики, собирающие станции и консоли подключения. Они монтируют системы “под ключ”, производят пусконаладку. И порядка 15 человек отдела сервиса обслуживают всё, что мы поставили по стране. Если вдруг что-то не так с нашим оборудованием, буквально в течение 2 дней мы прибываем на место с комплектом запасных частей и быстро возвращаем станцию в работоспособное состояние. Это одна из сильных наших черт.

– Кто изобретает все эти вещи?

– Исторически такие технологии существовали давно. Но это все равно что сравнить первый мобильный телефон и айфон. Связь обеспечивается и там, и там, но есть разница. То есть кислородные станции были и в Советском Союзе, но уровень технологий и надежность различаются. У нас есть отдел проектирования, конструкторское бюро, которое постоянно дорабатывает и улучшает конечный продукт до соответствия лучшим мировым аналогам. Поэтому при правильном отношении и свое­временном сервисе наши станции бесперебойно работают минимум 10 лет.

– Сейчас большинство товаров и изделий у нас китайского происхождения. Используются ли китайские или другие аналоги такого оборудования?

– Не могу сказать, что в этом направлении производят в Китае. Но то, что производим мы, это точно казахстанское. Мы ставим лечебные газостанции уже порядка 10 лет, и за это время оборудовали по стране 135 станций газоснабжения. Все они служат надежно. Комплектующие берем из Америки, Франции, России, с Тайваня. География обширна. Конкурентов среди казахстанских производителей у нас пока нет. Мы стараемся позиционировать себя в качестве лидера этого сегмента рынка, поэтому стремимся обладать соответствующей репутацией.

Тут нужно учесть: всё, что связано с медициной, нельзя просто так взять и делать. Производство медоборудования подлежит тщательной регистрации и проверке. Нужно не только разработать и трижды проверить техническую документацию, произвести опытный образец, отправить его на экспертизу в Национальный центр экспертизы лекарственных средств и изделий медицинского назначения. Там образец станции всесторонне тестируют: выходит ли оттуда чистый и качественный кислород, какие нагрузки выдерживает станция. Процесс трудоемкий, занимает около года, пока получаешь результат экспертизы.

– Случалось ли так, что вашим сотрудникам экстренно нужен был кислород?

– Нет, у нас на предприятии жесткая система предотвращения заражения COVID-19, термометры на входе и прочее. А тех, кто занимается монтажом оборудования в больницах, мы полностью укомплектовываем СИЗами европейского производства, люксембургскими масками N95, бахилами и перчатками.

АЛМАТЫ