Опубликовано: 3200

И тайное станет явным: как в Казахстане сотворили киллера коррупционеров

И тайное станет явным: как в Казахстане сотворили киллера коррупционеров Фото - zn.ua

Завышение цены, закуп из одного источника при проведении тендеров и прочие уловки чиновников отныне может видеть любой желающий. Туда же – аналогичные нарушения госхолдингов и нацкомпаний.

О том, как национальная палата предпринимателей замышляла сделать цифрового помощника бизнесменов, а сотворила киллера коррупционеров, нам рассказал заместитель председателя правления НПП “Атамекен” Рустам ЖУРСУНОВ.

– В конце сентября НПП презентовала единое окно закупок, и сразу на презентации вы заявили, что за короткий срок обнаружили несколько примеров двукратного и даже десятикратного завышения цены. Но имена “героев” не раскрыли. Почему?

– Изначально у нас было две задачи. По нашим оценкам, более 10 триллионов тенге – это емкость закупа всех пяти площадок, которые сейчас показаны через наше единое окно: центр электронной коммерции минфина, или, проще говоря, все госзакупки, “Самрук-Қазына”, “Nadloc”, поменьше – “Байтерек” и совсем маленький объем приходится на “КазАгро”.

Мы говорим о том, что единое окно – это шаг в сторону импортозамещения. Мы уверены, что, чем меньше импорта будет у нас, тем стабильнее будет тенге. Чтобы любой предприниматель мог зайти на портал и узнать, к примеру, сколько пар носков продается в стране за год. Или вентиляторов. Или что там еще ему будет интересно. Анализ рынка сбыта – это первый шаг для строительства успешного бизнеса. А потом он думает: “Для таких объемов и завод построить можно!”. Вот вам и импортозамещение. Плюс бизнесмен выбирает те позиции, которые его интересуют, и, как только на одной из пяти площадок появляется соответствующий тендер, ему на почту приходит уведомление. Это удобно.

Более того, зная своих контрагентов, вы можете посмотреть, в каких тендерах или конкурсах они участвуют, можете видеть разрывы по цене с конкурентами.

Вторая задача – конечно, борьба с коррупцией. Но кого-то сажать или обвинять – не наша работа. Мы создали портал, в котором видны все отклонения от нормы: завышение цены, закуп из одного источника и так далее. Всего у нас более 12 индикаторов. И мы готовы эту информацию предоставлять госорганам. А было нарушение или нет – это уже пусть они решают сами!

Почувствуй себя Навальным

– Насколько активно проверяющие госорганы заинтересовались вашим сервисом?

– Многие пытались запустить такой сервис в Казахстане и до нас, но чаще всего им не хватало или денег, или мощностей серверов. Мы же решили пойти до конца. В создание единого окна закупок нацпалата вложила очень много и продолжает вкладывать. У нас работает целый штат аналитиков. Поэтому, когда в августе презентовали госорганам его, у всех, конечно, загорелись глаза.

Но дело не в этом. Теперь информация о том, кто и где завысил стоимость, купил у контрагента из черного списка и так далее, – вся открыта. Посмотреть ее могут не только проверяющие госорганы, но и любой желающий. Вы, как журналист, можете заплатить 20 тысяч тенге за год и 365 дней рассказывать о правонарушениях, делать свои расследования. Активисты гражданского общества могут, сами предприниматели…

То есть правила игры изменились. Если раньше можно было где-то “потеряться”, по-тихому провести тендер, то теперь все прозрачно, и любое нарушение будут видеть все.

С другой стороны, от массовых посадок чиновников все устали. В обществе уже формируется нигилизм по отношению к этому вопросу. Поэтому Агентство по противодействию коррупции сейчас нацелено на превенцию. Наши сервисы позволяют видеть предполагаемые нарушения. И мы бы очень хотели, чтобы чиновники это осознали: спрятаться не получится. Так стоит ли рисковать свободой? Тендер в погонах: эксперт откровенно рассказал о том, что творится вокруг организации госзакупок в минобороны

– Подписка на сервисы – платная?

– Частично. Информацию о тендерах можно получить бесплатно, а вот аналитика уже да, за деньги. Но это не очень большая сумма. Есть разные пакеты, но в основном всем будет достаточно стандартного. 20 тысяч за доступ ко всем опциям, которые существенно облегчат бизнес и помогут заработать в перспективе гораздо больше, – разве дорого? Для нас же платность – своего рода бенчмарк: если люди готовы платить за наш сервис, значит, он им нужен.

– Но вы же – бизнесмены, прекрасно понимаете, что для успешного старта проекта нужна хорошая реклама. Почему бы не начать с громкого разоблачения?

– Цена товара – очень интимная вещь. Все зависит от базиса поставки. Например, в Алматы товар стоит одну цену, в Кызылорде – другую, на востоке – третью. Могут быть сезонные колебания. Есть и масса других оговорок.

Вот, например, совсем недавно пришли ко мне мои аналитики с очередным отчетом. Говорят, нашли завышение в минобре: ноутбуки – по миллиону тенге за единицу. Заходим с ними вместе в Интернет, самый дорогой компьютер, что нашли, – 830 тысяч тенге. И это – розница! Но потом залезли в техспецификацию, а там речь о ноутбуках для незрячих. Это же действительно совсем иной товар и иные цены.

Поэтому никого разоблачать не будем. Мы говорим: вот тут зона риска и есть какие-то аномалии. Есть нюансы, и мы можем ошибаться. Завышена цена на дизтопливо. Но, может быть, там ЧП произошло и не до цены было? Может, там особые требования по качеству какие-то? В общем, пусть с этим компетентные органы разбираются.

“Либо я ее в загс, либо она меня – к прокурору”

– Хорошо, давайте без конкретных имен. Как часто тендер попадает в красную зону?

– Очень часто. У меня уже иногда складывается впечатление, что наши люди ничего не боятся. Вот, например, за 2019 год было 263 договора с субъектами, занесенными в черный список. То есть люди настолько уверены в своей безнаказанности, что идут даже на такое. Думают: “Ай, прокатит!”. Не прокатит. Теперь система их всех вытаскивает на поверхность.

Есть требование о том, что сумма допсоглашения не может превышать числа основного договора более чем на 100 процентов. Мы поставили фильтр “1000 процентов”. 12 тысяч допсоглашений вылезло!

Помните положение о закупе из одного источника? Законом разрешается такой тендер, если у поставщика есть исключительные авторские права. Я понимаю, когда таким образом покупают, к примеру, программное обеспечение. Но не дизельное же топливо? Компьютеры, картриджи люди умудряются покупать, ссылаясь на эту норму.

Ко мне аналитики каждый вечер с отчетами приходят, у меня от всего этого волосы дыбом. Потому что масштабы сумасшедшие!

(На столе у Рустама Журсунова лежит один из отчетов аналитиков о закупе товаров народного потребления за сентябрь. Прошу посмотреть. С оговоркой, что никаких имен опубликовано не будет, он соглашается. А там просто верх человеческой наглости! Солярка – по 400 тенге за литр, говядина в тушах – по 2 300 за килограмм. Медицинские изделия в несколько раз дороже средней цены, питьевая вода, которая дороже магазинной в 10 раз... Закупщики почти все – госпредприятия социального толка).

– С этими делами сейчас Агентство по противодействию коррупции уже разбирается. И тут, как в фильме: “Либо я ее веду в загс, либо она меня к прокурору”. Если по тендеру компании стал красным какой-либо индикатор, то она должна объяснить свои действия.

Есть такой принцип: соблюдай или объясни. Вот мы и хотим, чтобы чиновники либо соблюдали правила, либо объясняли все отклонения от них.

Кто открыт, а кто темнит с закупками?

– Если говорить о тех государственных и квазигосударственных компаниях, которые есть на портале, чьи закупки чаще попадают в красные зоны?

– Сейчас абсолютно прозрачны закупки минфина, то есть государства. ФНБ “Самрук-Қазына” пока предоставляет только годовые планы. Мы ведем с ними очень непростые переговоры и на неделе снова будем поднимать этот вопрос. Да, они сами делают очень много для повышения прозрачности своих закупок, но, как правило, государственным институтам в нашей стране не верят. Нужен верификатор, голос со стороны. Мы можем быть этим голосом. Костяной фарфор и золотое тиснение: сколько казахстанцы платят за чайные церемонии акиматов и министерств

“Байтерек” и “КазАгро” больших закупок не ведут, поэтому мы их редко видим. А с “Nadloc”, если честно, беда. Их системы, реестры и торговая площадка сами по себе не выдерживают никакой критики. Пару месяцев назад их просто хакнули. То есть страдает и IT-безопасность, и сервис хромает. Плюс у нас большие вопросы к ним по местному содержанию.

По моим данным, за все время существования они не внесли ни одного крупного представления или изменения в контракты о недропользовании. И мы сейчас ведем с ними переговоры о том, чтобы пересмотреть, может быть, всю бизнес-модель. Есть такое выражение: “Кесарю – кесарево” – не дело государства заниматься торговыми площадками! Как сделали в России? Они прописали требования к реестрам и бизнес-площадкам, а уже создавать их, настраивать и обслуживать должен бизнес. И благодаря этому все торговые площадки в Интернете летают.

Я надеюсь, что по всем проблемным моментам мы придем с квазихолдингами к какому-то решению, потому что новые изменения в законодательство, обязывающие их соблюдать то, это и вон то – достаточно долгий процесс. Но, конечно, если иначе повысить прозрачность их закупок нельзя, то придется снова менять законодательство.

По тем данным, что мы успели выгрузить, объем государственных закупок – 4,4 триллиона тенге, 75 процентов из них проведены неконкурентными способами. И если сравнивать среднюю медианную конкурентную и неконкурентную цену, то разница составляет 30 процентов.

200 ярдов – как с куста

– И при этом нацпалата говорит, что в последние годы бизнесмены стали чаще жаловаться друг на друга, чем на государство!

– Потому что государство сейчас – самый крупный заказчик. Хорошо живет тот, кто находится ближе к телу. Конкуренция увеличивается, коррупционная рента увеличивается… По нашим данным, сумма обналов возросла за год вдвое. Для себя предприниматель обналом не занимается! Нас эта ситуация, безусловно, тревожит. Надеемся, что со временем благодаря прозрачности закупок коррупция снизится.

Сейчас мы договорились с госорганами, что на первом этапе они нашим аналитикам будут давать еженедельные техзадания, причем мы будем им представлять еженедельные отчеты и ни копейки за это не возьмем. Потом, когда система обкатается, мы научим в ней работать сотрудников этих госорганов. Потому что у нас есть планы по развитию.

Мы же все взрослые люди и прекрасно понимаем, что воруют чаще не во время госзакупок, а при бюджетировании.

Как строится наш стандартный бюджетный процесс? Администратор программы должен дать два ценовых предложения, чтобы попасть в бюджет. К кому он, как правило, обращается? К своим друзьям и подругам.

Мы же предлагаем нашу программу “зашить” в бюджетное планирование нацхолдингов и государства, чтобы каждый планировщик мог сделать своего рода “compliance” – убедиться, что попадает в медианные цены.

В августе, когда мы этот сервис презентовали госорганам, по просьбе минфина выгрузили средние цены по 260 товарным позициям. Потом они вручную эти цены сопоставили с новыми заявками и провели секвестирование. И это – только начало.

По моим личным подсчетам, минимум 200 миллиардов тенге удастся таким образом сэкономить.

Не забывайте, у нас со следующего года малый и средний бизнес будет освобожден от налогов. Откуда стране деньги брать? Вот, пожалуйста!

НУР-СУЛТАН

Оставить комментарий

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи