Опубликовано: 760

“В критические ситуации люди попадают по глупости”: как пойти в горы и выжить

“В критические ситуации люди попадают по глупости”: как пойти в горы и выжить Фото - предоставлено РОСО

Стали ли алматинцы меньше теряться в горах? Зачем чеэсники почти каждый день присылают предупреждающие эсэмэски? Почему случаются летальные исходы во время горных походов? Нужно ли вводить ответственность для туристов за поиск и спасение специализированными службами?

Об этом и многом другом мы поговорили с Вадимом ПАКОМ – врачом и главным спасателем Республиканского оперативно-спасательного отряда (РОСО).

Дикие животные стали… ближе

– Алматинцам в этом месяце, по моим ощущениям, приходит какое-то рекордное количество эсэмэсок с предупреждениями о дожде, грозах, усилении ветра и др. в близлежащих горах. Связано ли это с тем, что у нас люди не восприимчивы к оповещению или это стандартные меры предосторожности?

– Это больше стандартная процедура, если действительно есть угроза – ветер, дождь, град, синоптики сообщают, и МЧС должно передавать эту информацию гражданам. И это отчасти потому, что люди действительно не понимают, что ходить в определенные моменты в горы нельзя. Мне тоже в 3–4 ночи эсэмэски приходят. Ну и погода сейчас, посмотрите, какая.

– В июне–июле начинается селеопасный период. Насколько опасно ходить в алматинские горы?

– В горах в основном опасность представляет неподготовленность. Люди всегда будут туда ходить. А там часто погода непостоянная, за час всё может поменяться, все четыре сезона присутствуют: и снег, и дождь, и град, и солнце. Сейчас опасно то, что в “Инстаграме”, других соцсетях рекламируются различные походы, где разные неквалифицированные гиды организуют туры выходного дня. При этом они не берут на себя никакой ответственности. Многие люди просматривают эти странички, фотографии, и в их голове возникает мысль: “Я тоже пойду”, – маршрут же показали.

– И где туристы постоянно теряются?

– В основном в стороне Малой Алматинки, Медеу, выше Шымбулака, в районе БАО. Вроде кажется, что это совсем рядом, но… И чаще это происходит зимой. В критические ситуации люди попадают по глупости. Либо человек не был подготовлен, либо идет один, например, оказывается под лавиной, и соответственно некому ему помочь. Мы начинаем искать, но уже не успеваем спасти. Если человек или группа подготовлены к походу, то горы безопасны и рады приветствовать туристов. А если нет, то достаточно выйти с остановки на Медеу и где-то рядом сорваться.

Повторю, все несчастья в горах – из-за человеческой глупости. Думают: пойду, сфотографируюсь на красивом фоне, сейчас это модно, – и попадают в неприятные ситуации. Были случаи, падали в горные реки, потому что прыгали по камням. А попал в быстрое течение, там дело случая, но в основном – летальный исход. Какая-то мнимая популярность людьми движет, некоторые намеренно идут за адреналином. У нас был один турист, который терялся в горах несколько раз, в конце концов потерялся в очередной раз и погиб...

– Есть ли участки в алматинских горах, которые не рекомендуются к посещению туристами?

– Если взять зиму, не рекомендуем только лавиноопасные места, также после обильного снегопада запрещено ходить в горы в течение нескольких дней, потому что снег должен улечься. А так, в принципе, ходить можно везде, главное, знать маршрут, чтобы были соответствующая подготовка и команда. Были случаи, когда идет одна команда: поругались или кому-то стало плохо – разделились. У нас так ребята из Украины спускались с вершины, одна из их девушек подвернула ногу, с ней остался только инструктор, остальные ушли, хотя могли бы ее спустить своими силами. Скажем так, туристы и гиды должны владеть навыками оказания первой доврачебной помощи.

Также в период карантина многие дикие животные – медведи, волки, из тех, кто опасен для человека, - спустились ниже. Медведи у нас на людей не бросались, но на фотоловушках были замечены. Изначально они не привыкли к человеку, но если, допустим, их бы начали подкармливать, тогда были бы летальные случаи. Просто очередная группа, возможно, ночью наткнется на берлогу медведя, и в испуге животное может напасть на них, защищая своих детенышей или свое место. Эти дикие животные у нас были замечены в Медвежьем ущелье, в сторону Проходного ущелья. Вживую – несколько раз, а так в основном по косвенным признакам – следы, помет, шерсть на стволах деревьев.

GPS-трекеры – каждому туристу

– Сколько было историй, когда даже подготовленные туристы становились заложниками гор и обстоятельств…

– В любом случае горы – это стихия, а ее тяжело покорить. У нас был случай, когда достаточно опытная группа немного опоздала с выходом и попала под камнепад, камень попал в одного из туристов и перебил ногу. Прилетели за ним на вертолете, так как пешком долго бы шли.

– В каких случаях при спасательных операциях используется вертолет?

– Тогда, когда люди находятся в труднодоступных местах, когда есть угроза жизни. Эти факторы ведущие. Но очень многие думают, что, если в Алматы светит солнце, можно выслать вертолет, и, грубо говоря, он всех бы забрал и спас. На самом деле это не так. Если, допустим, в горах будет облачно, когда он начнет приземляться, может задеть скалу. Есть свои стандарты, по которым работают пилоты.

– Применяете ли вы новые технологии для поиска людей?

– Мы начинаем вводить использование дронов. Есть подводный аппарат “Гном”, это тот же дрон с камерами. С его помощью можно определить нахождение тела, но проблема в том, что водоемы у нас непрозрачные, не везде его можно использовать. Поэтому там мы работаем по старинке, по-другому никак. Хорошо бы, если бы каждому туристу, который зарегистрировался, перед походом выдавали GPS-трекеры.

– Что касается собак, помогают ли они спасателям?

– Да, они у нас участвуют в каждой поисковой операции в горах, при селях, а также при обрушении зданий, первым делом туда запускают собак. У нас есть кинологическое отделение, больше 10 обученных и аттестованных собак. Сейчас в спасательных организациях используются в основном лабрадоры и малинуа – это бельгийские овчарки. Немецкие овчарки уже редко используются, так как у них не очень высокие рабочие показатели.

– По вашим личным ощущениям, народ стал осознаннее или, наоборот, более беспечным в плане соблюдения техники безопасности в горах?

– Получается так, что по горам смертности поменьше за этот год, но вот с началом купального сезона прямо стрельнуло: очень много выездов было, когда вытаскивали из водоемов, где запрещено было купаться. Речь даже не о Капшагае. В Алматинской области есть различные озера, затопленные карьеры, речки, там, где не оборудованы пляжи.

– Какие выезды самые сложные?

– Наверное, те, что связаны со спасением человеческих жизней. А физически – горные, водолазные. Бывает, надо погружаться на большую глубину. Да в принципе у нас выезды все тяжелые и опасные. Легких не бывает. Мы сейчас результаты наших операций освещаем в соцсетях, задача этих публикаций – не рассказать, какие мы хорошие, а показать людям на конкретных примерах, что и как делать нельзя. 

Иностранцы боятся теряться

– А часто ли в наших горах теряются иностранцы?

– Раньше чаще терялись. Они предупреждают, страхуются со всех сторон, понимают, что в случае чего будут оплачивать затраты по собственному спасению. Наш народ этому не обучен, то есть элементарно предупредить соответствующие службы, рассказать маршрут, как будут возвращаться, люди этого не делают.

– Если наши граждане теряются, то их спасение осуществляется за счет государства, а если это иностранцы?

– У нас в Казахстане вся подобная помощь идет бесплатно. Мы всех спасаем. Просто иностранцы знают, что у них в странах за аналогичное спасение они будут платить, за это есть материальная ответственность. Поэтому где-то даже боятся теряться.

– Сколько человек, получивший травму или обморожение, может протянуть в горах без помощи?

– Всё зависит от того, как человек подготовился к походу. Конечно, если это зима и он в тонком трико и курточке, без соответствующей одежды долго не продержится. Но если будет подготовлен, то шансов выжить больше. Температура в горах ночью зависит от высоты, но есть такие места, где снег не тает даже летом! В основном у тех, кого мы спасаем, – обморожение, обезвоживание, кто-то сорвался и ногу сломал, бывают проблемы с сердцем, с давлением.

– Когда находите потеряшек, занимаетесь ли нравоучениями, инструктажем на будущее? Или спасли – спасибо, расходимся?

– Они сами понимают, что накосячили, им становится стыдно. Бывает, говорим, что нельзя так делать, указываем на ошибки, но основная наша задача – спасти. В горах мы редко занимаемся нравоучениями, потому что человеку нужны силы, чтобы спуститься. Наоборот, подбадриваем: мол, ничего страшного, мы за тобой пришли, не переживай, всё будет хорошо. Такая тактика. Если человека начать грузить, его самомнение упадет, он может впасть в депрессию. Пока в горах – надо поддерживать, а внизу там встречают, например, сотрудники полиции и ведут разъяснительную работу. Уже потом объясняем, как нужно было, как нельзя – на будущее. Все они обещают: “Всё, в горы никогда не пойдем”. “Если у человека нет мозгов, спасатели ему не помогут”

– Какая-то административная ответственность предусмотрена за вызов ЧС?

– Пока, мне кажется, это только в планах. Сейчас никакой ответственности – ни административной, ни финансовой - люди не несут. Недавно был на Медеу, там появилась туристическая полиция, это направление начинает у нас развиваться.

– Вот объявили, что в наших горах планируют строить хижины в помощь туристам, где и связь, и еда будут. Появление этой инфраструктуры облегчит ваш труд?

– В горах есть хижины лесников в разных местах, но их сейчас мало. Они действительно помогают согреться, просушиться, там есть печки-буржуйки. Если поставить подобные домики и еще провести связь – было бы отлично. Думаю, скоро это будет. В последние годы горы облагораживаются, ставят лавочки, указатели, на это приятно смотреть, туризм развивается.

АЛМАТЫ

Оставить комментарий

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи