Опубликовано: 2400

У Казахстана могут начаться проблемы с водой

У Казахстана могут начаться проблемы с водой Фото - из открытых источников

Сможет ли уникальный канал спасти страну от засухи?

Уроженец Караганды Арман АЙМЕНБЕТОВ вот уже несколько лет стучится во все двери, предлагая чиновникам и депутатам внедрить программу, способную обеспечить суверенитет нашей страны с позиций ее продовольственной безопасности. Всё, что для этого требуется, по его мнению, – эффективное использование водных ресурсов.

За ВОДЫ и про ВОДЫ

– На сегодняшний день водная отрасль является пасынком экономики Казахстана, которому не уделяется должного внимания, – говорит Арман Оразович. – Я не понаслышке знаю о проблемах этой отрасли, поскольку трудился специалистом и в РГП “Казводхоз”, и в его филиале “Канал им. Каныша Сатпаева”. Этот канал был задуман в начале 60-х годов для того, чтобы ввести в сельскохозяйственный оборот огромные площади между рекой Иртыш и городом Жезказганом. Но в связи с тем, что достроен он не был, конечной цели достичь не удалось. Теперь канал обеспечивает водой территории от реки Иртыш до города Караганды. Отдельно была проведена ветка для столицы, и это позволяет Нур-Султану спокойно развиваться в сфере обеспечения питьевой водой.

– Насколько я знаю, канал им. Сатпаева в прошлые годы не раз упоминался в СМИ в связи с долгами, невыплатой заработной платы его работникам и т. д.

– Да, к сожалению, сейчас работники канала не видят дальнейшего развития данной отрасли и предприятия. С момента развала Советского Союза оно не просто стагнирует, а регрессирует. А ведь это уникальное гидротехническое сооружение! На момент его создания впервые в мире была реализована идея подъема большого объема воды на высоту более 400 метров от точки забора до конечной точки. Подъем воды в канале им. Сатпаева составил около 410 метров. Это без преувеличения достояние республики! Представьте: на протяжении 500 километров его течения находятся: линии электропередачи, электросвязи, 14 водохранилищ, 22 насосные и 39 других инженерных сооружений. Насосные закачивают в определенный период воду, и за счет естественного стока она двигается. Для обеспечения работы насосных ежегодно только на закупку электроэнергии расходуется более 3 миллиардов тенге! За счет канала могут работать 2 крупнейшие энергогенерирующие мощности: ГРЭС-1 и ГРЭС-2 в Экибастузе. Так вот, в год введения канала Иртыш – Караганда в эксплуатацию (а это был 1974 год) в Женеве было учреждено для него 3 номинации ООН как для водохозяйственного объекта, не имеющего аналогов в мире!

Потому что без воды…

– Так что же случилось с достоянием республики сейчас?

– С момента строительства канала в 1974 году ни разу не производилось его крупной модернизации и расширения. Амортизация основных средств составила 70 процентов, а то и более. По большому счету, это мина замедленного действия. Да, из года в год проводится ремонт оборудования, заменяются те или иные узлы и агрегаты, но глобально проблема не решается. А ведь на сегодняшний день появились новые технологии по перекачке воды, которые требуют меньше электроэнергии. Но они не применяются, потому что нет финансирования.

Арман Айменбетов. Фото Ларисы ЧЕН

Арман Айменбетов. Фото Ларисы ЧЕН

– А что может произойти в случае выхода из строя оборудования на канале?

– В настоящий момент канал им. Сатпаева обеспечивает водой города: Экибастуз, Караганда и Нур-Султан. С этой задачей он справляется, но уже на пределе. Когда он выйдет из строя, то не сможет ни обеспечивать водой эти города, ни решать вопросы антипаводковой деятельности. При этом надо понимать, что у Караганды и Экибастуза нет других водных ресурсов. То есть если канал им. Сатпаева остановится, то Караганда и Экибастуз останутся без воды, а полноценное водообеспечение столицы станет под вопросом.

– Надеюсь, это гипотетическая угроза…

– Хотел бы я тоже на это надеяться. Но такой риск есть, и не в столь отдаленной перспективе. С учетом износа ресурсов техники может хватить на 30 или 50 лет – при хорошем раскладе. И это притом что глобальные проблемы с водой ожидают Казахстан, согласно заключению группы экспертов ООН, уже в 2030 году. То есть примерно через 8 лет. Реки Иртыш и Или текут из Китая, река Бадам – Узбекистана, река Сырдарья берет начало в Киргизии, проходит через Узбекистан, потом попадает в Казахстан. Река Урал попадает к нам с территории РФ. Специалисты всего мира прогнозируют, что большой дефицит пресной воды нас ожидает с 2030 года. Первые “ласточки” мы наблюдали в прошлом году, когда в Западно-Казахстанском регионе случилась засуха, спровоцированная сокращением водоподачи с рек Урал и Эмба, которые заходят к нам с территории РФ. Наблюдается деградация пастбищных угодий, что повлекло за собой массовый забой скота, который хозяева не могли прокормить. Тем более в суровых условиях Западного Казахстана с его ограниченными водными ресурсами. А вот канал им. Сатпаева может решить стратегическую задачу по созданию кормовой базы для всего Казахстана. В случае активного его использования мы можем не только закрыть всю потребность в кормах в масштабах республики, но и наладить экспорт этой продукции.

Будущее – за сорняками?

– Вы считаете, это реально – вывозить сено на продажу за рубеж?

– Не забывайте, сейчас набирает силу сухое кормопроизводство, связанное с горячим прессованием, которое позволяет путем измельчения кормовых продуктов получать брикеты – компактные и тяжелые, что делает логистику поставки на длительные расстояния достаточно окупаемой. В таких кормах заинтересованы страны с очень ограниченными пастбищными ресурсами – например, арабские страны, такие как высокоплатежные Катар, ОАЭ, Саудовская Аравия. Они заинтересованы в развитии животноводства, Казахстан мог бы им в этом помочь – при надлежащем использовании своих ресурсов.

– Но ведь вы сами только что сказали о грозящем в скором времени дефиците воды. Рационально ли при таком раскладе использовать воду из канала для полива?

– В первую очередь, я утверждаю, что у канала им. Сатпаева огромный потенциал, который сегодня не используется в полной мере. Известно ли вам, что государство вынуждено сейчас оплачивать попуски, когда огромный объем воды выпускается в степь для улучшения травостоя? Это делается для того, чтобы жители ближайших населенных пунктов могли косить траву. А теперь представьте, что этот же… нет, менее существенный объем воды будет использоваться именно на производство кормовых культур. Кормовым культурам вода необходима только на период завязи, впоследствии из-за очень мощной корневой системы они способны отказаться от дополнительного полива.

– Правильно ли я понимаю, что вы предлагаете сажать вдоль течения канала те самые сидераты?

– Не только. У нас огромное количество земель находится долгое время в запустении. Эти земли надо максимально эффективно использовать. К примеру, что у нас в регионе сажают? Правильно, зерновые. Пшеницу, рожь. Но сейчас имеется огромное количество гораздо более урожайных кормовых культур. Сравните сами: в среднем урожай зерна у нас – 7–8 центнеров с гектара. А кормовая кукуруза или новая культура амарант дают 70–80 тонн в виде зеленого корма. Разница есть? Тем самым мы могли бы не только поддержать отечественное животноводство, но и принести государству прибыль от экспорта кормов.

Здесь будет канал-сад!

– Так вы за развитие растениеводства или животноводства на базе канала им. Сатпаева?

– Я – за сельское хозяйство, основанное на взаимосвязях из естественных экосистем. Пример тому – поселок Коксун Карагандинской области, где выращивается знаменитый картофель. Так вот, все поля там окружены лесополосами, что снижает эрозию и позволяет аккумулировать находящуюся в воздухе влагу. Деревья играют огромную, если не определяющую роль в вопросе водосбережения.

– То есть вдоль канала нужно сажать деревья?

– Почему нет? С учетом того, что во всем мире идет увеличение стоимости деревоматериалов, дерево будет всё дороже и дороже. Для Казахстана с его ограниченными древесными ресурсами это будет большая проблема. Поэтому разведение вдоль всего канала лесных полос решило бы очень много задач. Это позволит в долгосрочной перспективе, примерно через 30–40 лет, вырастить деловую древесину.

О рыбе, конопле и перспективах

– Интересный подход…

– К примеру, рядом можно было бы выращивать техническую коноплю. В Павлодарской области был такой опыт. Этот вид практически не содержит тетрагидроканнабинол, зато из конопли получаются волокна ткани, аналогичные льняным. Такая конопля вырастает до 4 метров в высоту, и на 7 метров вниз уходят ее корни. Они помогают поднимать грунтовые воды. Один гектар технической конопли заменяет 3 гектара леса, из конопли получается отличная целлюлозно-бумажная продукция.

– Я всегда считала, что канал им. Сатпаева помимо жителей Караганды, которых он обеспечивает питьевой водой, может быть полезен только рыбакам, которые обосновались на определенных его участках…

– Кстати, да. Сейчас из-за сокращения запасов Мирового океана возникает большой дефицит рыбной продукции. Ее возобновляют путем искусственного рыборазведения. Канал им. Сатпаева имеет 14 водохранилищ. И это не какие-то маленькие прудики. В этих водохранилищах спокойно можно заниматься производством рыбы в крупных товарных объемах. Причем заинтересованность в натуральных продуктах без применения химикатов уже сейчас проявляет Китай.

– Сколько времени потребуется на реализацию предлагаемой вами программы развития канала им. Сатпаева?

– Как минимум – 5 лет. Первые результаты появятся при благоприятном развитии не раньше 3 лет. Именно такая долгосрочность, на мой взгляд, мешает ее реализации на практике. Я ведь обращался со своими предложениями и в министерство, и к депутатам. Но проблема в том, что карт-бланш может быть выдан только руководителю канала. Реализация разработанной мной программы потребует глобальной организационной модернизации. Ведь у нас в стране ни один из руководителей не знает, какой период времени ему отпущен на реализацию его планов. Это проблема не только водной отрасли. Во многом отсутствие системной работы связано с неопределенностью периода занятия должности тем или иным человеком. Поэтому все программы у нас принимаются на год-два. Минсельхоз провалил программу развития АПК на 5 лет ценой в 2,5 триллиона тенге

В случае же реализации предлагаемого мной проекта нужна большая системная работа. Создание наблюдательного совета с участием представителей министерства финансов, комитета лесного и рыбного хозяйства, научного сообщества и т. д. Беда еще в том, что у нас ученые и производственники существуют раздельно. А здесь необходимо будет задействовать Институт лесоразведения, Аграрный институт, ученых-ботаников и т. п. Могу сказать без преувеличения: программа развития канала им. Сатпаева – один из способов обеспечения водного суверенитета Казахстана. Сколько угодно можно говорить об эффективном использовании водных ресурсов, но, не показав на практике, как это происходит, мы снова родим мыльный пузырь. Сейчас есть люди, готовые взять на себя ответственность, есть четкий план действий. Нужна только государственная воля.

КАРАГАНДА

Оставить комментарий

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи