Тревожный сигнал: освободившиеся досрочно заключенные не могут найти работу

О достижениях докладывать, конечно, приятнее

В связи с этой проблемой все достижения казахстанской пенитенциарной системы, о которых рассказывал на недавнем брифинге председатель комитета уголовно-исполнительной системы МВД РК Жанат ЕШМАГАМБЕТОВ, на мой взгляд, слегка поблекли. Полностью ознакомиться с его выступлением можно на официальном сайте КУИС МВД РК от 19 октября 2020 года.

Глава комитета заявил, что за последние 9 лет количество сидельцев в Казахстане снизилось почти вдвое.

Теперь в 82 исправительных учреждениях содержится немногим более 30 тысяч осужденных и следственно-арестованных. Это позволило стране занять 100-е место в мировом рейтинге. Особо отмечу, что немаловажным условием в исправлении заключенных Жанат Ешмагамбетов считает обеспечение их трудом.

И с этим трудно не согласиться. Но, образно выражаясь, где он, тот самый оселок, о который бывшие уголовники станут оттачивать клинки своих трудовых навыков и интеллектуальных способностей? Где он, этот таинственный инкубатор по переформатированию негатива в позитив?

Возможно, кое-кто скажет, что сейчас найти работу не могут даже высококвалифицированные законопослушные граждане, а вы тут про каких-то зеков… Однако, прошу заметить, если уж осужденных выпустили из исправительных учреждений, то они же должны где-то зарабатывать, чтобы кормить себя и свои семьи!

Куда бывшему осужденному податься?

О нынешних проблемах освобожденных по УДО читателям “КАРАВАНА” рассказал один из бывших осужденных, который обратился в нашу редакцию.

– Как вас зовут?

– Ермек Шарипов, я освободился условно-досрочно 7 мая 2020 года.

– Вы по образованию кто?

– Ветеринарно-санитарный врач, окончил Алматинский аграрный университет.

– Где вы были прописаны?

– В Нур-Султане и до сих пор там прописан. Но после освобождения местом проживания я выбрал Алматы.

– Почему?

– У меня в Алматы живут родители.

– Семья у вас есть?

– Да, супруга и трое детей.

– Как ветеринарный врач вы нашли работу в Алматы?

– Нет.

– Ну это понятно. Ведь в городе ветеринарный врач в основном лечит кошек и собак и всяких там попугаев…

– Нет, я не только могу лечить. Это тоже, конечно, но основное направление у меня лабораторное и по продуктам питания.

– Вы имеете право проводить ветеринарно-санитарную экспертизу полуфабрикатов, образно говоря, проверять такие продукты “до котла”?

– Да.

– Почему же вы не нашли работу в Алматы?

– Здесь сейчас ограничения в связи с пандемией коронавируса, из-за этого во многих учреждениях и компаниях провели сокращение штатных единиц. Так что вакансий нет…

– Получается, вы так до сих пор и не трудоустроились?

– Нет, но я нашел работу в Алматинской области, в Талдыкоргане. Там мне дают жилье, правда, только на одного.

– И в чем проблема?

– Когда я поставил в известность об этом своего участкового, он ответил, что так не положено. Ведь таким, как я, запрещено покидать территорию Республики Казахстан до погашения срока судимости. Кроме того, освобожденным по УДО положено находиться в том населенном пункте, который они указали в качестве места проживания. Не покидать его и находиться дома с 22 часов вечера до 6 часов утра. Но я хотел бы работать в Талдыкоргане, а на выходные приезжать к семье, в Алматы. Участковый инспектор объяснил, что таков закон.

– Значит, вы хотели обратить внимание правительства и общественности на эту проблему?

– Да, я бы хотел, чтобы законодательство гуманизировали и освобожденным условно-досрочно разрешили бы выезжать на работу хотя бы в соседние области или города…

Прошу отметить, сотрудники полиции, комитет уголовно-исправительной системы и руководство МВД тут ни при чем. Они лишь вынуждены исполнять требования казахстанского законодательства. И, наверное, для того, чтобы бывшие осужденные, освобожденные по УДО, не вернулись на кривую дорожку, пришла пора проработать необходимые изменения в законодательство? Чтобы экс-зека не сидели привязанные к месту своей регистрации, а смогли трудиться там, где есть рабочие места.

АЛМАТЫ