Хорошая грудь политике не помеха

Сносят стены

“Живая библиотека” – это вдохновляющие истории людей, разрушающих стерео­типы, живущих полноценной жизнью вне рамок и вопреки навязанным догмам. Организатор подобных встреч в столице, представитель Молодежной информационной службы Казахстана (МИСК) Камила ЕСЕНОВА:

– С чем сталкиваются люди с психическими отклонениями в обычной жизни, как живут жертвы насилия, представительницы сферы коммерческого секса и другие люди, о которых мы мало что знаем и почти не встречаем на улицах, – об этом рассказывают “живые книги”. Сюда мы приходим за одним – за избавлением от предрассудков. Незрячий фермер: Я – посмешище для глупых, пример для умных

В этот раз в роли “живых книг” выступили мужчина с особыми потребностями, основательница сайта по половому просвещению UyatEmes.kz (о нем “КАРАВАН” уже писал), феминист и модель.

29-летний Зият АБДЫКАИ­МОВ – незрячий. Этот диагноз не помешал ему окончить школу и поступить в КазНУ им. аль-Фараби на специальность “Политология”, а после – в магистратуру Назарбаев Университета, где он сейчас работает экспертом по ассистивным технологиям (Улучшают мобильность, слух, зрение и возможности для общения. К ним также относятся инвалидные коляски, слуховые аппараты, специальное программное обеспечение и др. – Прим. авт.)

– Я учился в Алматы, в спецшколе для незрячих. Это достаточно закрытое учреждение – нас не то чтобы не выпус­кали, но мы выходили с воспитателем, и с внешним миром взаимодействовали мало. Мы варимся в своем соку, и после 11 классов нас просто вываливают в мейнстримное общество, и там уже барахтаешься, адаптируешься как можешь, – поделился с нами Зият. – Совсем недавно об инклюзивном образовании в Казахстане мало что слышали. А сейчас уровень освещения этой темы в СМИ вырос.

Люди готовы оказывать помощь, но это нужно уметь делать. Поэтому я работаю над созданием инклюзивной среды для студентов с инвалидностью.

Подразумеваю не только физический аспект (наличие пандусов, приспособленного под нужды людей с инвалидностью общественного транспорта и т. д.), а говорю о таких сложных вещах, как доступность образования, технологий, – компьютеров, смартфонов и в целом информационной среды для людей с особыми потребностями.

Например, элементарно обслужить в кафе – для этого никаких дополнительных финансов не нужно: незрячему клиенту нужно прочитать меню или принести написанное шрифтом Брайля. В столице заведений с таким меню я не встречал. Они и в Америке редкость.

Правило четырех “П”

Собеседник “КАРАВАНА” разработал специальный тренинг на тему “Этикет взаимодействия с людьми с инвалидностью”.

– Я был первым незрячим студентом в Назарбаев Университете, сейчас уже есть другие. В вузе также учатся ребята с нарушениями опорно-двигательного аппарата, с ментальными особенностями. А вот студентов с нарушениями слуха пока нет – им сложнее поступать, чем нам. В плане доступа к образованию внутри группы людей с инвалидностью они сегрегированы и стигматизированы еще больше, чем другие, – констатирует Абдыкаимов.

Среди прочего в “Этикете” прописано правило четырех “П” при общении с незрячими людьми: поприветствовать, представиться, помочь (если требуется) и попрощаться.

– Раньше я часто сталкивался с тем, что иду по кампусу и ко мне подбегают незнакомые люди, хватают под руку и ведут в неизвестном направлении. Молча! Не здороваются, не представляются и начинают тянуть в какие-то дали, которые мне не нужны, – рассказывает Зият. – Что касается помощи, ее нужно предлагать, а не навязывать. Причинять добро – так это называется среди незрячих.

Если вы подошли к незрячему и на вопрос, нужна ли помощь, получили утвердительный ответ, тогда помогайте.

Но бывает, что человек просто стоит и ждет знакомого. А на отказ от помощи не стоит обижаться.

Важно и прощаться с людьми, которые вас не видят.

– Незрячий человек должен понимать, что вы уже ушли, чтобы не разговаривать с пустотой. Просто скажите “Пока”, – это элементарно, – заметил по этому поводу Зият.

Долой стереотипы

Другой “живой книгой” стала Динагул ТАСОВА – модель и депутат ОО “Молодежный маслихат Астаны”. После выхода на подиум в наряде с обнаженной грудью девушку избил ее молодой человек. Соответствующее фото Динагул выложила в соцсетях и заявила о намерении создать организацию в поддержку жертв насилия.

Мы поинтересовались, заработала ли данная структура. По словам девушки, поддержку она больше оказывает через соцсети – к ней часто обращаются за советами.

– Недавно был конкурс “Қазақ аруы”, где я познакомилась с Баян Максаткызы и ее мужем. Она сразу спросила: “Ты закончила отношения с парнем?” и дала мне свой номер, сказала, что пригласит для участия в каком-нибудь проекте про истории женщин, – рассказала Динагул.

С парнем, избившим ее, модель действительно рассталась. Заявление в полицию на бывшего возлюбленного писать не стала – “ему будет достаточно того, что он осознал”.

– Мы пять лет встречались. По-прежнему мне пишет, я не отвечаю, как будто сам с собой разговаривает. Говорит, что на него общественное мнение повлияло. Я ему еще во время отношений сказала – давай вместе пойдем к психологу, так как он был агрессивный. А психолог сказал, что ему нужен психиатр. Я любила его и, как это бывает, закрывала глаза на его поведение, – разоткровенничалась девушка.

Сейчас 29-летняя уроженка Ташкента работает менеджером в госучреждении, куда, по ее словам, только недавно стала приходить в деловом стиле.

– В столице Казахстана я живу 15 лет, папа сейчас в Шымкенте. Ничего против моей работы (моделью) не имеет. У нас многодетная семья, я в Ташкенте ходила так (открыто). Единственное, папа просил не выходить на улицу, говорил, сам отвезет, куда надо, – рассказала “КАРАВАНУ” Динагул. Как изменилась жизнь отечественного "депутата" после скандального показа мод с голой грудью

После скандального выхода в “обнаженном” платье, растиражированного в Интернете, модель стали узнавать на улицах и в других общественных местах. Правда, судя по словам самой девушки, такая известность приносит больше негатива.

– Узнают в очередях в магазинах, женщины начинают хайповать. Продавцы цены накручивают, когда узнают: например, цена 4,5 тысячи тенге, они за 5 тысяч продают мне. Спрашиваю, почему на 500 тенге дороже, отвечают: “Ой, мы ценник не успели поменять”… На днях таксист узнал, предложил помочь донести сумку до лифта. В конце попросил телефон, говорит: “Я чувствую, что ты – мой человек”, – рассказала Тасова.

С предложениями стать любовницей агашки, если и выходят, то через помощников, сообщила модель.

– Напрямую не подкатывали. А в незнакомых компаниях мужчины смотрят прямо в глаза (здесь, очевидно, она имела в виду грудь. – Прим. авт.) А то, что модели “снимаются”, – это зависит от самой девушки. Да, есть эскорт-модели. Если мне предлагают, я сразу на три (буквы) посылаю, – заявила Динагул.

К слову, наш собеседник по образованию журналист и некоторое время работала по специальности. Замуж пока не собирается, зато видит себя в политике. В настоящем маслихате, например.

– А если я буду в парламенте, у людей потом будут ассоциации: раз она ходила так (обнаженная), значит, и в парламенте может?.. – задалась вопросом нынешняя модель-менеджер.

А почему бы и нет? – подумалось нам. Долой стереотипы. Большая грудь политике не помеха.

НУР-СУЛТАН