Как проект “Шапагат” помогает нуждающимся и спасает жизни

Кому жемчуг мелковат, кому – щи жидковаты

– Как пилотный проект для помощи малообеспеченным и многодетным семьям, матерям-одиночкам, инвалидам и пенсионерам, “Шапагат” начинался в столице. У нас тогда не было грандиозных планов – думали, ограничимся определенным количеством подопечных, а сегодня мы работаем уже во всех областных центрах, – говорит руководитель проекта Назгуль МАКЖАН, возглавившая его со дня основания.

Сарафанное радио быстро разнесло молву о благотворительных делах “Шапагата”, развозящего продуктовые наборы, одежду, канцелярские принадлежности нуждающимся.

– Люди отдают добротные вещи, нередко – брендовых марок, до этого они просто выбрасывали надоевшие платья и обувь, а наши подопечные годами донашивают эти вещи. Есть семьи, в которых работают оба родители, но большая часть их денег уходит на аренду жилья и продукты, нередко и на них не хватает. Бывало, у нас на складах висели норковые шубы, и женщины стеснялись брать их, смущенно-испуганно спрашивали: “А это точно бесплатно?..”. Кому-то жемчуг мелковат, а кому-то – щи жидковаты, – делится Назгуль.

Тонны милосердия

В столичном филиале “Шапагата” сейчас работают 11 человек, многие – на волонтерских началах, как и их коллеги по добру в других регионах.

– Мы принимаем заявки, составляем списки нуждающихся, собираем вещи, отправляем в прачечные, химчистки, озонируем, кварцуем их, а также и помещения склада, фасуем продукты.

Недавно один мужчина написал в социальных сетях: “Подумаешь, труд – продукты фасовать!”. Я пригласила его к нам увидеть всё своими глазами. Утром аға пришел, полный скепсиса, а ушел от нас в 10 часов вечера – помогал перебирать продукты и упаковывать их в наборы. Он увидел, как наши бригады фасовали по 5 тонн продуктов, развозили их, убедился, что все наши 4 “горячие линии” не замолкали ни на минуту, – рассказывает руководитель проекта.

Если в прошлом году в столичный офис “Шапагата” в день обращались максимум 10 человек, то в этом году с марта приходят порядка 80 человек.

– Раньше нам хватало пары координаторов, работавших посменно, а в эти месяцы мы привлекаем помощников. В день обслуживаем до 100 человек, отчеты мои девочки пишут уже в 3 часа ночи. Я считаю очень важным обеспечивать обратную связь, рассказывать и показывать людям, что вся их помощь, до копейки, дошла до адресатов, – отмечает собеседница “КАРАВАНА”.

За период карантина возросло количество нуждающихся в густонаселенных областях республики – Южно-Казахстанской, Туркестанской, Алматинской, Западно-Казахстанской, рассказывают в “Шапагате”. И еще, в этом году за помощью сюда впервые стали приходить мужчины.

– Как-то пришел глава семейства, предложил полы помыть. Признался, что вышел из дома, где остались трое детей, в поисках работы. Но поскольку в карантин рынки не работали, он даже грузчиком не смог устроиться. А нам как раз нужна были руки – переносить продукты. Мужчина с радостью помог, а после, счастливый, забрал пакеты с едой, – рассказывает Назгуль.

На время летнего локдауна в “Шапагате” открыли центр народной поддержки: готовили продуктовые наборы из отечественных товаров, чтобы поддержать малый и средний бизнес.

– Закупали петропавловскую тушенку, муку, всё, что производится в Казахстане, и формировали в областных центрах продуктовые пакеты. Раздали по республике около 100 тонн продуктов, – говорит наша героиня. – А после прямого эфира на телевидении, где я рассказала о проекте, на телефон обрушились сотни звонков со всех уголков страны. Мы поняли, что благотворительная помощь сконцентрирована в областных центрах и за пределы городов обычно не выходит. На местах стали искать транспорт и людей, которые смогут доставить продуктовые пакеты в труднодоступные поселки, – говорит Назгуль Макжан. "Мы ключи от твоей квартиры отдали другим!": очередное испытание одинокой женщины в пятью детьми

Вы – последняя надежда

Наша собеседница сама подключилась к таким поездкам и на днях съездила в Карагандинскую область.

– К нам обращается много женщин, но Гульнара по телефону сказала: “Если не вы, то я последнюю надежу потеряю”. Так, груженные планшетами, рюкзаками и школьными принадлежностями, закупленными спонсорами для ее деток (у 44-летней женщины 9 детей, шестеро из них – школьники) мы выехали до поселка Актау, а дальше – колесили еще километров 80, чтобы найти эту семью, – рассказывает Назгуль.

Как шапагатовцы в итоге нашли дом, в котором живет семья, – отдельная история. Мобильная связь в тех краях очень слабая, дозвониться до Гульнары было архисложно, но в итоге после блужданий по незнакомой пустынной местности семью нашли.

– Вместе с мужем Гульнара работает в поле – собирает свеклу, получают по 500 тенге в день.

В доме нас встретил запах свекольной ботвы, которую женщина дает детям на завтрак.

“Я вас даже чаем не могу напоить… Комнату снимаем за 30 тысяч, хозяин дома, в котором живут еще несколько семей, когда выпьет, приходит, выбивает двери со словами, чтобы мы выметались. А нам некуда идти – муж-оралман из Монголии, я из Усть-Каменогорска, родителей у меня нет. Сама я учитель, у него – техническое образование, – сказала она нам. Глава семьи за все время нашего разговора так и не вышел к нам – стыдно. А дети радовались подаркам, словно увидели что-то волшебное, – вспоминает ту встречу Назгуль.

Рыба – хорошо, но удочка – лучше

Памятуя о том, что рыба – это хорошо, но лучше дать нуждающимся удочку, чтобы они сами научились ее ловить, в “Шапагате” организовали различные курсы – визажа, ногтевого сервиса, шитья.

– На днях начали обучение очередного потока желающих освоить основы мейкапа. В период карантина востребованность в таких курсах резко повысилась. Матерям-одиночкам не с кем оставить детей, которые сейчас на онлайн-обучении, тяжело мамам больных детей, которых некуда пристроить. Вот и хотят научиться новым навыкам.

Мы открыли курсы “Шебер ана”: женщины шьют детские принадлежности, коконы, одеяла, конверты для выписок – всё, что пользуется спросом на рынке. Есть и курсы “Кыз жасау” – шитье приданого для невесты. Наши девочки успешно реализуют изготовленное своими руками через соцсети, присылают нам скрины первых продаж. Мы так радуемся каждой победе! И спонсоров находим, они дарят швейные машинки и прочие необходимые вещи. А одна из наших подопечных теперь сама обучает мамочек искусству құрақ көрпе, – рассказывает Макжан.

Еще один проект в рамках “Шапагата” – “Ботакан”.

– К нам стали приходить беременные женщины, из-за ухода мужа/парня и финансовых проблем собиравшиеся оставить детей в роддомах. Будущие мамочки не могли собрать минимальный набор вещей перед родами, были в отчаянии. Тогда мы предложили поддержку – участницы “Шебер ана” готовили сумки с распашонками, пеленками, халатами, одна фирма помогла с подгузниками. Добро такое заразительное, – говорит Назгуль.

Так малышей уберегли от детских домов. А еще “Шапагат” спасает жизни в прямом смысле.

– Однажды, когда силы были на исходе и я подумывала оставить проект, мне позвонила женщина. Мать пятерых детей сделала УЗИ и узнала, что беременна двойней. Мужа в карантин уволили, он стал выпивать, и она решила сделать аборт. Я предложила Мадине не торопиться, идти домой, а сама написала пост в “Фейсбуке”, попросила помощи психологов. В итоге на свет появились чудесные девочки! Муж устроился на работу, перестал пить.

Если наш проект спас хотя бы две жизни, значит, мы не зря делаем свою работу, – делится с нами Назгуль, в ближайшие дни собирающаяся к счастливой маме с обещанным подарком – коляской для двойняшек. 

В финале беседы руководитель “Шапагата” напомнила старую истину, что от бедности не застрахован никто.

– У каждого нашего подопечного – своя история, как и почему он оказался в бедственном положении. У кого-то все деньги уходят на лечение ребенка, другие родители недоедают, лишь бы обучить одаренных детей. Я как-то писала о семье, которая нашла на свалке домбру, по YouTube научили сына игре – на преподавателя попросту не было денег. Один большой начальник в итоге взял Нурсултана – почти своего тезку – под шефство до совершеннолетия. Мир держится на таких людях, – сказала в завершение разговора Назгуль Макжан.

НУР-СУЛТАН