Как представители общественности и маслихата Семея разошлись во мнении

– Сегодня наши Общественные советы на две трети состоят из людей – представителей власти. Это сотрудники акиматов, депутаты. Но в общественном совете должна быть не власть, а общественность, иначе в чем смысл? – заявил директор Института анализа и прогнозирования ВКО, член общественного совета Восточно-Казахстанской области Олег ЧЕРНЫШОВ. – Поэтому мы вносили предложения оптимизировать состав советов, чтобы на 1 госслужащего или депутата приходилось 9 общественников. К сожалению, эти изменения не приняты.

– Но ведь депутаты являются народными избранниками и тоже выражают мнение общества, – парировал секретарь маслихата Семея Бейсенбек АКЖАЛОВ. – Но в последнее время члены общественных советов хотят обрести какие-то административные ресурсы. Например, согласование бюджета города или вопросы ономастической комиссии нужно обязательно проводить через согласование с общественным советом. В моем понимании получились дополнительные административные препоны. Когда представители исполнительной власти – заместители акимов, руководители управлений и отделов – готовят вопросы для обсуждения на сессиях маслихата, поверьте, они скрупулезно согласовывают каждый пункт и получают предварительное экспертное заключение.

Получать еще одно дополнительное на заседаниях общественных советов – это заформализованность, это не всегда правильно.

Конечно, члены советов должны владеть информацией о бюджете города, но зачем им выдавать заключение по цифрам, которые каждый квартал, полгода, год утверждает маслихат? У общественного совета должны быть свои, отличающиеся обязанности, – полагает глава депутатского корпуса Семея. Почему между общественниками и чиновниками лежит бездонная пропасть

Дискуссия эта не нова. Еще год назад, когда предыдущий состав городского общественного совета завершил свои полномочия, один из самых авторитетных общественников Семея заявил, что эта структура формируется под интересы местной власти.

– У нас получается сложная система формирования общественных советов. Маслихат создает комиссию по рассмотрению кандидатов в совет. При этом в маслихатах подавляющее большинство депутатов являются членами партии “Nur Otan”, во главе городских филиалов этой партии стоят акимы. В соответствии с партийной дисциплиной, большинство депутатов маслихата подчиняется руководителю своей региональной фракции, и в итоге, по факту аким формирует общественный совет под себя, – отмечал тогда член общественного совета Семея Николай ИСАЕВ.

Сегодня помимо советов создаются всевозможные экспертные и мониторинговые группы, советы аксакалов и матерей и прочие общественные структуры.

– У нас получилось, что рабочие экспертные группы на сегодняшний момент заменили работу общественного совета. Хорошо это или плохо, я не знаю. Но по-другому, к сожалению, не получается, потому что у нас вся общественность – в этих группах, а в общественном совете – власть, – отметил Олег Чернышов.

Звенья многочисленных общественных структур нанизываются в длинную цепочку, и в этой гирлянде путается простой народ. Люди знают общественников, к которым можно обратиться за помощью, они видят результат работы активистов, но понятия не имеют, какая именно структура занималась решением того или иного вопроса.

– Институт анализа и прогнозирования провел небольшое исследование в Семее. Многих активных общественников население хорошо знает. Но когда в лоб задаешь вопрос: знают ли о работе общественного совета, отвечают: нет. Информацией владеют всего 25–30 процентов опрошенных. И, к сожалению, такая ситуация сейчас повсеместно. И это положение нужно менять, – констатировал Олег Чернышов.

СЕМЕЙ