Опубликовано: 910

Вакцинная амнистия: взгляд из “красной” зоны

Вакцинная амнистия: взгляд из “красной” зоны

Заболеваемость COVID-19 в Казахстане пошла на спад. Коронавирусных больных в стационары стало поступать меньше, но их состояние всё чаще тяжелое.

Из-за чего так происходит и почему нельзя скрывать от врачей, что паспорт вакцинации куплен, “КАРАВАНУ” рассказала заместитель директора инфекционного блока столичного многопрофильного медицинского центра, кандидат медицинских наук, врач-инфекционист высшей категории Сауле АТЫГАЕВА.

– Сауле Кабиевна, в последнее время всплыло много историй, когда люди без прививки купили паспорта вакцинации. У вас были такие пациенты?

– Были. К счастью, немного. Когда поступающий в отделение пациент указывает, что вакцинирован, наш эпидемиолог сразу же проверяет это по базе. Как показала практика, вакцинированные пациенты крайне редко болеют тяжело, и это в основном пожилые люди с целым набором хронических заболеваний, которые были у них еще до коронавирусной инфекции: артериальная гипертензия, сахарный диабет, ожирение, болезни сердца и т. д. Крайне тяжело могут переносить заболевание и те пациенты, у которых после вакцинации прошло мало времени и антитела еще не успели выработаться в должном количестве. Остальные, как правило, болеют легче.

Так вот у нас были такие случаи, когда пациенты, внесенные в базу как вакцинированные, заболевали крайне тяжело.

Они до последнего молчали, что паспорт вакцинации у них липовый, а признавались в этом, к сожалению, только в реанимационном отделении, когда у них уже были серьезные осложнения и мы переводили их на ИВЛ.

Одному пациенту, как выяснилось, надо было куда-то срочно улетать, поэтому он решил купить паспорт вакцинации. В другом случае – женщина работала на высокооплачиваемой должности, ей этот документ нужен был, чтобы не было проблем на работе.

– Что это меняет для врачей? Схемы лечения привитых и непривитых больных отличаются?

– Лечение зависит не от вакцинации, а от тяжести состояния и наличия осложнений. Другое дело, что некоторым пациентам в первые дни болезни можно и нужно вводить иммунную плазму, которая заготавливается в центрах крови и имеет антитела. Невакцинированному больному, если есть показания, ее могут ввести, а вакцинированному такую плазму не назначают, потому что врачи рассчитывают на то, что у него уже есть антитела.

Повторюсь, иммунную плазму вводят только в начале болезни. Когда течение тяжелое и уже требуется ИВЛ, ее не вводят – поздно. Поэтому вспоминать и волноваться о том, что ты купил паспорт вакцинации, надо еще при поступлении в стационар, пока есть время на введение этой плазмы. Если ты признаешься в том, что невакцинирован, когда у тебя уже наступает осложнение от коронавирусной инфекции, то некоторые препараты подключать нельзя. Время упущено.

– Амнистию для купивших фиктивные паспорта вакцинации вы поддерживаете?

– Я считаю, что эти люди должны понести наказание, определенное законом, хотя бы штраф какой-то заплатить. Но дать им возможность вакцинироваться нужно обязательно, потому что мы все-таки должны достигнуть уровня высокого коллективного иммунитета. Это и для общества будет лучше, и для врачей, которые уже выгорели и морально, и физически. Амнистия лжевакцинированных: шанс на выживание

У людей с прививкой меньший риск инфицирования, и чем их будет больше, тем меньшее количество вирусов будет выделяться в окружающую среду. То есть благодаря вакцинации мы обезопасим тех, кому по каким-либо причинам ставить прививку сейчас нельзя: детей, беременных, больных с медотводом.

Если в обществе будет много вакцинированных, мы уменьшим циркуляцию вируса, ему не на ком будет развиваться, и мутации прекратятся.

Этого мы добиваемся, потому что сейчас одна мутация идет за другой, а каждая следующая – злее и опаснее предыдущей, люди заболевают по второму и даже уже по третьему разу. При этом каждый повторный случай протекает тяжелее, чем предыдущий.

Хотела бы отметить, что ярых антиваксеров в нашей инфекционной клинике мне встречать не доводилось, во всяком случае, тех, кто свое убеждение отстаивает агрессивно. Чаще непривитые люди ведут себя спокойно, говорят: “Думал, что меня минует эта участь, не верил в вакцину, а теперь, когда дышать тяжело и перспективы туманны, очень жалею о том, что не поставил прививку раньше”. Таких очень много. А некоторые, даже тяжело переболев, не верят, что это был коронавирус. Хотя и анализы подтверждают ковид, и КТ показывает пневмонию. Они отрицают саму коронавирусную инфекцию и, соответственно, вакцину.

– В последнее время количество инфицированных коронавирусом за сутки снижается. Какова обстановка в вашей больнице?

– Количество поступлений несколько снизилось, зато вырос удельный вес тех пациентов, которые болеют тяжело или крайне тяжело. В клинике увеличилась потребность в субинтенсивных и реанимационных койках. Думаю, это связано с тем, что больше стали инфицироваться пожилые люди. Сейчас у нас средний возраст пациентов – 70,5 года, это старшая возрастная группа, представители которой, как правило, имеют по несколько хронических заболеваний. Отсюда и тяжесть течения. А так лекарств у нас достаточно, клиника обеспечена и аппаратами ИВЛ, и аппаратами высокопоточной назальной оксигенации, кислородные точки есть в каждой палате.

– Персонал не разбегается? Есть текучка?

– Конечно, есть. Тем более обговаривается вопрос снижения зарплат, доплат медикам. Материальный фактор имеет большое значение сейчас, когда врачи, медсестры вымотаны морально и физически. Мы же с начала пандемии работаем в сумасшедшем режиме, на износ, круглосуточно и без отпусков. Полтора года не снимаем масок, спасаем чужие жизни, рискуя своим здоровьем. Наша клиника – основная инфекционная в городе. И если другие больницы закрывают, когда количество коронавирусных больных уменьшается, то мы работаем при любых обстоятельствах. У нас крайне тяжелые больные, мы ведь не роботы, чтобы равнодушно смотреть на их страдания. Сопереживаем, поддерживаем, стараемся спасти. Но мы уже совсем опустошены, у нас нет никаких сил. И когда поступает больной, который говорит: “Я не хочу вакцинироваться, потому что не верю в вакцины”, – то поневоле появляются раздражение и злость.

В борьбе за жизнь коронавирусных больных сейчас задействованы не только мы, в этом участвует весь медицинский персонал города. Нет таких бригад, которые бы отработали свои 15 дней, а следующие 15 отдыхали, потому что на смену зашла другая бригада. Нет, все медики работают постоянно, в диком напряжении, и непонятно, когда это всё закончится.

Хочется, чтобы наши люди, наконец, поняли: может наступить такой момент, когда им просто-напросто уже некому будет помогать.

Поэтому у них есть выбор: либо надеяться на собственный иммунитет, а идеального сейчас нет ни у одного человека на земле, либо вакцинироваться.

Нур-Султан

Оставить комментарий

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи