Опубликовано: 3800

"Нас задушили исками": тысячи предприятий оказались на грани банкротства

"Нас задушили исками": тысячи предприятий оказались на грани банкротства Фото - Ибрагим КУБЕКОВ

В то время, когда космические корабли бороздят просторы Вселенной, а Казахстан стремится войти в 30 развитых государств мира, строительные компании шахтерского региона оказались на грани уничтожения. И не силами злых рейдеров, а стараниями органов госдоходов и карагандинских судов.

Неоспоримо, но не факт?

Говоря о гуманности судебных органов промышленного города, карагандинские предприниматели далеки от сарказма – они имеют в виду крайнюю либеральность местной Фемиды к исковым претензиям органов государственных доходов к бизнесменам. По их словам, на сегодняшний день более тысячи карагандинских предприятий из-за “гуманности” судов в отношении исков, поданных налоговиками против них, ныне находятся на грани банкротства.

– Начиная с 2017 года органы государственных доходов массово направляют иски в специализированный межрайонный экономический суд по Карагандинской области о признании недействительными сделок, которые в прошедшие годы субъекты предпринимательства (в основном строительные фирмы) заключали с поставщиками, – рассказала адвокат Ассоциации застройщиков Карагандинской области Ботагоз САДУОВА. – Почему? Потому что 29 июня 2017 года было принято нормативное постановление № 4 “О некоторых вопросах применения налогового законодательства”, отдельные положения которого в настоящее время прямо противоречат нормам Гражданского кодекса РК.

Как объяснила юрист, до лета 2017 года сделку можно было признать недействительной только по двум основаниям: ее оспоримости либо ничтожности.

Оспоримая сделка – это если: вы ТОО и я ТОО, – поясняет на примере Ботагоз Садуова. – Мы с вами заключаем договор на поставку оборудования. Вы мне поставляете оборудование, я вам плачу за него деньги. Но поставленное вами оборудование не соответствует содержанию наших договорных условий. Я подаю на вас в суд и прошу признать эту сделку недействительной, так как вы мне поставили не то оборудование, о котором мы договаривались. Суд удовлетворяет мои требования по основанию оспоримости, после вступления решения суда в законную силу вы забираете назад свое оборудование, а я получаю назад свои деньги. Ничтожная сделка – это если вы заключили договор, например, с десятилетним ребенком. У нас есть закон, который запрещает заключать сделки с юридически недееспособными лицами, а десятилетний ребенок – это юридически недееспособное лицо. И такая сделка тоже будет признана недействительной в суде.

С принятием нормативного постановления № 4, по словам адвоката региональной ассоциации застройщиков, налоговые органы получили возможность подавать в суд, а суды – рассматривать дела по признанию сделок недействительными лишь на основании предположений и сомнений истца.

– К примеру, налоговый орган проводит камеральную проверку и выясняет, что у фирмы А. нет основных средств, что у него мало работников и т. д. Но в 2016 году, допустим, эта фирма заключила договор с фирмой Б. на поставку кирпича. Так вот, налоговые органы подают стандартный иск, в котором на основе предположений о том, что фирмой А. были выписаны фиктивные счета-фактуры с целью уклонения от уплаты налогов фирме Б. При этом в отношении поставщика отсутствуют вступившие в законную силу окончательные решения, постановления судов, свидетельствующие о его вине.

По словам Ботагоз Садуовой, гражданские суды при рассмотрении подобных споров встают на сторону налогового органа, игнорируя тот факт, что выписка фиктивного счета-фактуры является уголовным правонарушением, предусмотренным ст. 216, 245 УК. То есть фактически гражданское судопроизводство в этих случаях берет на себя функции уголовного суда. Вот только наказание для нарушителей назначается не по Уголовному кодексу, а по Налоговому кодексу. В виде доначислений по НДС, КПН за все прошедшие годы с учетом пени.

Одни из всех и все – за одного?

Суммы доначислений, по словам предпринимателей, попавших в эту ситуацию, колоссальны и во многих случаях ставят под сомнение возможность дальнейшего ведения бизнеса. А доказать правоту подавляющему большинству карагандинских предпринимателей ни в одной из трех судебных инстанций еще не удавалось.

– Придите в экономический суд на любой из процессов по признанию сделок недействительными, – призывает Ботагоз Садуова. – Вы сами убедитесь в полном отсутствии состязательности сторон. В качестве доказательств представитель органов госдоходов предоставляет приложение к 300-й форме налоговой отчетности, которую обязаны сдавать все налогоплательщики, стоящие на учете по НДС. Предприниматель же тащит кипы документов: договора, счета-фактуры, накладные. Но их суд во внимание не принимает. В итоге в 99,9 процента случаев вердикт судей звучит так: “Мы считаем, что сомнения истца обоснованы”.

– По нашим сведениям, количество направленных органами ДГД (УГД) исков по Карагандинской области о признании сделок недействительными составило: за 2017 г. – 116, за 2018 г. – 481, за 2019 г. – 1000, – приводит цифры адвокат ассоциации застройщиков по Карагандинской области. – Процент удовлетворения исков налоговых органов по спорам о признании сделок недействительными составил: в 2017 г. – 98 процентов, в 2018 г. – 99 процентов, за 9 месяцев 2019 г. – 99,9 процента. Количество рассмотренных исков с отказом в удовлетворении по спорам о признании сделок недействительными составило: за 2017 г. – 1 дело, за 2018 г. – 2 дела, за 2019 г. – 1 дело.

В данном случае цифры говорят больше слов и наглядно демонстрируют полное отсутствие состязательности в судебных спорах предпринимателей с государственными органами!

Кстати, те два случая, в которых суд поддержал сторону ответчика по искам налоговиков о признании сделок недействительными, вызывают у предпринимателей массу вопросов.

– 11 июля 2019 года судебной коллегией по гражданским делам Карагандинского областного суда было отменено решение СМЭС по Карагандинской области от 18.04.2019 г. об удовлетворении исковых требований ДГД по Карагандинской области к ТОО “МИТРА консалтинг”, ТОО “KAZ Temir Stell” о признании недействительными сделок, – удивляется Ботагоз Садуова. – Основанием для отмены решения первой инстанции послужили следующие обстоятельства: налоговым органом суду первой инстанции не предоставлялись сведения о привлечении руководителя ТОО “KAZ Temir Stell” к уголовной либо административной ответственности за выписку, по мнению истца, фиктивного счета-фактуры. В связи с чем судебная коллегия сочла: истец должен доказать, что ответчики, заключив оспариваемый договор, сделали это с преступным умыслом. Аналогичное постановление судебная коллегия в том же составе вынесла от 5 января 2020 года в отношении ответчиков ТОО “ЦентрОптСнаб” и ТОО “ГлобалСпецТорг”, отказав в иске налоговой признать их сделки недействительными.

Предприниматели не могут взять в толк: почему в других, аналогичных этому, случаях суд выносит прямо противоположные решения?

– Где презумпция невиновности, презумпция добросовестности бизнеса? – вопрошает адвокат Ботагоз Садуова. – По факту в Карагандинской области действует принцип презумпции виновности предпринимателя при рассмотрении подобных споров. Яркий тому пример: многим карагандинским предпринимателям были отменены сделки с поставщиком ТОО “Шебер Ойл” по той причине, что в отношении его руководителей было возбуждено уголовное дело. В качестве доказательств суд признал… протоколы допросов. 13 декабря 2019 года уголовное дело в отношении руководителей ТОО “Шебер Ойл” было прекращено в связи с отсутствием состава уголовного правонарушения. Но судебные акты экономического суда по Карагандинской области, которыми сделки с ТОО “Шебер Ойл” были признаны недействительными, остались! И по ним предпринимателям были начислены огромные суммы, отменять которые ни налоговики, ни суд не собираются.

Ложись, бизнес, большой и маленький…

Под жернова сложившейся парадоксальной системы попали даже самые известные, давние, имеющие исключительно безупречную репутацию карагандинские компании. Такие, как, например, ПК “АСПАП”.

– Наш промышленный кооператив был образован в 1990 году, то есть в этом году ему будет 30 лет, – рассказал его председатель Толеген АШИМОВ. – Все эти годы мы занимались только строительными работами, и никогда не было никаких проблем с налоговой. Закупая материалы, мы смотрели в открытом доступе сведения о контрагентах – удостоверялись, что у них есть свидетельство о регистрации в органах юстиции, нет задолженностей по налогам, и заключали договора. Перечислили деньги – получили товар и использовали его в строительстве. К примеру, построили школу в Сарышагане, водопроводы в Жарыке и поселке Южном. Их приняли в эксплуатацию, и у комиссии не было никаких нареканий по объему кирпича или железобетонных изделий.

Но через два года пришли налоговики и говорят: мол, ваш поставщик уклонялся от уплаты налогов, поэтому вам сделаны доначисления за них.

И речь идет не о каких-то бросовых суммах, а о сотнях миллионов тенге!

И это не считая того, какие убытки понес ПК “АСПАП” из-за бесконечных судебных тяжб с органами госдоходов.

– Знаете, что самое тревожное в этой ситуации? – задает вопрос Толеген Ашимов. – Получается, сейчас стало опасно покупать товар у местных товаропроизводителей. Легче приобрести стройматериалы за рубежом. И сегодня в Караганде лозунг о поддержке отечественного товаропроизводителя сводится к нулю налоговиками и судами.

О закрытии бизнеса всерьез задумался и руководитель ТОО “ҰЛАР МК” Кайрат ТАШМАГАМБЕТОВ.

– В нашей компании работают около 300 человек, зарплата каждого – не меньше 150 тысяч в месяц, – подчеркивает он. – Мы входим в пятерку крупнейших строительных компаний региона. Помимо строительно-дорожных работ наша фирма является одним из крупнейших производителей инертных материалов для компонентов дорожного строительства. Мы производим щебень, асфальтобетон, эмульсионную связку, мастику для производства дорожного покрытия. Вкладываем очень большие деньги в научно-исследовательскую деятельность. В нашей компании работают высококвалифицированные специалисты, щебеночный карьер кормит три близлежащих поселка. В год наши предприятия платят в бюджет около полумиллиарда тенге налогов.

Но сейчас, после того, как органы государственных доходов буквально задушили нас исками о признании сделок недействительными, наше предприятие находится на реабилитации, и мы не знаем, сможем ли выйти из кризиса.

– У нас были контрагенты, с которыми мы работали в прошедшие годы и в отношении которых были возбуждены уголовные дела, – конкретизировал проблему юрист компании Евгений СОКОЛОВ. – В отношении них был вынесен приговор, затем они прошли согласительную процедуру, и затем этот приговор был отменен. Однако это не коснулось уведомлений, которые нам выставили органы госдоходов. То есть дело в отношении наших контрагентов год или два назад было прекращено по истечении срока давности, а с нас вины никто не снимал, и мы выплачиваем доначисления по НДС, КПН – с учетом пени нам начислили порядка миллиарда тенге. Эти проблемы длятся с 2016 года,

– Наши юристы ничего не могут доказать в судах, – разводит руками Кайрат Ташмагамбетов. – И, знаете, я уже стал подумывать о том, что мне легче уйти из бизнеса. Продать материально-техническую базу, сдать объекты в аренду. И я мог бы спокойно жить хоть в Сингапуре, хоть в Таиланде. Поверьте, мы, бизнесмены, не пропадем. Но как быть с теми людьми, кого кормит мой бизнес? 300 человек останутся без работы, если я закрою бизнес. А если и другие обанкротятся, сколько карагандинцев останется без средств к существованию?

Да, возможно, за счет прессинга на нас сейчас в бюджете будет профицит. Но что будет через год-два, когда компании начнут разоряться и закрываться? Об этом налоговики и судьи не подумали?

Представители менее крупных компаний уверены: год и два – это слишком преувеличенные сроки наступления краха для них. Руководитель ТОО “Достар С” Павел ОВСЯННИКОВ высчитал: продержаться на плаву его фирма может разве что пару месяцев.

– Конечно, наша компания не такая крупная, – говорит он. – Но ежегодно мы платили десятки миллионов налогов в бюджет. С 2007 года у нас ежегодно во все сезоны работают от 20 до 30, а в сезон мы привлекаем для строительных работ до 600 человек. Но в прошлом году к нам пожаловали сотрудники органов госдоходов, которые инкриминировали нам незаконную сделку с недобросовестной компанией, которая якобы выписывала фиктивные счета-фактуры. В суде нас признали виновными, и налоговая сделала нам такие доначисления, что из-за них мы теперь не можем работать. Новых заказов сейчас не берем и находимся на грани банкротства. Знаете, так обидно, мы ведь в 2007 году с нуля начинали, буквально с блокнотом и ручкой. А за эти годы наработали материально-техническую базу, клиентуру. Взяли машины в лизинг, приобрели основные средства – у нас есть своя производственная база. В прошлом году получили первую категорию. И тут вдруг – трах-бах, налоговая, суды, около 10 наших контрагентов оказались под сомнением налоговиков, наши счета заморожены, и в ближайшие два месяца нам светит банкротство.

Как признался Павел, в глубине души он, как и тысячи его коллег по несчастью, надеется на чудо – что сложившаяся практика все-таки будет сломлена.

Когда в товарищах согласья нет…

Сейчас же, по мнению президента Казахстанской ассоциации предпринимателей и сервисных услуг Ермека АБИЛЬДИНА, в шахтерской столице основательно подорван дух предпринимательства.

– У нас и так делать бизнес нелегко, предпринимателям приходится сталкиваться со всевозможными препонами, – отмечает он. – А тут еще такая глобальная проблема, созданная усилиями органов госдоходов и судов. И в то время как руководство страны призывает оказывать всемерную поддержку малому и среднему бизнесу, вышеназванные госорганы в Карагандинской области создали условия, при которых добросовестные фирмы оказываются под угрозой закрытия. И это создает печальные перспективы на будущее. Завтра люди, которым эти предприниматели давали рабочие места, потеряют работу и окажутся без средств к существованию. Соответственно, ухудшится криминогенная обстановка. Одним словом, социальные последствия могут быть очень значительными.

Тем не менее, по словам Ермека Абильдина, представители бизнес-сообществ региона тоже не сидят сложа руки.

– Мы довели эту проблему до сведения всех уполномоченных на решение этой проблемы государственных органов, наших предпринимателей поддержала Нацпалата “Атамекен” и лично Азат ПЕРУАШЕВ. 12 февраля мы встречались на площадке партии “Ак жол”. Там представитель Верховного суда судья Нуржан КАЙЫПЖАН во всеуслышание согласился с доводами предпринимателей о том, что, только основываясь на решениях уголовного суда, признавшего вину поставщика в выписке фиктивных счетов-фактур, можно предъявлять иски к предпринимателям по поводу незаконности сделок, совершенных с этим контрагентом. Но при этом он отметил, что единого мнения по данному вопросу у судей Верховного суда до сих пор нет.

КАРАГАНДА

В Казахстане предложили отмечать Наурыз 9 дней. Сколько, по вашему мнению, может длиться это празднование у нас в стране?

  • 1. Как предложили ранее, 5 дней

    186
  • 2. Согласен. можно отмечать 9 дней

    260
  • 3. 1 день

    104
  • 4. Хватит праздновать, работать надо!

    279
  • Все опросы

    Всего проголосовало: 829

Оставить комментарий

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи