Опубликовано: 9500

Коллектор национального пошива: как одна из "дочек" "Байтерека" преуспела в судебных делах

Коллектор национального пошива: как одна из "дочек" "Байтерека" преуспела в судебных делах Фото - Ибрагим КУБЕКОВ

На прошлой неделе одна из “дочек” НУХ “Байтерек” – АО “Инвестиционный фонд Казахстана” (ИФК) – наконец представила годовой финансовый отчет. Документ показывает, что организация резко изменила принципы своей работы.

Активы

Это самое главное для любого предприятия. Чем их больше, тем лучше. Обычно их стремятся нарастить. В случае с Инвестфондом все наоборот: в 2016 году у него было 777 миллионов тенге активов, в 2017-м – 469 миллионов, а в прош­лом – уже 210 миллионов. Каждый год показатели падают. По идее точно также должен падать и доход. Но нет, здесь совсем другой случай. Два года назад ИФК получил полмиллиарда дохода, год назад – почти 1,4 миллиарда тенге убытка, в этом снова вышел в плюс на 646 миллиардов. Волшебство, в общем. Получит фонд доход или нет, совершенно не зависит от того, как он работает.

Только один вид бизнеса показывает такой разброс в доходах и активах. Это коллекторская деятельность. По сути это не бизнес, а услуга для банка-кредитора. В данном случае для Банка развития Казахстана (БРК).

В одном из интервью глава ИФК Ермек Сакишев сам признался, что работа ИФК очень похожа на работу коллекторских агентств. Но, чтобы откреститься от образа коллекторов, он указал их место: “Если говорить о коллекторском агентстве, то оно работает с микрозаймами, микрокредитами физлиц и имеет четкий круг полномочий, который никак не связан с финансовым оздоровлением предприятий”.

Смеем напомнить Ермеку Рахатовичу, что коллекторы работают со всеми должниками, в том числе и с неудачными клиентами банков, и с предприятиями. Поэтому сравнение ИФК с коллектором уместно. Правда, в списке коллекторских агентств АО “ИФК” нет. Нет у него такой лицензии.

Взгляд

Свежий отчет разительно отличается от прежних. Дело в том, что в нем отдельно расписана работа дочки фонда – ТОО “Capital Logistics”. Эта контора была создана как “прокладка” между БРК, ИФК и группой текстильных компаний “Textiles.kz”/“Меланж”. Тогда БРК желал восстановить работу группы. Но по инициативе ИФК суд обанкротил текстильщиков и передал группу под контроль фонда. Сейчас можно проследить, как ИФК работает с отдельным предприятием.

Первое, что сделал “Capital Logistics”, – перевел имущество “Textiles.kz” в “долгосрочный актив, для продажи”. И оценил его в 7,4 миллиарда тенге. Затем продал запасы продукции и сырья за 1,9 миллиарда тенге. И заявил, что даже заработал на сделке 365 миллионов тенге. Вроде все молодцы.

Но отчетность за прошлые годы говорит другое. В 2016 году “Textiles.kz”/“Меланж” передал “дочке” фонда товара на 2,7 миллиарда. Посредник тут же включил “резерв на обесценивание” и уменьшил стоимость запасов на 367 миллионов тенге до 2,3 миллиарда тенге? Но все равно куда-то пропали 400 миллионов тенге.

В свое время владелец группы “Textiles.kz”/“Меланж” сообщила “КАРАВАНУ”, что все ее имущество ИФК оценил больше, чем в 16 миллиардов тенге. Откуда тогда появилась цифра в 7,4 миллиарда в документах? И куда делась разница в 9 миллиардов тенге? Это большие деньги даже для Казахстана. Ответ на этот вопрос ИФК тоже дал.

В 2018 году БРК изменил условия по договорам переуступки. Теперь долги стали срочными. Весь долг разделили на фиксированную и индексированную части. Составили график погашения, и ИФК вернул банку первые 75 процентов индексированной части – 38 миллиардов тенге. Еще 9,5 миллиарда фонд должен отдать в 2022 году. Фиксированную часть обязательств – почти 30 миллиардов – отложили до 2025 года. Итого сумма долга ИФК перед Банком развития – больше 77 миллиардов тенге.

Сравним эти суммы с обязательствами ИФК в 2015 году – 91,1 миллиарда тенге. Разница – почти 14 миллиардов тенге. Куда опять пропали деньги? ИФК и это не раскрывает.

Видимо, снова разница ушла на дисконт и списание: ИФК честно указывает, что допускает снижение стоимости актива в случае продажи до 40 процентов.

Часть разницы перевели, видимо, в долгосрочные активы. Фонд признается, что кредитную нагрузку клиентов он периодически пересматривает через механизм определения справедливой стоимости либо реструктуризирует займы, выравнивая свой баланс.

Как это работает?

В декабре 2016 года ИФК продал компанию “Биохим”. Она выпускала биотопливо. Сделка на 7 миллиардов тенге. На бумаге. Но потом вдруг выяснилось, что контракт завершить нельзя. Покупатель, видимо, посчитал, что покупку не тянет. ИФК уступил, пошел на переговоры. И через три месяца таки договорились: “Биохим” должен был фонду 5 миллиардов тенге, часть этого долга – почти два миллиарда тенге – списали на “справедливую стоимость”. В результате ИФК ушел в убыток на 600 миллионов тенге.

Точно так с дисконтом продали АО “АктобеСтройИндустрия”. Сделка была заключена в декабре 2017 года на 1,6 миллиарда тенге. Но из-за “справедливой стоимости” сумма упала в два раза. Тем не менее за счет превышения цены над балансовой стоимостью ИФК считает, что получил доход в 200 миллионов тенге. Правда, непонятно, каким именно образом фонд смог получить прибыль. Снова по схеме оценки “Меланж”? АО “Инвестиционный фонд Казахстана” потеряло предприятие, которое оно должно было поднять с колен

И с ТОО “Богви”, и с сельхозхолдингом “Жанабас” произошло ровно то же. Фонд продал их имущество за 600 миллионов и 520 миллионов тенге. В зачет поставил себе прибыль в 100 миллионов и 130 миллионов тенге.

Обязательства

Законы бизнеса говорят, что предприя­тие будет заниматься тем, что у него лучше всего получается. ИФК специализируется на получении долгов. Ведь за этой нацкомпанией стоит государство. Сейчас кроме сбора долгов у ИФК есть один крупный проект – логистическая компания. Судя по всему, этот проект ИФК попытается передать на сторону. Не вписывается он в схему работы фонда. И тогда он превратится в чистого коллектора. Холодный и расчетливый ум пришел на смену горячему сердцу патриота?

Зачем нужен коллектор для национальных компаний? Для “Байтерека” и БРК? Какую работу он может выполнить лучше, чем простая подобная организация?

Уберите вывеску, и отношение к ИФК изменится. Ему труднее будет работать. Статус упадет. Более того, он попадет под регулирование Национального банка. В последние годы НБ РК начал прижимать профессиональных выбивальщиков долгов. Здесь же предприятие обошло закон?

К сожалению, “Байтерек” не отвечает на запросы “КАРАВАНА”, но было бы интересно посмотреть на счет по судам ИФК. Сколько он выиграл, сколько проиграл? Судя по некоторым данным, счет явно сухой. Можно даже сказать, что разгромный.

Из жестких объятий ИФК без ущерба пока не вырвалось ни одно предприятие. Ущерб может быть самый разный – одних ждут полный разгром и банкротство, других – продажа по частям. Красивый бизнес.

Помните, в “Красотке” герой Ричарда Гира занимался примерно таким же делом: скупал больные заводы и верфи, пилил их на части и продавал по кусочкам.

Очень важные изменения произошли в структуре обязательств фонда. В прошлом году НУХ “Байтерек” пополнил капитал “дочки” на 10 миллиардов тенге. Но затем он дал фонду еще 13 с лишним миллиардов? Зачем? На какие цели? Из отчета это не видно.

Если вспомнить все, что выше, то вывод будет неожиданным – фонд прибыль не приносит. Он проедает деньги “Байтерека”, которые ему выдал бюджет страны.

А все движение цифр по отчетности нужно, чтобы покрывать убытки фонда. Разницу же в счетах фонд загоняет в резервы. По идее эти деньги должны будут выйти. Вопрос в том, когда это произойдет и кто в это время будет руководить Инвестиционным фондом Казахстана?

АЛМАТЫ

Оставить комментарий

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи