Опубликовано: 380

Как студенты тюрьмам помогают

Как студенты тюрьмам помогают Фото - Тахир САСЫКОВ

С маленьких шагов начинаются большие перемены. Предложение студентов увеличить вес посылок для осужденных женщин и несовершеннолетних, продлить время звонков родным из колоний в итоге воплотилось в жизнь. Как идеи со свободы меняют жизнь тех, кто находится по ту сторону колючей проволоки, рассказали в столице.

Молодо – не зелено

В Казахстане подвели итоги пятилетнего проекта Capstone, организованного Международной тюремной реформой (PRI) в Центральной Азии при поддержке посольства Нидерландов в РК. Учащиеся 6 вузов, 2 в столице и 4 в регионах, предлагали свои реформы по правозащитной тематике, в том числе – по решению проблем в пенитенциарной системе.

Главной идеей проекта была полевая работа молодых людей – студенты в том числе выезжали в колонии, беседовали с их работниками и осужденными, проводили анкетирование, после под руководством кураторов, преподавателей своих и зарубежных вузов, анализировали ситуацию и предлагали свои решения.

– Изначально мы хотели расширить знания студентов, будущих правозащитников, и изменить подходы к написанию проектов дипломных работ, чтобы они не пылились в архивах вузов, а могли принести реальную пользу, чтобы идеи молодежи взяли на вооружение законодатели и другие госструктуры. По прошествии 5 лет с момента старта Capstone project мы можем сказать, что идеи участников по дерадикализации и ресоциализации осужденных граждан взяты в рабочие группы госорганов.

А в Указе Президента “План первоочередных мер в области прав человека” некоторые подпункты отражают то, что ранее предлагали участники нашего проекта. В том числе – вопросы детей, достигших возраста уголовной ответственности, а также детей, находящихся вне поля уголовного правосудия, но содержащихся вместе с матерями (дошкольное образование и другие вопросы), – рассказала “КАРАВАНУ” региональный программный менеджер PRI Жанна НАЗАРОВА.

Среди тем, поднятых участниками Capstone project, – вещевое обеспечение осужденных и следственно адресованных. Ребята предлагали пересмотреть подходы к этому вопросу, заменить черный цвет робы на более светлые тона.

И в колониях уже начали постепенный переход на серый цвет одежды заключенных, в первую очередь – женщин и детей.

– Кроме того, один из студентов предлагал увеличить нормы посылок для осужденных детей и женщин с 14 до 20 килограммов. В результате в 2019 году норму увеличили для всех категорий заключенных. В ходе проекта была озвучена и идея исключить из расчета питьевую воду, и сейчас осужденные могут получать ее в неограниченном количестве. Такие, на первый взгляд, маленькие идеи реально улучшают ситуацию в пенитенциарной системе, – подчеркнула Жанна Назарова.

Больше посылок и свиданий

Было принято и предложение увеличить время для звонков и видеосвиданий в колониях. С советского времени повелось, что звонить родным сидельцы могли в период только до 18 часов.

– Но в это время можно дозвониться только пенсионерам и безработным родственникам. Мы обратились в Комитет уголовно-исполнительной системы (КУИС) МВД с просьбой пересмотреть данный подход. В итоге простой механический сдвиг работы телефонного переговорного пункта до 21 часа (в отдельных учреждениях с большим контингентом – до 21.30 часа) позволил осужденным чаще дозваниваться родным, не терять социальных связей, – продолжила представитель PRI в ЦА.

А система видеосвиданий, предложенная студентами задолго до пандемии, полномасштабно воплотилась как раз в период карантинных ограничений.

Заместитель председателя КУИС МВД РК Ескали САЛАМАТОВ дважды входил в состав жюри Capstone project.

– Часть предложений участников была наивной, часть требовала материальных затрат, какие-то идеи впоследствии были воплощены. Главное, что студенты раскрыли и актуализировали ряд проблем и предложили их решение, – говорит Ескали Саламатов. – Возможно, иностранные эксперты не поняли идею, да и отечественные коллеги не все разбираются в этой теме. Авторы проекта из Костанайской академии МВД показали, как впервые попавший в места лишения свободы человек меняется под влиянием тюремной субкультуры.

Да, это явление не носит массовый характер, но оно имеет место быть, и давно доказано, что тюрьма не всегда исправляет, если вообще исправляет. Такая цель наказания в западных странах, например, не стоит. Это старая советская сталинская идеология. За рубежом акцент делается на восстановительном правосудии и заглаживании преступного вреда. А лезть к человеку в мозги и делать выводы, исправился он или нет, – дело неблагодарное. Поведение человека в МЛС, вынужденного подстраиваться под тюремные правила, еще не говорит, что внутренне он исправился.

Дебаты с имами

Начальник центра подготовки специалистов УИС по противодействию экстремистской идеологии Костанайской академии МВД Мырзабек ТУЙГАНОВ курировал проект, который в этом году стал победителем. Тема, поднятая курсантами, – реабилитация осужденных за экстремистские и террористические преступления.

– Мы раскрыли юридические, психологические, идеологические аспекты реабилитации. По завершении работы предложили методические рекомендации общего характера, которые касаются соответствующего законодательства, и рекомендации, которые могут быть полезны всем участникам процесса реабилитации осужденных за экстремистские и террористические преступления, – рассказал Туйганов.

Участники проекта предложили создать банк данных успешной реабилитации.

– Да, пенитенциарная система закрытая, но банк таких данных должен создаваться, он позволит аккумулировать истории успеха реабилитации осужденных за экстремизм и терроризм, обобщать накопленный опыт работы с ними спецкомиссиям, экспертам, ученым, и далее распространять в виде методических рекомендаций в учреждениях УИС, – считает Туйганов.

Также курсанты предложили расширить пул экспертов, непосредственно посещающих колонии и работающих с перечисленными категориями заключенных.

– Главными субъектами реабилитации сейчас являются имамы, но имеющиеся исследования показали, что многие из осужденных за экстремизм и терроризм являются не столько исламизированными, сколько радикалами. В этой части мы использовали подход французского ученого Оливье Руа о том, что не ислам радикализируется, а радикализм исламизируется. Поэтому в рекомендациях мы призываем бороться, прежде всего, с уровнем агрессии, которая является отражением радикальности, – заявляет Туйганов.

Авторы проекта предложили ввести дебаты с участием имамов и осужденных, а не только лекции священнослужителей, после которых звучит стандартное: “Вопросы есть?”. “Вопросов нет”, – и все расходятся. Такой формат работы в академии признали неэффективным, и считают необходимым проводить дискуссии на 2 языках на разные темы: спорт, коррупция и другие.

Письма издалека и футбол для сидельцев

А еще курсанты считают необходимым ввести в круг субъектов реабилитации осужденных клинических психологов и общественных деятелей.

– В экспериментальном поле мы работали с детскими травмами осужденных, они писали письма самим себе от имени ребенка. И потом плакали… С ними работают наши сотрудницы-психологи, а вы знаете, как болезненно экстремисты реагируют на женщин с непокрытой головой… Но и наши работницы, и сами осужденные преодолели барьер, смогли наладить контакт, – говорит Туйганов. 

Дальше – больше. Как рассказывает представитель Костанайской академии МВД, зачастую в стенах колонии осужденные этой категории вспоминают о том, что до прихода к радикализму они увлекались обычными земными вещами, футболом, например.

– Почему бы не пригласить футболистов любимой команды, у нас это “Тобол”, в колонию, пусть покажут мастер-класс, необязательно контактировать с самими заключенными, – поделился мнением о методах реабилитации сидельцев Мырзабек Туйганов. “Бал в этой стране правят религиозные фанатики или помешанные”: откровения бывшего боевика, воевавшего в Сирии

Еще одна рекомендация завтрашних работников тюремной системы – уточнить и более четко разграничить понятия “экстремизм” и “терроризм”.

Действующая терминология, по их мнению, дает судьям возможность субъективно относить обвиняемых к числу террористов или экстремистов.

– А это чревато коррупцией, – заметил начальник центра подготовки специалистов УИС по противодействию экстремистской идеологии.

В настоящее время в Казахстане по статьям за экстремизм и терроризм отбывают наказание более 600 человек. Самому молодому осужденному на момент лишения свободы было 16 лет (это в 2018 году), самому старшему – более 50. Осужденные данной категории отбывают наказание вместе со всеми.

НУР-СУЛТАН

Оставить комментарий

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи