Опубликовано: 5193

Судебные исполнители: "В системе судебного исполнения поставлено все с ног на голову"

Судебные исполнители: "В системе судебного исполнения поставлено все с ног на голову"

Всадник на коне и в шляпе, в длинном кожаном пальто до пят, с сигарой во рту, с судейским жетоном в руке и кольтом на ремне. Злой и сильный, беспощадный и агрессивный к любому нарушителю закона.

Именно этот образ судебного исполнителя начал создавать, а затем эксплуатировать американский кинематограф о суровых нравах периода Дикого Запада, когда настоящими хозяевами были шериф, судебный пристав и другие угрюмые владельцы длинных стволов с легкой щетиной на лице, - кровожадные гангстеры и… вольный ветер. Казахстанские парламентарии в этом году планируют подкорректировать образ отечественного судебного исполнителя. В апреле текущего года, закон о статусе казахстанских судебных исполнителей должен будет претерпеть изменения, - парламентарии планируют внести туда целый ряд поправок и изменений. Некоторые судебные исполнители говорят, что у них возникает ощущение, что законодательство, регулирующее систему исполнения судебных решений, поставлено с ног на голову. И сделано это специально. Так как в природе, просто ничего ниоткуда не берется и никуда не исчезает, все пробелы и недостатки в исполнительном регламенте, созданы и пролоббированы специально. "В нашей стране недостатки в законодательстве всегда кому-то играют на руку". При этом институт судебных исполнителей является одним из ключевых звеньев в системе судебного производства, - они занимаются исполнением судебных решений. Любое решение, в том числе судебное, как известно, сильно своим исполнением. Следовательно, без него, оно не имеет никакого значения, и, здесь, соответственно, без исполнителя может остаться словами на бумаге, пусть даже гербовой. А без этого, вся судебная система со временем может потерпеть крах. Актуальность тематики обусловлена еще и тем, что организация судебных исполнителей переживает сегодня не самые лучшие времена, если не сказать бедственные. Здесь накопился целый клубок проблем, который включает в себя и слабую, или, почти нищенскую материальную базу и юридические противоречия, и обильную критику в адрес своей работы с разных сторон. По части юридических противоречий, Турсун Казангапова, главный специалист отдела по организационно-аналитической работе Администратора судов г. Алматы, сказала, что сегодняшняя нормативно-правовая база страдает многими юридическими пробелами. В период советской власти, законы, регулирующие судебное исполнение, были намного совершеннее, прозрачнее, подробнее расписаны. Сегодня же, местами, они носят даже поверхностный характер. В качестве примера животрепещущего противоречия, которое кроется в самом законодательстве, посвященном судебному исполнению, судебные исполнители приводят такой случай. В пункте 1 статьи 4 Закона, который действует с 1998 года "Об исполнительном производстве и статусе судебных исполнителей" говорится, что: "Исполнение постановления судов и других органов Республики Казахстан, перечисленных в статье 7 настоящего Закона, возлагается на судебных исполнителей территориальных органов Министерства юстиции РК, состоящих при всех судах, кроме Верховного суда РК" (просьба обратить внимание на выделенное). На практике складывается немного иная картинка. Одно из противоречий кроется в том, что судебные исполнители больше не входят в состав Министерства юстиции, и, соответственно, уволены оттуда начиная с мая месяца еще 2001 года. Теперь же они входят в комитет по судебному администрированию при Верховном суде РК. Конкретные юридические коллизии и противоречия складываются между законом о статусе судебных исполнителей и ГПК. Исполнители считают самыми трудными для исполнения дела об алиментных платежах. И основной пробел здесь возникает благодаря слабой ответственности, которая предусматривается законодательством. Если бы законники усилили бы такую ответственность, процент исполнения дел, несомненно, увеличился бы. К примеру, по уголовным делам, возмещение ущерба осуществляется в сумме 50% от зарплаты, по гражданским делам эта цифра составляет 20%. Имеется в виду, что с этой точки зрения все четко регламентировано. В законодательстве же, посвященном судебному исполнению, четкого регламента нет, что значительно усложняет работу. Исполнители, при оформлении документов, не могут сослаться на конкретное положение, поэтому они действуют как в условиях боевых действий по принципу: "война план покажет". Не все благополучно во взаимоотношениях с другими органами правосудия. По мнению судебных исполнителей, сами судьи в некоторых случаях могут тормозить исполнение своего же решения. Бывает, что они отменяют исполнение решения, к примеру, о взыскании возмещения ущерба. Когда исполнитель назначает торги по продаже имущества, реализовывает его с торгов согласно ст.52-56 Закона РК "Об исполнительном производстве и статусе судебных исполнителей", судья может отменить торги по той лишь причине, что объявление в газете было дано только на одном языке. Дело в том, что в законе не указано, на скольких языках и каких именно, и в каких конкретно газетах должно быть опубликовано объявление. После чего судебный исполнитель должен вернуть сумму, которую он выручил от реализации имущества, покупателю, а выставленное на торги имущество необходимо вернуть должнику. Как говорится, дьявол кроется в деталях. Еще один чудный пробел, развязывающий руки нечистым на руку чиновникам, кроется в следующем. Если имущество должника не было продано на первом торге, в третий раз оно уходит с молотка по цене, предложенной покупателем. А покупатель может предложить любую удобную для себя цену. Предугадать его желание не трудно - все зависит от ситуации. Закавыка состоит в том, что здесь нет четко фиксированного нижнего порога цен, а он должен быть. Получается, что пробелы в казахстанском законодательстве позволяют купить этот мир за три копейки или тиына (в зависимости от системы национальной валюты). Сейчас данный вопрос находится "на карандаше", и это значит, что будет принято какое-то решение. Какое именно - покажет будущее. Судебные исполнители говорят, что их статус слишком низок, чтобы выполнять свою работу. Их профессиональная деятельность связана с выселением должников, наложением ареста на их имущество, дальнейшего его изъятия для реализации с целью погашения суммы долга. Приходится отнимать "все, что нажито непосильным трудом". Естественно, что радость их визит вызвать не может. В результате, исполнители сталкиваются с разнообразным к себе отношением. Иногда их могут скинуть с лестницы, учинить физическую расправу, либо в лучшем случае, не пустить на порог. Одну сотрудницу из органов Администратора судов взяли в заложники с целью физической расправы. Ее силой завели в квартиру и связали. В последствии, на свободу ей удалось вырваться благодаря чуду. При помощи ловкого движения ей удалось развязать себе руки и, с горем пополам, вызвать полицию по сотовому телефону. Другой сотруднице повезло меньше. История произошла в Енбекши-казахском районе. Когда она пришла к ответчикам, в нее запустили камнем и выбили глаз. В отделе исполнения говорят, что ответчики не испытывают страха перед исполнителями, в том числе, благодаря отсутствию специальной, отличительной униформы представителя власти. Полицейских еще могут бояться, видя погоны или оружие, либо чувствуя перспективу оказаться в чудной решетчатой казенной комнатке в компании с назойливыми типами. В период советской власти такая униформа существовала. Правда, при этом, иногда судебных исполнителей путали с лесниками, - вместо погон были лычки с изображением зеленых насаждений. Немного комично, но было хоть что-то. Исполнителей сегодня не боятся еще и потому, что у них нет карательных функций и полномочий дознавательных органов. В сегодняшнем казахстанском законодательстве также есть пункт, устанавливающий ношение униформы. Однако на практике складывается невнятная ситуация: ответственные товарищи до сих пор не разработали и, соответственно, не утвердили единый стандарт отличительной униформы для судебных исполнителей. Поэтому работают они, что называется, в штатском. Исполнители говорят, что сегодня они испытывают перегрузку в работе благодаря резкому несоответствию количеству судей и самих исполнителей. Теоретически, соотношение в общем количестве судоисполнителей и судей должно равняться 1:1, т.е. к одному судье должен быть приставлен один исполнитель. Однако на практике складывается немного иная ситуация. Штат всего персонала судебных исполнителей исчисляется 85 сотрудниками по г. Алматы. Судей же в южной столице насчитывается свыше 190 работников. В среднем, судоисполнитель должен выполнять решения двух, иногда трех судей. В год приходится исполнять около 40 тысяч судебных решений. При этом Турсун Казангапова говорит об интересных вещах: ежегодно исполняется около 70% судебных решений. Получается, что судебные исполнители показывают просто какие-то стахановские результаты, находясь в аховых условиях. На 85 исполнителей выделено около 2-3 телефонные линии. В плане материальных проблем, судебные исполнители сетуют на отсутствие собственного здания. С тех пор, как они вышли из-под ведома Минюста, нового помещения еще не нашли, хотя, ответственные за это официальные лица, постоянно обещают это сделать. А в городском Управлении юстиции г. Алматы периодически интересуются, когда исполнители освободят здание. Исполнители сидят по четыре человека в одном кабинете, что также психологически влияет на сотрудника и на того, с кем он работает. Если каждый исполнитель пригласит к себе истца или ответчика в одно и тоже время, в маленьком кабинете может встретиться до 10 человек. Компьютерной оргтехникой их работу оснастили относительно недавно, однако, не всех сотрудников. Парадоксально, но факт, зачастую работа приостанавливается, благодаря отсутствию такой нужной техники, как принтеры, множительная аппаратура, бумага. В своем обосновании при приостановке дел, исполнители иногда пишут, что не могут предоставить копию того или иного судебного решения в виду отсутствия множительного аппарата или принтера. В алматинском Администраторе судов говорят, что работа была бы намного эффективней, если бы у исполнителей были бы, например, склады временного хранения, куда можно было бы привозить имущество должников. На сегодняшний день, данное имущество храниться у самих должников, либо у истцов. Судебные исполнители лишены также и грузового транспорта, на котором необходимо доставить изъятое имущество. Материальное обеспечение судебных исполнителей, - это, как говорится, отдельная, особая песня. Сегодняшняя зарплата рядового сотрудника ровняется 6-7 тысячам тенге. На эту, простите за выражение, зарплату судебный исполнитель должен столоваться, тратить на транспортные расходы, не говоря уже обо всех остальных расходах и прелестях жизни. Судебные исполнители говорят, что, порой, они стоят перед дилеммой: оставить себе деньги на обед или съездить на исполнение служебного задания. На задание приходится ездить всю вторую половину дня, порой, по несколько раз в одно и тоже место. Судебные исполнители обращались в городской акимат с просьбой о предоставлении бесплатного проезда, но мэрия отказывается положительно решать вопрос. И тому есть несколько причин, о которых будет сказано ниже. Раньше, до 1990 года, система вознаграждения и стимуляции труда была немного щедрее. Судебный исполнитель получал вознаграждение в сумме 5% от каждого исполненного дела. Сегодня это отменено. Зато, подобная система стимуляции качества труда в виде вознаграждения за каждое оконченное дело, практикуется в соседней России. Кроме того, у судебных приставов или, по-нашему исполнителей, есть своя служебная униформа, из вооружения - газовый пистолет. Исполнители говорят, что если им вернуть премию в виде процентного вознаграждения, "они чуть ли не носом землю будут рыть, но работу выполнят". Сравнительные результаты деятельности алматинских и региональных судебных исполнителей говорит не в пользу южностоличных. Более качественно и ответственно, на поверку, к своей работе относятся работники из районных центров, областей и т.д. К примеру, при ведении процедуры исполнения, региональщики, при наведении справок о юридическом или физическом лице используют намного больше источников информации. Алматинские исполнители могут ограничиться двумя-тремя, ссылаясь на большой наплыв дел. Судебные исполнители говорят, что им приходится работать под неусыпным оком постоянного прокурорского надзора. По мнению судебных исполнителей, прокуроры, за свои отчеты имеют поощрения в виде продвижения по карьерной лестнице. Сами прокурорские работники с этим, конечно, никак согласиться не могут. Решения необходимо одновременно выполнять по результатам заседания различных судов: экономического, административного, уголовного, гражданского и т.д. Что может напоминать подобная обстановка?! Состояние разрухи после гражданской войны, когда большевистская власть еще только устанавливалась на местах, а от сотрудников требовался энтузиазм. Тот, кто страдает по уходу советской власти, может зайти в арендуемое исполнителями здание городского Управления Юстиции, - эффект погружения и возврата истории действует гарантированно на все 100% и может утолить и развеять любую советскую ностальгию. Однако прав был тот, кто сказал, что история повторяется. Сами судебные исполнители постоянно предлагают в вышестоящие органы повысить их статус, то есть полномочия. Кроме того, по мнению исполнителей, одним из самых трудных участков работы считается принуждение городского акимата к исполнению судебного решения. Бюджетные организации вообще трудно призвать к ответу. А алматинская городская мэрия является самой законоНЕпослушной организацией в глазах судебных исполнителей. Мэрия проигрывает суд, а решение его исполнять не желает, в глубине души считая свою позицию правой. Не с руки городской администрации стоять у позорного столба исполнения решения суда. Хотя, на первый взгляд, казалось, кто, как ни акимат, должен служить положительным примером законопослушания и добродетели. Но не это удивляет на самом деле. Удивляет другое - то, что акимат вообще проигрывает даже не одно какое-то дело, а целый ряд дел в суде. То есть в работу горадминистрации входят регулярные судебные разбирательства. Первое дело. В 2001 году горадминистрация проиграла иск к ЗАО ВТИ "Максат", который в дальнейшем она проигрывала на протяжении 5-6 раз. Дело заключалось только лишь в выдаче распоряжения председателю городского комитета по управлению земельными ресурсами по поводу спора по земельному участку. Начальник комитета господин Сапаров А.Е. согласен исполнить судебное решение, но при наличии указанного распоряжения. Акимат же в свою очередь отказывается на отрез выдавать данное распоряжение. Второе дело. В том же году горакимат проиграл судебное дело ОАО "Казтелеком". Судебная тяжба касалась задолженности со стороны мэрии "Казтелекому" в сумме 27 с копейками миллионов тенге. Акимат отказался выплачивать долг в указанной сумме, за что и заработал судебную тяжбу. Третье дело. В 2002 году горакимат проиграл судебное дело ЗАО "Жилстройиндустрия" в связи с непогашенной задолженностью в сумме около 25 миллионов тенге за строительство следственного изолятора. В отделе документационного обеспечения отдела исполнения Администратора судов, сообщили, что за прошедший 2002 год на исполнение поступило 12 судебных актов, а за первый квартал 2003 года 4 судебных решения в отношении горакимата. Исходя из этого, вытекает вывод о том, что мэрия не желает платить по своим долгам, - кому должна, я всем прощаю. А также складывается впечатление, что в Казахстане окончательно и бесповоротно победила демократия. Теперь даже районный судья может сказать "нет" самому городскому голове. Городская администрация - организация почтенная и уважаемая. По-хорошему, ее многие боятся. Судебные исполнители напоминают, что не исполнение судебного решения влечет уголовную ответственность, даже высокого должностного лица, и предусматривает лишение свободы, сроком до 2 лет. Понятно, что акимат не коснется чаша сия. ГУВД находится под акиматом. Полицейский, прежде чем завести уголовное дело на городскую власть, должен будет написать рапорт об увольнении и оставить один патрон для себя. К чести акимата, нужно сказать, что он не весь такой не дисциплинированный. Некоторые его подразделения и департаменты, судебные решения исполняют. Молодцы ребята! Так держать. Другая трудная категория дел касается выплаты алиментов. Судебные исполнители не обладают достаточной юридической силой при приводе или задержании алиментщиков в отличие от полиции. Судебным исполнителям могут вообще не отвечать, а при входе не открывать двери. Некоторые алиментщики, в свою очередь, говорят, что у них нет работы, и что их содержит мать или вторая жена. Если бы у него была бы работа, он, конечно же, выплачивал бы все причитающееся. Вот если бы в стране не было бы безработицы, злостный алиментщик ни за что не смог бы отпереться. Эффективней и действенней на неплательщиков действует угроза наложения ареста на недвижимость или другую дорогостоящую собственность, к примеру, автомобиль. В случае применения этих мер, задолжник погашает все причитающееся. Подавляющая часть алиментщиков крупной собственности не имеет. Как говориться, нечего терять, кроме собственных цепей. Это самый проблематичный контингент для исполнителей. Полицию при этом боятся больше, и их предписания оказываются более действенными. Полиция же, в свою очередь, идет на контакт с судоисполнителями без особого энтузиазма: "Вы судоисполнители, вот и работайте самостоятельно". В РУВД зачастую уклоняются в объявлении розыска по судебным определениям. Исполнители предлагают подвергать должников более жестким, и, соответственно, отрезвляющим уголовным наказаниям. Только при наличии такого дамоклова меча с ними можно будет разобраться намного ощутимее. В бытность Советской власти, практика складывалась таким образом, что судья, после вынесения решения, интересовался материальным состоянием должника, и, в случае наличия имущества, достаточного для обеспечения иска, накладывал арест на данную собственность еще до вынесения решения. Сегодня же, казахстанские судьи, как правило, в своем большинстве, подобного интереса не проявляют. В результате, когда судебные исполнители начинают свою работу, должник уже успевает "избавиться" от необходимого имущества, естественно, с целью его дальнейшего спасения, и остается "гол как сокол" - взять с него уже ничего не возможно. Судебное исполнение начинает страдать, а истцы пишут жалобы на исполнителей. На сегодняшний день практика складывается таким образом, что при погашении задолженности, всякая ответственность пропадает. Это касается тех случаев, когда алименты не выплачивались, а потом, при возникновении угрозы привлечения к уголовной ответственности, задолженность была погашена без особых проблем. То есть, при этом нарушается частота выплат. Судебные исполнители говорят, что идут насмарку результаты всех их трудов по привлечению неплательщика к исполнению своего долга, в том числе перед бывшей семьей. По словам Турсун Казангаповой, одна из самых распространенных на сегодняшний день проблем состоит в нарушении 362-ой статьи УК РК, где говорится об ответственности за уклонение от исполнения судебных решений. Фактически это неработающая статья, а множество дел "зависает" в той же полиции. Теперь немного юридической статистики. В 2002 году судебными исполнителями в МВД РК было направлено 223 дела о неисполнении судебных решений. Из них, органами дознания отказано по 154 делам. Возбуждено 34 уголовных дела, опять же по фактам не исполнения судебных решений. В связи с исполнением, в возбуждении прекращено 8 дел. В общей сложности, в полиции возбудили 26 уголовных дел по неисполнению судебных приговоров по 362 статье УК РК (статья, связанная с ответственностью за неисполнение судебных постановлений). Разговоры о борьбе с коррупцией сегодня просто набили оскомину. Сможет ли после этого молодой или не очень молодой сотрудник Администрации судов с зарплатой в 6-7 тысяч тенге бороться с коррупцией на вверенном ему участке, да еще и за микроскопическую зарплату? Сможет ли отказать этой соблазнительной даме, хватит ли сил воспрепятствовать этому сладкому обольщению и напору? Судебные исполнители, в меру своих сил, стараются бороться с этим общественным злом. Для этого были установлены телефоны доверия. Коррупционные дела, которые рассматриваются внутри самого ведомства исполнителей, касаются мелких вымогательств. Более серьезными нарушениями должны заниматься другие компетентные органы. Турсун Казангапова сказала, что в органах судебного исполнения отмечается очень высокий процент текучести кадров. Ежегодно отсюда увольняется около 50% всего персонала. Как известно, текучесть кадров говорит, скорее всего, о неблагополучном состоянии дел в организации. И связано это с несколькими вещами. Во-первых, судебных исполнителей наказывают очень быстро за служебные проступки, иногда, вплоть до увольнения из органов. Когда внезапно уходит один сотрудник, он, как правило, оставляет после себя огромный ворох неисполненных решений. Этот ворох передается вновь прибывшему сотруднику. Нового работника такое положение дел как доделывание чужой работы, вряд ли может вдохновить. Если сотрудника уволят из Администратора судов, пробить себе дорогу на госслужбу, в будущем, будет очень трудно, почти невозможно, если не вмешаются силы проведения. В свете борьбы с коррупцией, по представлению прокуратуры, как надзорного органа, в прошлом году было предложено наказать 19 исполнителей. Сам Администратор судов требует меньшей крови, - здесь предложили наказать двоих. Когда прокуроры спросили, почему так мало, в ответ на это, исполнители также ответили вопросом: "А кто ж работать будет?! Нас и так мало. А сколько вам нужно? У вас что, своя планка по исполнителям установлена?!". За это исполнители заработали подозрение в глазах прокуроров, типа потворствут своим. Во-вторых, из-за низкой зарплаты, сотрудники уходят в другие госорганы, как только они накопят хоть какой-нибудь опыт работы и/или связи. Старожилов в этой среде найти очень трудно. Из их числа остается порядка 30%. Несмотря на то, что сотрудники целыми группами уходят из судебного Администратора, на их место появляется очень много желающих. В отделе по организационно-аналитической работе алматинского Администратора судов говорят, что на сегодняшний день конкурс на одно место судебного исполнителя составляет 6 человек. То есть, несмотря ни на что, престиж сохраняется. Однако при этом работают они не очень долго - на протяжении почти одного года - тяжело выдержать рабочую нагрузку. Так что этот процесс идет, как на конвейере - одни уходят, но на их место тут же приходят другие. Желание работать хотя бы судебным исполнителем диктуется, вероятнее всего, большим процентом безработицы. Кроме того, здесь они находят для себя возможный старт начала карьеры, откуда можно будет, потом устроится на более престижную и хлебную государственную должность либо, которая в будущем должна будет стать хлебной. Аттестация в судебном Администраторе проходит каждые четыре года, однако, как вытекает из вышеизложенного, до нее редко кто дослуживается, - не успевают чисто физически. Кто сегодня приходит на должность судебного исполнителя? Как правило, это новоиспеченные выпускники юридических факультетов. Турсун Казангапова отмечает у многих из них низкий уровень грамотности, граничащий, скорее всего, с юридической безграмотностью. В этом отношении, Институт повышения квалификации при Верховном суде РК проводит свои курсы, инициированные Астаной. В первую очередь, эти курсы предназначаются для судей и судоисполнителей. Кроме того, ежеквартально, с судебными исполнителями проводятся семинарские занятия. Здесь рассматриваются базовые знания, необходимые для работы рядовому судебному исполнителю. Некоторые судебные исполнители, с большим опытом работы, говорят, что им удобнее и оперативнее было бы действовать, находясь в одном здании с судьями - в этом случае сократилась бы бюрократическая волокита. А с другой стороны, усиление власти судей над исполнителями может усложнить исполнение решений. Проблема заключается в том, чтобы найти ту самую заветную золотую середину, при которой, как говорится, и волки сыты и овцы целы. А пастух жив.
Загрузка...

[X]