Япония вновь задаёт России курильский вопрос

Когда Юрий Визбор написал песню о Курильских островах, вряд ли он предполагал, что слова в чем-то отразят не только даль и красоту тех мест, но и характер политических отношений по поводу принадлежности островов. Японская дипломатия буквально "измоталась" и "закрутилась" в поисках момента, когда можно вновь напомнить о своих территориальных претензиях. Попытки Москвы сгладить противоречия уже не впервые разбиваются о бескомпромиссность Токио, комментирует политолог Павел Данилин.

"Несмотря на все эти встречи без галстуков, длительное и позитивное отношение наших политиков, последний из демаршей может перечеркнуть весь позитив, который был наработан", — отмечает Данилин.

Многие эксперты воспринимают высказывания из Японии скорее как демонстрацию убеждений, чем реальный расчет как-то повлиять на Москву. Во-первых, вряд ли здравомыслящий политик станет в подобном тоне указывать президенту соседней страны, куда ему стоит ехать, а куда нет. Во-вторых, нынешнее правительство Японии было сформировано только летом, демократическая партия, получившая власть, спешит как-то проявить себя. Тема Курил — идеальный повод. Но ошибок уже наделали достаточно, оценивает заместитель директора Института Дальнего Востока РАН, профессор МГИМО Сергей Лузянин.

"Самая большая ошибка японской дипломатии — это ошибка, сделанная в прошлом году, когда победившая демократическая партия, решив перенести свои оппозиционные лозунги в реальную внешнюю политику Японии, провела через парламент законопроект о северных территориях, где черным по белому написано, что Курильские острова — это исконные японские земли. Ну, это уже совсем антироссийская риторика", — отмечает Лузянин.

Действия японских дипломатов уже окрестили "риторикой из прошлого". История действительно оказывает влияние. Ведь острова окончательно отошли России после Второй мировой войны. А до того, в результате более успешных военных действий, Япония владела южной частью Сахалина. Нынешнее правительство с большой охотой вернуло бы те времена. И это накладывает отпечаток на всю японскую политику, которая порой абсолютно не вписывается в общепринятые международные нормы, продолжает Сергей Лузянин.

"Российско-японский спор — это фундаментальный спор. Речь идет об итогах Второй мировой войны и сохранении статуса-кво и мирных договоренностей в Сан-Франциско. К тому же и Советский Союз в 1956, и Россия в 90-х предлагали Японии компромиссные вариант 1956 года — 2+2, но Япония восприняла это как слабость и предъявила заявку на все острова Курильской гряды", — поясняет Лузянин. Для многих очевидно, что обострение отношений вряд ли будет на руку Японии. Ведь японское правительство заинтересовано в диалоге в большей степени. Иначе как еще можно будет напоминать о своих территориальных притязаниях? А таких притязаний у Токио хватает. Не только по поводу Курил, Япония спорит почти со всеми соседями и почти со всеми спор идет исторический, напоминает Павел Данилин.

"Есть неурегулированные претензии и у Кореи, и у Китая, но там вопросы не только земли, но и вопросы истории, и вопросы поведения японцев на их территории в первой половине XX века, которое было буквально зверским", — комментирует Данилин.

Промежуточный итог очередного курильского обострения — российскому послу вручили в Токио ноту протеста. Российский МИД назвали ситуацию неприемлемой. Но дипломаты в Москве сумели сохранить такт и корректность, будто преподавая партнерам из Страны восходящего солнца урок дипломатии и восточного спокойствия, которого в вопросе Курил никак не могут обрести японские политики.