Назидательная новелла

– О, сфоткай меня с памятником Веласкесу, а?

— А кто это такой?

— Он «Реал», по-моему, тренировал в шестидесятые.

— Да ну, годы жизни какие-то странные.

— Да все равно сфоткай. Потом разберемся.

До стартового свистка оставалось часов пять. Обласканные полуденным солнцепеком, болельщики ЦСКА культурно просвещались на бульваре Пасео дель Прадо. На близлежащих лужайках загорали афутбольные туристы, самые настырные толпились в очереди в музей живописи и скульптуры, дети роились у сувенирных лотков. Полицейские с тревожной озабоченностью на лицах патрулировали проулки, связывающие бульвар с площадью Пуэрта дель Соль. Шумные студенты осаждали «Старбакс» и «Данкин Донатс». Транспортный луч, пересекающий Мадрид с севера на юг, освещал болельщикам путь на «Сантьяго Бернабеу».

***

— Ну, вообще-е-е, ты посмотри – все станции одинаковые. Как они их различают-то?

— Может, по названию?

— А как мы узнаем, когда выходить? Они все одинаково выглядят.

Голос из динамиков: «Ля проксима эстасьон – Сантьяго Бернабеу»

— Может, сейчас?

Стены метро и двери вагонов хаотично обклеивались проармейскими стикерами. На переходе с голубой на синюю ветку, что на станции Tribunal, томный музыкант выдавал энергичное соло на электрогитаре, приезжие болельщики сбрасывали ему рублевую мелочь и громко восхищались своей находчивостью. На станции Santiago Bernabeu – развлечение покруче: мужчины лет сорока по очереди взбирались по идущему вниз эскалатору и снимали свои натужные восхождения на видео. Вокруг стадиона безостановочно фотографировались болельщики, гуртом растягивавшие геолокационные флаги – Калуга, Рига, Волгоград. У входа на гостевой сектор настоящий буйный малый ввязывался в бой с полицейским. Полицейский всем видом давал понять: «Уймись и иди на трибуну», но буян продолжал дерзить.

***
— Чтобы добиться результата в игре с такой командой, как «Реал», ЦСКА должен был провести свой лучший матч и действовать безошибочно, – говорил Слуцкий. – На «Сантьяго Бернабеу» наказывают за любую ошибку. В первом тайме мы сдерживали атаки, вели контригру. Но наши ошибки свели все усилия на нет.

Вслед за стартовым свистком на «Сантьяго Бернабеу» доминировал гостевой сектор: «Звучит наш гимн, ЦСКА непобедим» слышалось повсюду. На поле все было совсем иначе. «Реал» не просто больше владел мячом – складывалось ощущение, что он владел им тогда, когда хотел, и передавал его ЦСКА, только чтобы слегка перевести дух.

Немудрено было перепутать, какой именно команде вечером среды требовалось забивать. После первого гола, казалось, будет полегче – задача оставалась прежней, забить, а вот яростное давление «Реала» должно было поубавиться. «Реал» и впрямь стал атаковать несколько надменее, но ЦСКА, вместо того, чтобы наказать мадридцев, пропустил нелепый гол, который, по словам Тошича, уничтожил веру в успех.

***

— ЦСКА сыграл именно так, как я и ожидал, – говорил Моуринью, – Они не рисковали. Держались ближе к своим воротам. Атаковало у них максимум четыре человека — Дзагоев, Думбья, Тошич, Муса. Мы контролировали ход встречи.

Игра вышла слишком прозаичной, чтобы подбирать к ней возвышенно-одухотворенные эпитеты. От ЦСКА не ждали чуда. Ждали собранной и хладнокровной контратакующей игры – эффективной и выверенной впереди и безошибочной в обороне. У ЦСКА не получилось ни то ни другое. Думбия упускал вернейшие шансы, Муса снова простреливал в никуда, Секу чрезмерно суетился, а Мамаев напротив – был как-то возмутительно спокоен.

Голешник Тошича и зажигательный выход Нецида подарили робкую надежду, но, когда все, кроме Дзагоева, обращаются с мячом, как с обуглившейся картошкой, наивно рассчитывать на отыгрыш двух мячей за несколько минут. ЦСКА подерзил, подерзил немного, да и сник. Укладывая в ворота Чепчугова четвертый мяч, Роналду будто декламировал: «Ну, будет вам, будет. На самолет опоздаете».