Наталья КИВИЛЕВА: "Андрей всегда рядом"

Они были очень красивой парой. Он — стройный и улыбчивый. Она — загадочная и воздушная. Он — известный казахстанский велогонщик Андрей Кивилев. Она — его жена Наталья, входила в сборную Казахстана по бильярду. Их мир рухнул в один миг. 12 марта Андрей погиб после падения на трассе во время гонки. Наталья осталась с маленьким сыном на руках в далекой Франции.

Наталья Кивилева живет во Франции в небольшом городке Сорбье между Лионом и Сент-Этьеном. Там «все здороваются друг с другом, а соседи угощают помидорами со своего огорода». Она арендует квартиру, которая «напоминает об Андрее и заставляет сжиматься сердце». Ездит за покупками на машине и воспитывает сына Леонарда.

Ее муж Андрей Кивилев был не только гонщиком экстра-класса, но и просто хорошим человеком. В Европу Андрей перебрался в 1997 году. В течение трех следующих лет выступал за известные профессиональные клубы «Фестина» и «Превоянсе». Затем устроился в «Кофидисе», лучшей команде Франции. В 2001 году Кивилев (или как его называли друзья Киви) сенсационно занял четвертое место на самой популярной в профессиональном велоспорте гонке «Тур де Франс». О казахстанце узнал весь мир.

Андрей искренне улыбался людям и умел радоваться жизни. В самые тяжелые минуты гонок он находил подбадривающие слова не только для своих товарищей по команде, но и соперников. Он был добр к незнакомым людям, уважал старших. Большинство болельщиков фан-клуба Кивилева — люди, кому за пятьдесят. Они любили Андрея и вместе с ним колесили по всей Европе.

— Андрея нельзя было не любить, — говорит Наталья Кивилева, — он был особенным…

Леон — значит Лев

Осенью 2001 года Андрей Кивилев женился. Со своей будущей женой Натальей он познакомился на одной из вечеринок.

— Андрей на меня внимательно посмотрел, — вспоминает Наталья Кивилева, — и что-то в моей душе перевернулось.

На следующий год у них родился сын Леон.

— Леон — значит Лев, — с гордостью заявил в интервью «Каравану» Кивилев.

У Андрея были большие планы. Он очень серьезно настраивался на «Тур де Франс-2003». Вместе с Натальей мечтал о доме. Собственном. Уютном и красивом… 12 марта стал черным днем для болельщиков Казахстана. Во время второго этапа многодневной гонки Париж — Ницца Андрей Кивилев упал и потерял сознание. Он умер в больнице. На его похороны прилетели гонщики со всей Европы. Андрея проводили в последний путь со всеми почестями: торжественной процессией и оркестром.

Наталья Кивилева выросла в обычной алматинской семье. Ее родители — пенсионеры. Старший брат живет в российском Белгороде. К удивлению друзей, Наталья научилась хорошо играть в бильярд. В конце 90-х этот вид спорта считался исключительно мужским. Наталью пригласили в сборную Казахстана.

— Я выиграла несколько турниров, принимала участие в чемпионате Казахстана, — рассказывала нам Кивилева. — Зеленое сукно успокаивает человека и в то же время настраивает на серьезный лад. Бильярд воспитывает твердость, выдержку, умение быстро принимать решения.

«Когда тяжело, обнимаю сына…»

В Алматы Наталья Кивилева не была два года. Она прилетела в родной город вместе с годовалым крохой Леонардом на гонку-критериум памяти своего мужа. «Караван» рассказывал об этом событии. Гонка проходила на площади Республики в середине октября и собрала звезд мирового велоспорта. В ней выступал победитель «Тур де Франс-1997», пятикратный серебряный призер французского тура немец Ян Ульрих. Почтить память друга прилетели гонщики из немецкого «Телекома»: Джузеппе Гуэриньи, Данило Хонда, Кай Хундертмох, а также казахстанские профессионалы, живущие в Европе. Был в Алматы и самый близкий друг Кивилева — Александр Винокуров. Во время этой гонки мы и побеседовали с Натальей.

— У вас во Франции много друзей?

— Я до сих пор общаюсь с семьей из Сорбье, которая помогла Андрею и Саше Винокурову освоиться во Франции. Эти люди нам как родные. Сорбье — маленький городок, где все друг друга знают. Там соседи угощают друг друга помидорами со своих огородов. Все находится рядом: магазины, церковь… Можно сказать, что продавцы в магазине тоже наши хорошие знакомые.

— Насколько известно, вы нигде не работаете. На что живете?

— Нам, мне и сыну, выплачивают пособие по потере кормильца. Это небольшая сумма, но на жизнь хватает. Плюс есть кое-какие сбережения. Андрей мечтал построить дом. Я понимаю, что осуществить эту мечту очень тяжело, но я буду стараться. Надеюсь, в следующем году он уже будет готов, и мы с Леоном переедем в Ниццу. Там нам будет легче. В Ницце живут Саша и Светлана Винокуровы, другие наши гонщики…

— Вы с Андреем очень любили свою старую квартиру, свой городок, но все-таки собираетесь переселиться в Ниццу.

— Я люблю Сорбье, но начинаю понимать, что мне тяжело становится в нем жить. Все напоминает об Андрее. После его смерти я ничего не меняла. На стенах висят фотографии, где Андрей на велосипеде, с товарищами по команде, болельщиками, майки, плакаты. Мебель стоит на том же месте.

— Из чего складывается ваш день во Франции?

— Встаю рано, в шесть утра, Леон уже в это время просыпается. Целый день проходит на ногах. У нас нет домработницы и няни. Если бы не сын, не знаю, удалось бы мне справиться, выдержать это напряжение… Все говорят, что Леонард копия Андрея. Когда я смотрю на него, возникает такое чувство, что вижу Андрея. Получается, что он всегда рядом. Конечно, мне звонят наши гонщики, друзья. Но ведь у каждого своя жизнь… В особенно тяжелые минуты обнимаю сына, и на душе становится легче.

— Кем в будущем хотели бы видеть своего сына?

— Самое главное для меня — воспитать его хорошим человеком. Чтобы Леон гордился своим отцом. Я не собираюсь лепить из него юриста или врача. К чему он будет в жизни больше всего тянуться, пусть тем и занимается. Пока же он еще маленький. Кстати, Леонард любит по мячику бить. Андрей хотел, чтобы сын стал футболистом. Он считал, что в футбол играть легче, чем ездить на велосипеде. Леон уже говорит: «Мама, баба, деда». И мне кажется, что все время шепчет «папа».

— Имеете ли вы право на работу во Франции, и какие у вас по этому поводу планы?

— У меня годовая виза. Она дает право на работу. К сожалению, я не успела окончить курсы французского языка, хотя говорю на нем свободно. Мне предлагали работу в «Кофидисе», при клубе, но я отказалась. Не захотела. Конечно, я думаю о работе. У меня есть цель — открыть фонд Андрея Кивилева. В этом деле обещает помочь «Кофидис». Думала я и о создании музея Андрея.

— Каким вспоминается вам Андрей?

— Веселым, открытым, честным и искренним. Он всегда улыбался людям, даже если у него было на душе тоскливо. Теперь я знаю: это правда, что Бог забирает лучших людей.