Люди, пощадите зверей!

Будто с цепи сорвались

Все трое – жители поселка Прибрежный. Мужики как мужики. На подворье – скот, в сарае – лодка, в гараже – машина… Бедняками, которых нужда толкнула за пропитанием, их точно не назовешь. Утром они надели подбитые мехом лыжи, взяли ружья, бинокли. С холма компания засекла лося. Сохатый мирно обгладывал кустарник в низинке. Двое лыжников перекрыли выход из лога, третий выпустил в зверя заряд… На вопрос, зачем надо было убивать лося, ни один из троих не смог внятно ответить.

– Браконьера отличает алчность, – говорит замначальника природоохранной полиции Восточного Казахстана Сергей ОСИНЦЕВ. – Если есть лицензия на отстрел одного животного, он стреляет двух-трех. Браконьеры ведут себя так, будто с цепи сорвались. Есть оружие – обязательно надо кого-нибудь убить, даже если охота в это время запрещена.

За годы работы полицейские повидали всякого. В 2002-м в Зыряновском районе подросток расстрелял из ружья целое лосиное семейство – сохатого, его годовалого детеныша и беременную лосиху. Животные, ослабленные большим снегом и голодом, даже не пытались бежать. В 2008-м в Уланском районе трое фермеров на лошадях решили пострелять кабанов. Убили за раз четырех. Причем на ферме – тысячи голов овец, голодными эти мужчины никогда не были. Кабанов застрелили только потому, что те попались на глаза. В Кокпектинском районе три года назад местные рыбаки мотоциклами задавили на льду целый табунок косуль. Животные скользили, спотыкались. А водители в азарте их сбивали.

– Я спросил тогда у них, – рассказал начальник природоохранной полиции Батырхан СУЛЕЙМЕНОВ, – вам, что, еды не хватает? Хватает. У всех фермы, доход от рыбалки. Никто из них даже не оставил себе мясо убитых косуль – все раздали по родственникам. Но жадность оказалась сильнее: увидели, что животные не могут бежать, – стали давить.

VIP-неприкосновенные

По данным охотсоюза, только в Усть-Каменогорске – около 16 тысяч любителей охоты. Среди них немало местных VIP – начальников, директоров, управляющих. У каждого – снегоход минимум за 10 тысяч долларов, карабин за 250–500 тысяч тенге. Как вы думаете, многие при таком снаряжении устоят перед соблазном пострелять побольше? В самом охотсоюзе не скрывают, что желающих добыть трофей куда больше, чем разрешительных лицензий. На отстрел лося на всю область выдано 10 разрешений, чуть больше – путевок на марала и медведя. Понятно, что расходятся эти разрешения среди самых крутых. А остальные что будут делать? Молча любоваться на свое дорогое оружие?

Любопытно, что за последние десятилетия среди осужденных за браконьерство в Восточном Казахстане не было ни одной шишки. Такие дела не доходят до суда – задержанные быстро уплачивают ущерб и примиряются с государством. Что такое штраф в 150–200 тысяч тенге для руководителя предприятия или ведомства? Значит, по сути, VIP-браконьер будет чувствовать себя безнаказанным.

По статистике, из года в год в регионе выявляют по 60–80 случаев незаконной охоты. В 2010 году до суда доведено семь уголовных дел, в 2011-м – три.

– Браконьерство – это жадность плюс бездумный азарт, – заключили полицейские. – Бороться с ним можно только ужесточением контроля и наказания.

Усть-Каменогорск