Какое застолье без песни, или Что мешает петь министру юстиции РК

Как выяснил “КАРАВАН”, старая гвардия чиновников и народных избранников традицию новогодних песнопений исправно поддерживает. Как, например, бывший аким и вице-министр по инвестициям и развитию, а ныне депутат мажилиса Альберт РАУ.

– У немцев не очень распространены песенные ритуалы, но я женился на русской, и пошло-поехало… На Новый год отправляюсь к теще, и там мы запеваем. У меня нет ни голоса, ни слуха, но есть желание, и я его реализую. Пою русские народные и “Надежда – мой компас земной”. В общем, сохраняем традицию – что за застолье без песни?! – задался риторическим вопросом господин Рау и побежал было по своим важным депутатским делам, но тут же вернулся и искусно напел корреспонденту “КАРАВАНА” мелодичную песню великого Шамши Калдаякова “Арыс жағасында”:

Өзіңмен Арыстың,

Бойында таныстым, Маски-шоу вице-министра Рау

Жайнаған гүлдей құрбым сен,

Жағада тұрдың сен.

– Я всегда эту песню на тоях пою, особенно на свадьбах! – признался нам Альберт Павлович.

Не отстал от коллеги и Владислав КОСАРЕВ, также исполнивший нам одну из любимых застольных песен комсомольских лет:

Полыхает метель

За холодными стеклами окон.

Старый друг мой,

Теперь наша юность далёко, далёко.

– Нравится? Люблю эту песню, комсомольскую. И русские народные тоже пою, куда без них?..

– “Ой, мороз, мороз”?

– Нет, это “пьяная” песня. Знаешь, какая любимая?

Родительский дом –

начало начал,

Ты в жизни моей

надежный причал.

– А дети и внуки почти не поют, это мы с бабушкой надрываемся, – поделился с нами коммунист Косарев.

Его молодой коллега по депутатскому и партийному портфелю Айкын КОНУРОВ петь песни не стал – поскромничал.

– У нас же больше культ еды, чем песни. И люди мы тихие. В детстве на новогодний стол выкладывали деликатесы советского периода: цитрусовые и так далее. Всё проходило чинно-мирно, ели, смотрели телевизор, там интересные передачи шли, а после 4 часов утра – спать. А чтобы песни там, пляски – этого не было. Вот сосед, завклубом, играл на баяне, гитаре, балалайке, они пели песни во дворе, когда запускали фейерверки, типа:

Солнечному миру –

Да! Да! Да!

Ядерному взрыву –

Нет! Нет! Нет!

А один из мажилисменов, попросивший не называть имени, рассказал “КАРАВАНУ”, как на одном парламентском корпоративе лет пять назад депутаты на вечер сняли галстуки и устроили пляски и коллективные песни.

– От каждого комитета мажилиса отрядили. Творческие номера готовили: мы пели – каждый по куплету, а другие танцевали. Одна из мажилисвумен накинула шаль на плечи и завела: Избитые официантки, полуголые танцы и азартные игры: как гулянья казахстанских госслужащих заходили слишком далеко

На горе колхоз,

под горой совхоз,

А мне миленький

задавал вопрос.

– Даже места распределяли по итогам выступлений. Как выяснилось, среди нас хорошие исполнители имеются. Вот один нуротановец песню зажигательно исполнил. А я на втором плане подтанцовывал, – раскрыл нам тайны парламентского корпоратива депутат.

А вот молодому председателю правления НАО “Государственная корпорация “Правительство для граждан” Аблайхану ОСПАНОВУ традиция песнопения чужда.

– Я не пою. На мероприятиях бабушки пели казахские народные – какие именно, не помню. А родители – нет. И на Новый год мы не поем, – лаконично поведал нам главный по гражданскому правительству.

Министр юстиции Марат БЕКЕТАЕВ песен не поет потому, что считает: служба и колядки – вещи несовместимые.

– Есть разные семьи, например, творческие, которые любят петь. У каждого человека есть хобби, таланты. У меня родители сами не поют, они служащие, и соответственно нам с братом не привили этого. Мы не научились петь. И не поем – мы тоже служащие, – сказал, как пропел, министр.

АСТАНА