Исчезающие в песок

по крышу засыпают дома. Уже через несколько лет аул может исчезнуть с карты области – он просто останется под песками коварной пустыни.

В аул Сейткали мы въезжали на УАЗе, никакая другая машина не в состоянии проехать по глубоким пескам. Как только перебрались через дюны, перед глазами предстало страшное зрелище. На село, расположенное в низине, будто в яме, со всех сторон наступают пески. Крыши домов еле видны. Если ехать ночью, то можно просто не заметить этот населенный пункт.

Больше всех от кочующих барханов страдает семья Семболата Койбакова. Хозяин семейства уже не в состоянии выгребать огромные дюны, которые уже заходят в дом:

– Мы как-то уехали к родственникам, а когда вернулись, не нашли своей летней кухни. Ее засыпало песком, мы так и не смогли ее откопать. Вот здесь, под песком, наш сарай.

Каждый день Семболат отбрасывает песок подальше от входной двери, но коварная пустыня подступает еще ближе. И ни Койбаков, ни его сосед Пангерей Сариев ничего не могут поделать. Они боятся, что в один «прекрасный» день проснутся, а весь дом будет завален песком, и они не смогут выбраться….

Когда-то аул Сейткали утопал в зелени и казался райским уголком посреди пустыни. Но в середине прошлого века аул превратили в овцеводческую ферму, здесь же проводилась стрижка овец. А потом здесь появилось много техники. Все это, по словам старожила здешних мест Бактыгерея Кулбаева, стало началом массового опустынивания. Ситуация резко ухудшилась за последние два-три года. Во многом это связано с резким увеличением у населения поголовья скота, который подчистую сметает все, что растет. Оголенная пустыня, которую ничто не удерживает, начинает стремительно двигаться в сторону аула, который находится в низине.

В доперестроечные времена песок из села вывозили на тракторе, точно так же, как снег. Сейчас этим никто не занимается – говорят, нет возможности. Чтобы хоть как-то остановить движение барханов, несколько лет назад Урдинский лесхоз начал посадку кустарников, в основном тамарикса, вокруг Сейткали. Хотя было много скептиков, которые говорили, что в пустыне в отсутствие воды ничего не вырастет. Кустарники выросли, но их мгновенно стал съедать скот. Пришлось огородить колючей проволокой по всему периметру. Лесник Шапихолла Шапиев почти круглосуточно охраняет искусственный лес от местного скота, который умудряется все равно пролезть через ограждение и навредить. “Это единственное, что мы можем сделать, – посадить деревья. Полностью победить пески мы не можем”, – говорит аким Ординского сельского округа Рустем Зулкашев. Еще один выход из создавшегося положения, по мнению аульного акима, это рассредоточить аул, построить пункты выпаса скота подальше от самого населенного пункта и дать возможность деревьям вырасти и остановить пески. Ведь проблема опустынивания здесь стоит со времен хана Жангира, который первым распорядился посадить деревья и тем самым поставить заслон пескам.

В создавшейся ситуации некоторые жители готовы хоть сейчас покинуть насиженные места. Один из них – Семболат Койбаков, но у него нет возможности самостоятельно решить проблему: “Я 25 лет прожил здесь и сейчас хотел бы переехать отсюда, пока совсем не засыпало мою семью песком. Но у меня нет денег на покупку дома даже в соседнем ауле. От государства помощи никакой, хотя это стихийное бедствие”.

Стихийное бедствие, которое переживают жители аула Сейткали, похоже, никого больше не волнует. Ни службы чрезвычайного реагирования, ни другие соответствующие государственные органы никогда не интересовались судьбой этого села. Неужели ждут, когда аула вовсе не станет и его накроет песком?

Гульмира Кенжегалиева, Западно-Казахстанская область, (фото автора)