Земля и деньги: Сельское хозяйство должно стать драйвером экономики

Мы знаем, сколько человек надо накормить. Но знаем ли, сколько крестьян должны для этого трудиться?

Формально такая информация есть: в сельской местности проживает 7,7 миллиона казахстанцев, или 42 процента от всех жителей страны. Конкретно в сельском хозяйстве работает 14 процентов трудоспособного населения.

Теперь сопоставим эти цифры с данными налоговых органов: эти 14 процентов работников дали примерно 4 процента всех налогов в бюджет. Выходит, один житель аула платит в 4 раза меньше налогов, чем один работник из какой-либо другой отрасли. Трудно поверить, что четверо моих родственников работают в четыре раза хуже меня. Особенно зная их тяжелый хлеб. Но могу уверенно заявить, что я, как житель города, точно раза в четыре “ближе” к деньгам, чем они. Значит, проблема все-таки в другом.

Средняя заработная плата в АПК по итогам I квартала этого года составляла 105 тысяч тенге. В общем, по всем отраслям РК средняя зарплата равна 200 тысячам. То есть в два раза меньше. Тоже не срастается. Если налогов уплачено в 4 раза меньше, то и зарплата должна быть меньше в те же 4 раза.

С такой производительностью в село очень трудно привлекать капиталовложения. Очень долго они будут отбиваться. Отрасль задыхается без доступа к главным входящим ресурсам – земле и финансам. Один в поле не воин: на что живут сельские жители?

Однако деньги идут. По опыту недавней поездки в Кордай я увидел, как быстро местные дунгане перешли на более доходные методы производства овощей. Понятно, что от безвыходности. Тем и ценен их опыт. Дунгане не скрывают, что более 80 процентов овощей в двух районах – Кордайском и Шуском – выращивают они. Причем не на своих, а на арендованных полях. Размаха их деятельности не знает никто, так как действуют они на свой страх и риск.

В селах районов создалась система наемных рабочих. Каждый гектар кормит 3–5 человек. И, в принципе, неплохо кормит – в сезон разнорабочий зарабатывает до 150–200 тысяч тенге. Акиматы этих денег официально не видят. Точно так же чиновники не видят доходы и расходы сельских предпринимателей. Видимо, они не видят и объемов производства, так как на селе активно уходят от налогов. Например, отдавая долги не деньгами, а товаром. Как только они заплатят все налоги, схема разрушится. Это пример, лежащий на поверхности.

В обычный год Казахстан производит 16 миллионов тонн пшеницы, кукурузы, ячменя, гречки, проса, овса и бобовых культур. Этого хватает, чтобы накормить всех жителей страны и обеспечить фуражом скотину. И еще остается примерно 7 миллионов тонн на экспорт.

В прошлом году из-за скачка цен на зерновые часть крестьян придержала урожай, чтобы продать его весной. Дефицит закрывала контрабанда из России. В итоге сейчас никто не знает, сколько в стране хлеба, хватит ли его до осени и можно ли его экспортировать. Чтобы подбить баланс, работники МСХ должны выехать в регионы и своими руками пощупать закрома родины. Но сделать этого они не могут. Карантин. Столица закрыта. Логично было бы послать к крестьянам работников областных акиматов. Но эксперты зернового рынка резко выступили против: именно они собирают данные по производству, именно из-за их цифр сейчас непонятно, что творится. Причина простая – приписки, система государственных закупок по сниженным ценам, сокрытие доходов. Зачем их привлекать? Ведь они же не будут работать против себя: есть латинская крылатая фраза, в переводе означающая “Кто устережет самих сторожей?”.

Другая больная проблема – непонятные отношения с землей. Большое число владельцев пашен и пастбищ не желают себя показывать. В основном это чиновники. Часто те же самые, кто отвечает за развитие сельского хозяйства. Кто-то сдает свои поля в аренду. Другие ждут момента, чтобы продать их и заработать на разнице. Но в любом случае используется одно из главных богатств Казахстана не в полную силу.

В тени находится минимум половина сельской экономики. Если так, то аул занимает не 4, а все 8–10 процентов ВВП. Но вот получить пользу с этого мы не можем. И рассчитать размер участия в экономике – тоже.

Надо выводить село из тени. Самый простой вариант – обнулить налоги для АПК. Для тех, кто работает. И повышать налоги на активы тем, кто ничем не занимается.