Опубликовано: 1700

Всегда в цене. Как делать деньги на антиквариате

Всегда в цене. Как делать деньги на антиквариате Фото - Тахир САСЫКОВ

Прибыль от вложения в произведение искусства может быть выше, чем по банковскому депозиту. Пожалуй, это единственный товар, цена на который со временем не падает, а растет. Это, а также то, что предметом инвестиций еще и приятно любоваться, хорошо известно коллекционерам.

Бизнес на китайском фарфоре

Общество коллекционеров в силу разных причин весьма закрытое. Но иногда его представители делают широкий жест и выставляют свои раритетные предметы искусства в музеях для публичного созерцания. И поверьте, на таких выставках всегда есть на что посмотреть.

Например, сейчас в Центральном выставочном зале ГМИ РК имени А. Кастеева в Алматы проходит выставка “Тюркский романтизм” коллекционера Александра НЕВГОДА. Вместе с партнером по антикварному салону он собирает преимущественно китайский фарфор, последние 10 лет наращивает еще коллекцию живописи в жанре социалистического реализма. Почему люди с самыми обычными профессиями (а наш респондент – инженер-строитель) вдруг начинают коллекционировать?

– Этому нет объяснения, – говорит Александр Невгод. – Я долго работал в Иране и в 1995 году случайно купил там одну китайскую тарелку середины XIX века, эта покупка положила начало нашей коллекции китайского фарфора. Почти весь старый китайский фарфор был куплен в антикварных лавках Исфагана, Тегерана, Табриза, мы объездили практически всю страну. Там было много антиквариата, но сейчас, когда Иран открылся миру, иностранные туристы стали все скупать в огромных количествах. На сегодня у нас одна из лучших коллекций китайского фарфора в Казахстане – есть образцы XVIII–XIX веков, есть и новые экземпляры. Что касается коллекции живописи, то она небольшая, но очень целостная, у нас, как мы думаем, нет проходных вещей.

Не берите ширпотреб

Мы сидим в антикварном салоне в старинных креслах, которым 200 лет, смотрим на красоту и величие древних мастеров, чьи работы дошли до нас благодаря таким вот энтузиастам.

– Сейчас я вам покажу турк­менское произведение конца XIX века, за которым охотился год, мне его не отдавали. На севере Ирана есть небольшой городок Ак-Кала, это украшение на косы родом оттуда, – Александр демонстрирует массивную серебряную подвеску.

Спрашиваю у коллекционера: каким должен быть начальный капитал, чтобы начать этим заниматься?

– Он может быть абсолютно небольшой, просто человек должен знать, чего хочет. Если делать покупку ради инвестиций, то не надо брать ширпотреб. Ни в коем случае нельзя брать проходящие вещи, как некоторые работы на алматинском Арбате, где встречаются китайские полупринты, на которые накладывается несколько мазков, и потом это выдается за живопись. Надо покупать ту вещь, которую можно всегда продать, а если не хватает денег, то лучше накопить и взять ее потом. Или купить постер за 5 долларов, и он будет смотреться точно так же.

Истинно ценные вещи можно найти на блошиных рынках в любой стране мира, говорит коллекционер. А грамотное капиталовложение в будущем наверняка принесет прибыль.

– По статистике антикварный бизнес приносит около 15 процентов годовых. Если взять хорошую вещь, и она будет правильно атрибутирована, через год она станет на 15 процентов дороже. И это минимум. В связи с кризисом наши продажи немного снизились. А из-за того, что вещи редкие, у нас нет массового покупателя, – отмечает Невгод.

Искусство ушедшей эпохи

Хамза КАРА ГЮРЛА больше четверти века собирает антиквариат, рассказывает, что понимание и почитание старинных вещей ему перешло по наследству:

– Искусство очень любили еще наши предки, наверное, от них и передалось. Я всю жизнь был производственником – обувь и одежду выпускал, а это хобби со времен Советского Союза, коллекционирую с 80-х годов.

Коллекционер показывает самую старинную вещь в своем салоне, она на видном месте:

– Это тугра (персональный знак правителя) одного из султанов Османской империи. Тугра – символ власти. Здесь вышивка серебряной и золотой нитью, – комментирует он.

В салоне много самых разных предметов – это и самовары, и старинная мебель.

– Посмотрите, как сохранился, – Хамза показывает на шкаф XIX века в стиле барокко, – ему больше ста лет. Не то что нынешняя мебель, 2–3 года послужит – и все.

Антиквар объясняет, что особой системы, по которой выбираются те или иные вещи для коллекции, нет, он приобретает то, что западает в душу.

– Если возможность есть – вкладываем деньги, порой обмениваемся между коллекционерами, что-то сами продаем. По сравнению с другими рынками, даже с российским, наш не так успешно развит. Богатые люди предпочитают вкладывать деньги в машины, в дома, а не покупать живопись.

Другой представитель фамилии Кара Гюрла, Асланбек, тоже коллекционер. В его большой коллекции живописи, часть которой весной была открыта для всех желающих, представлено порядка 6–7 разных художественных школ в жанре социалистического реализма.

– Началось все в возрасте 17–18 лет с коллекционирования икон, потом я перешел на картины, чем занимаюсь уже около 20 лет, – говорит Асланбек. – От этого дела уйти сложно, оно влюбляет в себя. В 1991 году я купил первую картину. Это очень яркая работа, посвященная параду Первого мая, она навевала воспоминания из моей жизни. Так и началась коллекция. Со временем я понял, что тот период неоценен и практически незамечен людьми.

 

Картина Н. Каразина “Казахское семейство в пути” ушла с аукциона за 35 000 у. е.

По словам коллекционера, сегодня советское искусство на аукционах только начинает делать свои “шаги”. К слову, в наше время предметы искусства можно покупать в режиме онлайн из любой точки мира.

– Раньше я сам ездил по художественным мастерским, по салонам, по антикварным лавкам. Вообще, когда начал изучать статьи искусствоведов о соцреализме, понял, что еще в 80-е годы в Европу вывозили произведения именно этого направления. Для иностранцев, наверное, это была экзотика, они покупали небольшие, но очень хорошие работы. Скажу так, на сегодня большая часть самого лучшего советского искусства находится в Европе.

Потомкам на безбедную жизнь

Коллекционеры могут реализовывать принадлежащие им предметы искусства как самостоятельно, так и передавать на хранение для предаукционной выставки и последующей продажи в аукционные дома. В Казахстане работает единственный отечественный аукционный дом, имеющий международный статус, – BonArt. Как правило, на их торгах выставляют произведения искусства из частных коллекций Казахстана, России и Украины. Торги проходят дважды в год – весной и осенью.

Так, например, на последних весенних торгах предаукционная выставка насчитывала 126 лотов, это были произведения казахстанской, русской, западноевропейской школ живописи, графики, декоративного прикладного искусства XIX–XX веков.

– Два из пяти представленных топ-лотов ушли, что называется, с молотка, – рассказывает искусствовед Оксана ТАНСКАЯ. – Это произведения цикла “Туркестанский мотив” выдающегося ориенталиста и выпускника Петербургской академии художеств Рихарда Зоммера, они проданы за 50 тысяч у. е. И “Казахское семейство в пути” знаменитого русского художника-баталиста второй половины XIX века Николая Каразина, продано за 35 тысяч у. е. В целом десятые торги оказались, на удивление, плодотворными. 35 процентов из представленных лотов были проданы за кругленькую сумму. Таким образом, юбилейные торги показали, что ни финансовый кризис, ни какие-либо изменения в макро- и микроэкономике, ни что-либо еще арт-инвестициям не помеха. Все это позволяет с уверенностью заявить, что среди наших соотечественников немало настоящих ценителей прекрасного, разбирающихся в высоком искусстве, что не может не радовать.

Так кто же те люди, которые вкладывают немалые средства в покупку предметов искусства, чья стоимость может равняться двух-, трехкомнатным квартирам? Их имена не разглашаются, и редко кто в здравом уме будет хвастаться дорогостоящей покупкой. Не только финансисты знают, что “деньги любят тишину”, но и антиквары тоже.

Алматы

Оставить комментарий

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи

Новости партнеров