Опубликовано: 3500

У предков будто были компьютеры и современные инструменты - казахский ученый о древних тайнах

У предков будто были компьютеры и современные инструменты - казахский ученый о древних тайнах Фото - Тахир САСЫКОВ

“Крымская технология” – термин, хорошо известный в мировых кругах реставраторов, археологов. Свое название получил от автора реконструкций “Золотого человека”, “Берельских коней”, “Сакской жрицы”, “Сакского воина” – казахстанского ученого Крыма АЛТЫНБЕКОВА. За более чем 30 лет работы его команда спасла и восстановила по крупицам тысячи бесценных артефактов.

Как современные технологии помогают раскрывать тайны, о гениальных изобретениях предков и многом другом реставратор рассказал корреспонденту “КАРАВАНА”.

В Алматы академик Академии художеств РК по сохранению культурно-исторического наследия, основатель и руководитель научно-реставрационной лаборатории “Остров Крым” открыл курс лекций малой академии искусств “Асем Алем”.

Они проходят в Государственном музее им. А. Кастеева. А на следующий день улетел на международную конференцию.

– Она проводится каждые три-четыре месяца, собираются реставраторы, реконструкторы, археологи со всего мира, – говорит Крым Алтынбеков. – Вообще, реставраторов в мире немного, все друг друга знают. Когда у коллег ответственные работы, мы общаемся – секретов нет. Это не бизнес, чтобы прятать рецепт краски или раствора. Во многих странах идет отток специалистов из этой профессии. Наш коллектив старый. Иногда мы вдруг резко молодеем, потом снова стареем.

Музеи тоже страдают. Есть специалисты – хороший музей, нет – это просто сооружение. Бывало, приезжали в какой-нибудь музей, подготавливали ребят, надеялись, будем дальше работать. Приезжали во второй раз – уже другие люди сидят.

Нет заинтересованности. Ну и низкая зарплата отталкивает. Ведь, чтобы стать реставратором, как минимум 8–10 лет надо работать. Только после будет отдача. А молодежи нужны “быстрые деньги”.

30 минут – и нет артефакта

– А насколько востребована ваша профессия?

– После распада СССР работали за интерес, выживали. Когда впервые в 90-е увидел лабораторию во Франции, был в шоке: она похожа на космический центр. Там только оборудования было на миллион долларов! До сих пор это одна из лучших лабораторий. Мы тогда консервировали мокрое дерево. Ни денег, ни технологий. Французы сказали: вы его потеряете. Ничего, отработали технологию, результат – отличный. Пошел наплыв частных заказов, сейчас их гораздо меньше. В основном идут государственные заказы.

Работа очень объемная, интересная. Когда археологи доходят до артефактов, у них начинаются проблемы.

Под землей может находиться органика (кость, дерево, ткань). Она пролежала там несколько тысячелетий, адаптировалась, сохранилась. Разрушение происходит постепенно. Вскрывается пласт земли. Под воздействием кислорода, тепла артефакты за полчаса превращаются в труху. В этот момент мы приходим, чтобы спасти памятник.

Каждый артефакт – носитель информации. Причем ее дает не золото, как многие думают, а органика. Даже просто отпечаток текстиля – важная улика!

В лабораторию обращаются отечественные, иностранные археологи. Несколько лет назад в Монголии найден уникальный нетронутый памятник – древнетюркский мавзолей Майхан-уул.

Это 150 квадратных метров живописи, 95 терракотовых фигур, золотые, бронзовые, железные украшения. Возник вопрос – как его сохранить? Свои решения предлагали специалисты из Франции, Германии, Кореи, Японии, Китая, а выиграли мы! Наша технология оказалась более подходящей.

Это не говорит о том, что другие страны отстали. Просто есть специфика сохранения артефактов в кратчайшие сроки. Монгольская природа очень суровая: жаркое короткое лето – продолжительная холодная зима. Коллегам из других стран требовалось время, чтобы привезти спецоборудование, решить вопросы с электричеством, водой. А ближайший населенный пункт от места раскопок – примерно 250 километров. Время работало против них. Поэтому подошла наша технология – дешевая, быстрая и эффективная. Результат – великолепный. Кстати, многие технологии нашей лаборатории используют зарубежные коллеги, называют их “крымские”. Крым АЛТЫНБЕКОВ: О находках века, псевдосенсациях и пользе спирта

– Слышала от археологов, при консервации артефактов вам помогает спирт…

– И спирт тоже везде присутствует!

Возрожденная из пепла

– Поделитесь секретом, какие еще методы вы отработали?

– Их много. “Сарматская жрица” из Западного Казахстана (VI–V века до н. э.) – второй найденный нетронутый артефакт после “Золотого человека”. Как оказалось, там использована другая технология захоронения – саркофаг поджигали, чтобы все тлело в земле. Наша группа работала в жару, дул сильный ветер. Пепел, земля разносились, мы ходили черные. Для консервации срочно нужен был воск. Поехали по селам, скупили все свечи. Успели. Вырезали монолитом вместе с землей, в таком виде доставили в лабораторию. Рентген-аппарат позволил увидеть, что там внутри. А компьютерная томография – рассмотреть содержимое со всех сторон.

Восстановили облик жрицы, одежду, аксессуары. Что интересно, у этой женщины было зеркало. Она использовала его, чтобы передавать знак, сигнал в степи – своего рода древний мобильник.

Сгнившие из-за талой воды останки берельских коней сакского вождя (могильник Берел, Восточный Казахстан, IV–III века до н. э.) мы везли в лабораторию. Тоже в земляном слое. По дороге сломался холодильник, всё начало течь. Обработали как могли, поместили в камеру блоками грязевую жижу. После делали разные манипуляции, которые помогли ее исследовать. В результате сделали реконструкцию полного убранства 8 коней.

Лучшие работы те, которые я еще не делал

– До каких регионов у казахстанских археологов еще руки не дошли? Остались хоть сокровища?

– В основном все курганы разграблены. Территория страны огромная, к каждому кургану человека не приставишь. Тем более от населенного пункта до кургана может быть 200–300 километров. И все-таки наш край очень богат, ведь он был центром кочевой цивилизации. Она своеобразнее, чем городская, богата мифологией, религией, культурой, философией. Более продвинутая – кочевники общались с соседями, развивались. Они занимались скотоводством, охотой. Нанимались воинами и контролировали Шелковый путь.

На территории Казахстана богатые залежи разных металлов, так вот кочевники были великолепными рудокопами, прекрасно обрабатывали металл, о чем свидетельствуют находки.

В средиземноморских странах олова почти не было, его покупали у нас. Были “оловянные”, “бронзовые пути”. Сейчас огромный интерес к нашему краю. Думаю, и находок впереди много…

– Назовите вашу самую любимую работу, после которой вы бы сказали: “Ах, это шедевр!”...

– Делаешь-делаешь, проходит время, и думаешь: можно было лучше сделать. Археология – постоянные открытия. Всегда говорю ученикам: лучшие работы те, которые я еще не делал.

Где спрятаны письма потомкам

– Какие материалы, знания древних людей вас особенно удивили? Алтын мадам. Золотой человек был женщиной?

– Очень хороший вопрос! Я как раз у них учусь. Ничего сам не изобрел. Все знания творились за городом. Иногда впечатление, что у предков были компьютеры, современные инструменты. Некоторые находки можно было только лазером резать, делать точную сварку. Ювелирные украшения древних мастеров многим современным не по зубам! Это культура обработки металлов. Каждую вещь – оружие или украшение – делали для себя, удобство подсказывала природа. Ни одну деталь просто так, для красоты не делали!

Те же украшения на головном уборе “Золотого человека” в виде креста (четыре стороны света) и свастики (солярный знак) вместе обозначали модель мира, в центре которого – Солнце. Это письмо потомкам, если хотите.

АЛМАТЫ

Оставить комментарий

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи

Новости партнеров