Опубликовано: 1400

Трава у дома: исповедь человека, завязавшего с анашой

Трава у дома: исповедь человека, завязавшего с анашой

С Артемом (имя мужчины по его просьбе изменено) я познакомилась в наркодиспансере. Делала материал по выдаче населению медсправок, он снимался с учета по наркомании.

– Как завязал? – из журналистского интереса спросила я, почти не надеясь на откровенность.

Но мужчина согласился поговорить.

Брат подсадил

– Лет до 16 я жил, как все подростки, – рассказал он. – Отец работал водителем, мать – в столовой. У нас был дом на окраине Кызылорды. Двое братьев учились в каких-то ПТУ. Потом батя умер от инфаркта. Мать взялась налаживать свою личную жизнь. Мне 16, Васька и Лешка старше на 2 и 3 года.

Я попытался окончить школу, так как неплохо учился, но было трудно, маме и братьям было совершенно все равно, во что я одет, есть ли у меня все необходимое для учебы и как я провожу время в целом.

Лишь бы не накосячил и в участок не загремел. Аттестат я все-таки получил, хотя на выпускной забил, с одноклассниками с тех пор не общаюсь, единственную, кого вспоминаю, учительницу физики, которая мне очень нравилась.

На наркоту подсадил Артема брат.

– Застал как-то Ваську за сараем с бомбасом (приспособление для курения анаши. – Авт.). Он и говорит: мол, что пялишься, на, попробуй. В первый раз мне не понравилось, но брат воспринял мое согласие покурить как геройство и похвалил. Потом я узнал, что и Лешка тоже курит анашу и вообще в нашем районе полно ребят, которые “торчат”, не видя в этом ничего плохого. И я быстро подсел на марихуану, импонировало то, что хоть в каком-то кругу общения я стал своим, у меня появились друзья, и все они были “в теме”.

Говорят, что марихуана – легкий наркотик. Артем с этим не согласен.

– Да, анаша не героин, сторчаться до смерти тут не грозит, – говорит он. – Но у меня марихуана отняла 12 лет жизни, я понял это, только завязав. Я не поступил ни в техникум, ни в институт.

Через полгода после того, как стал шмалить, уже не мог себе представить, что с утра надо будет бежать на какие-то лекции, общаться с теми, кто “не в теме”, делать не то, что хочется, а то, что надо.

Да и зарабатывать на жизнь было необходимо. Мать и братья думали лишь о своих интересах, у меня не было даже на карманные расходы, “корабель” (спичечный коробок анаши) тоже стоил денег, и я пошел работать к тетеньке, которая сколотила бригаду рабочих по мелкому ремонту в квартирах. Она искала заказы, мы их отрабатывали – половина денег от заказчика ей, половина – нам. Я предпочитал работать по мелочи, один. Всегда просил бригадира добыть мне несложную работу на вторую половину дня. Потому что утро у меня начиналось с косяка, “накрывало” меня часа на три. Потом я спал пару часов, приводил себя в порядок и шел пахать. На работе не халтурил, боялся остаться без заработка. Скоро набил базу своих клиентов и от тети Тани свалил.

Все мои друзья – лузеры

– К 30 годам я был плотным анашистом без образования, без стабильного заработка, без семьи, если не считать матери и братьев, которым до меня было фиолетово, – рассказывает Артем. – Из всех личных документов у меня был только паспорт, аттестат об окончании средней школы я и тот где-то посеял. Ни военного билета, от армии я бегал, ни трудовой книжки, ни диплома о профессиональном образовании. Ни-че-го. Зато был учет по наркомании, попался как-то ментам с “кораблем” в кармане. Отправили на освидетельствование к врачам, а потом был суд за хранение без цели сбыта и штраф по решению суда.

И все мои друзья-ровесники, кстати, жили примерно так же, как я. Дамир после школы женился на дочери скупщицы краденого, ушел жить к теще, а дом, доставшийся ему от матери, сдавал проституткам.

6 девчонок с панели жили там вместе, мы с Дамиром по вечерам оставались с их детьми, смотрели за 4 пацанами-дошколятами. Их матери нам за это платили, и неплохо.

Я понимал, что это какой-то смешной и позорный для мужиков заработок, Дамиру было пофиг. Вскоре его жена рассорилась с мамой, проституток из хаты пришлось попросить, сейчас Дамир смотрит за своими детьми, их у него четверо, его жена рулит харчевней где-то на окраине. Санька по молодости женился и устроился куда-то на завод, откуда его за пофигизм и сонливость быстро поперли. Жена обозвала лузером и уехала с каким-то гавриком на заработки в Россию, пацана оставила Саньке. Он с ним пошел жить к своей бабушке, сам дитё не потянул – да и на что? Бабушка в правнуке души не чает, растит его, балует. Санька как бы тоже там, у бабки, перебивается случайными заработками и играет в танчики на компьютере. Пашка жил на даче, сажал огород и батрачил в чужих садах. Потом познакомился с девушкой Люсей, она быстро прибрала его и дачу к рукам. Люся побухивает, матерится, подрабатывает на жизнь строительной шабашкой. Не мечта, словом, та жизнь и та женщина.

Завязал, влюбившись

– День рождения у меня был, тридцатник исполнился, – продолжает Артем. – Никто об этом и не вспомнил. Правда, позвони приятелям и скажи, что поляну накрываешь, примчатся тут же, но видеть людей, которые станут мне петь дифирамбы из-за той поляны, мне не хотелось. Мать с утра звонила, извинялась, что не может сегодня заехать ко мне на квартиру – я снимал убитую однушку в микрорайоне. Братья – те про мои именины вообще забыли. Я пил пиво и смотрел кино “Дорога перемен” с Кейт Уинслет и Леонардо ДиКаприо в главных ролях.

Видел на экране столько человеческих чувств, что хотелось вот так же, пусть трагично, но пережить любовь. А на следующий день встретил ту, в которую втрескался с первого взгляда.

Пришел ставить смеситель в одну квартиру (я тогда давал в Сети объявления о мелких сантехнических работах), дверь открывает женщина с умными глазами. Говорит неторопливо, двигается павой, я вожусь в ванной, а она что-то затеяла на кухне. Пахнет жареным. Угостила меня чаем с беляшами, сказала спасибо за работу, денег, сколько договаривались, дала. Спросил: почему муж ей смеситель не поменял? Пожала плечами: нет, мол, мужа. Я сутки не спал, все вспоминал Настасью, потом поперся делать ей предложение. Рассказал о себе всё, без утайки, с анашой обещал завязать и пахать как лошадь, чтобы семью обеспечить. “Вот завяжешь, тогда и приходи”, – сказала Настасья. И я собрался и уехал в другой город, потому что иначе было не завязать.

Наркомана делает среда: как бы ты ни хотел бросить, а круг знакомых-то – люди, которые этого не поймут, у кого для товарища всегда косячок найдется, кто хочет тебе впарить “корабель”, потому что зарабатывает на этом.

Год проработал Артем на лесопилке в Северном регионе страны.

– Вернулся здоровым. Оказалось, что бросить курить анашу в компании, где ее никто не курит, легче, чем побороть пристрастие к табаку, приехал даже с деньгами, которых на кольцо и тортик хватило, но без понятия о том, что буду делать дальше, – рассказывает мужчина. – Примет Настасья – буду жить так, как она велит, не примет – пойду повешусь. Всем плевать на борьбу с наркотиками, есть только желание стрясти "бабки": бывший наркоман и адвокат рассказали об этой проблеме

За место под солнцем надо бороться

Настасья Артема приняла.

– Предложила пожить вместе, приглядеться, пообтесаться, – вспоминает Артем дела пятилетней давности. – Я утонул в любви и нашей семейной жизни, поймал птицу счастья за хвост, барахтался попервоначалу как умел – “без компаса и паруса”. Потом остановился и стал раскладывать всё в своей жизни по полочкам.

А разложить всё по полочкам оказалось трудно.

– Работать я сначала пытался так, как раньше, давая объявления в Сети о мелких хозяйственных работах и ходя по квартирам, – рассказывает Артем. – Быстро понял, что время нахватавшихся верхушек одиночек уже прошло. Сейчас всё делают профессионалы. Попытался устроиться куда-то на легальную работу. Остановило отсутствие необходимого пакета документов. Настасья, она у меня по профессии кадровик, терпеливо объяснила, куда обращаться, чтобы сделать военник, восстановить аттестат, как сняться с учета по наркомании. Ведь я же больше не потребляю. Как только получил в ЦОНе военный билет и аттестат, устроился рабочим на склад большого магазина. С учета наркодиспансера вот сняли. Тоже радость. Дочка родилась в позапрошлом году: Венера – восторг неземной.

Отец я очумелый, ходил с женой на роды, а теперь все вечера провожу с малышкой. Гуляю, купаю, песенки пою. Да, пою – а что?

Живет эта семья, по выражению Артема, пока не как все.

– У нас, например, нет друзей семьи, – рассказывает он. – От своих бывших приятелей я открестился. Когда вижу на улице – здороваюсь и иду дальше. Номера телефонов поменял, с родственниками не общаюсь вообще, не представил им жену, не показал Венеру. Настасья с подругами общается на стороне, они было приходили и к нам домой, но совместного общения не получилось. Я не умею поддержать разговор, мне нечего посторонним людям рассказать о себе. До женитьбы у меня не было нормальной жизни. Жена это понимает и не навязывает свою компанию. Недавно мы, кстати, ездили отдыхать. Это был такой шок – я впервые ехал в отпуск! Хотя вам, наверное, не понять этого восторга.

Появилось у Артема благородное хобби – чтение.

– За прошлый год я прочитал почти 200 книг, в основном по ночам и в обеденный перерыв, – признается он. – Больше всего пока привлекает фантастика и совсем не нравятся детективы. Когда появляется свободная копейка, покупаю детские книжки, дочке читаю, потом рисуем с ней теремок, Колобка, Дюймовочку.

То, что мужчина много читает, видно сразу, у него правильная речь, он прекрасно строит предложения, у него умный взгляд на многие вещи.

Легализуйте!

– Часто думаю о том, что в Казахстане надо легализовать марихуану, – поражает смелостью суждения Артем. – И у меня есть вынесенные из жизни доводы за это дело.

Становится интересно.

– Производство и продажа анаши – это целая индустрия, – говорит Артем, – завязанная на денежных интересах тысяч людей. И это рынок, так как потребителей марихуаны в нашей стране в сотни раз больше, чем регистрируют наркодиспансеры.

Как государство карательными мерами может убить рынок продукта, регулярно или время от времени потребляемого, по моим предположениям, каждым десятым взрослым жителем страны?

Ужесточить меры наказания для наркоплантаторов и распространителей наркотика – значит сделать дороже, его ведь все равно будут производить, но еще более в тени. Проводить профилактику появления новых больных наркоманией членов общества – малополезно, так как подсаживают нашу молодежь на анашу сбытчики весьма эффективно и отработанными методами. А те, кто ведет профилактику, лишь отрабатывают, абы отработать, заложенные на нее государством деньги. Так, легализуйте, господа в правительстве, марихуану! Монополизирует пусть государство рынок, четко определит, с какого возраста гражданам и людям каких профессий можно употреблять.

И пусть идут в аптеки за легальной шмалью те, кто хочет. А покусившийся на монополию криминал – тогда хоть под расстрел.

Вам кажется мое предложение диким? А ничего, что водка сводит в могилы миллионы людей, и она в нашей стране разрешена? Вот производство спирта не в медицинских целях – это геноцид населения, а марихуана – так, проблема полегче, которую просто стоит признать без пафоса и лакировки. И решить в пользу здравого смысла.

Кызылорда

Оставить комментарий

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи