Опубликовано: 2800

Мама алматинского рока

Мама алматинского рока

…В кабинет ввалились три бандита с паханом. Сразу сказали, что знают, в какое время и какой дорогой моя дочь ходит в школу. Поэтому если я не хочу проблем, то должна переписать все мои бизнесы на них. На руках у бандитов уже были дарственные со всеми моими реквизитами. Оставалось только расписаться. И за спиной у них терся нотариус.

– А отказаться?..

– Они сказали, что если мою дочь Сулушаш в живых и оставят, то ни она, ни я потом жить не захотим. А главный рейдер наклоняется над столом и прямо мне в глаза: “А ты и сама еще девочка ничего”…

Это было в мае 1993-го, когда президент алматинского рок-клуба Камила Магзиева пыталась придумать, как клубу выбраться из финансовой ямы.

– А что делать? – Камила пожимает плечами. – Страшно было. Даже старую “Волгу” отобрали. Правда, потом бросили. Рухлядь же… Только рок-клуб не отобрали. Зачем им чемодан без ручки? Хорошо, что я еще загодя переписала подвал, где проходили первые рок-концерты, на Сергея Червякова с его мим-театром. А все права на руководство рок-клубом передала барабанщику группы “Терминал” Олегу Киму. Он еще с год выкручивался, какие-то концерты проводил. Но без спонсоров уже было трудно. А я вернулась в науку. Надо было на жизнь зарабатывать…

Этой осенью детищу Магзиевой исполнилось бы 30 лет.

О начальниках и любовниках

– Камила Тусупхановна, как вам в голову пришло создать рок-клуб?

– Если коротко, то сразу после первого фестиваля художественной самодеятельности, в который я “упрятала” большой рок-концерт 10 ноября 1988 года. Кстати, ты тогда написал в “Ленинской смене” про это шоу очень злую статью, за что меня сильно били в горкоме партии.

Из личных впечатлений от увиденного-услышанного

Тогда “Триумвират” заворожил меня магнетической психоделией: “Снится девочке февраль – сон укутан в шаль”… Сумасшедше верещащий рокер Слава Верещагин убил одной строчкой: “Что ты морщишься, мы же не дети! Попробуй мой леденец”!.. И в припеве трижды настаивал на этом. Безумный “Максус”… Там много было команд со своим лицом, которые играли интересную музыку. Но были и “левые”.

– Сразу после той “солянки” несколько музыкантов собрались у меня дома, – вспоминает Камила. – И давай орать: в Москве есть рок-лаборатория! В Питере, Свердловске и других городах есть рок-клубы! Почему у нас нет? Под вопли этой оравы, развалившейся на полу, я буквально на коленке написала устав экспериментальной творческой лаборатории “Рух”.

– Список соучастников?

– Бард Паша Сарбаш, гитарист Ильяс Рустемов, лидер “Триумвирата” Саша Словарь, журналист Галина Муленкова… Всех не помню. К тому времени у меня в подвале “Рухани” уже вовсю выступали многие алматинские рок-команды. Так что “девочка созрела”. Перестройка же! А клуб я зарегистрировала при Казахском отделении Советского фонда культуры.

– Ого! Зачем там?

– Потому что там, во-первых (длинная пауза и многозначительная улыбка), не надо было налоги платить. Мне же приходилось выдавать ребятам разрешения на коммерческие концерты. Забыл? Это был расцвет кооперативного движения. И, во-вторых, я работала в отделе культуры горисполкома.

А перед этим, в 1985-м, мне поставили задачу создать что-то вроде молодежных клубов. Чтобы там и музыка, и шахматы, и художники, и поэты с бардами – лишь бы отвлечь подрастающее поколение от подворотен.

И надо было найти эти таланты. Боже, всякие дорводстройканалы, ремстроймаши, заводы-комбинаты, у которых была самодеятельность. Всё слушала и смотрела – глаза и уши пощады просили! Сплошные “любовь, комсомол и весна” или шансон.

– Все так безнадежно?

– В 1986-м объездила кучу точек, где уже репетировали длинноволосые – мне же их аттестовать надо! Познакомилась с Моршанским и его “Единственным выходом”, с Виталием Михаэлисом, которые через год организовали первый рок-клуб. Они были такими… м-м-м… высокомерными, с консерваторским образованием! И разговаривали так: “Эй, тетя, что ты понимаешь в музыке?”. Обидно же. Но и я за словом в карман не лезла: “А вы разбираетесь в искусствоведении?”. Или взять моих любимчиков – легендарный “Триумвират”.

Рок-клуб. 1992 г. Администрация

Рок-клуб. 1992 г. Администрация

– Тоже забавная история?

– Тогда было требование: в ансамбле должен быть клавишник. Мне сказали: группа недоукомплектована. А там трио: гитара, бас-гитара и барабаны (смеется). Пришла аттестовывать, сажусь. Саша Словарь сразу: “У меня гитара не “строит”. Наверное, потому что в зале женщина”. Я одна в зале сижу. И сказала: “Молодой человек, здесь нет женщин. Только руководители. Начинайте”… Своей музыкой они меня тут же купили. Сразу прониклась. Сказала, что “Триумвират” аттестую. Против – профком, комсомол…

– И весна?.. Но отстояла же!

– Так потом же слухи пошли, что Словарь мой любовник!

– Поздравляю!

– У меня таких “любовников” полторы сотни! И всем выдавала документы, по которым можно было за деньги выступать. Кстати, вот копии: “Тени актива”, “Триумвират”, “Форпост”, “Ультра Звук”, “Аллергия”, “Федерация”, “Плюс”, “Акцент”, “Империя”, “Кардинал”, “Вист”, “Черный принц”, “Максус”, “Дети Парижа”, “Цербер”, “Молот ведьм”, “Терминал”…

Ноябрь начался после декабря

– Не понял. Задачу создать некий молодежный клуб поставили в 1985-м. Почему рок-клуб появился только осенью 1988-го?

– Во-первых, повторяю, я два года искала этих ребят по подвалам и каморкам, где они репетировали. Тогда же Интернета и мобильников не было. Во-вторых, ты забыл, что случилось в Алма-Ате в декабре 1986-го? Я тогда, тем вечером сидела с бардами. Обсуждали предстоящий концерт в ТЮЗе. Их, кстати, тоже не везде пускали.

Приехала домой, а в дверной ручке куча записок: срочно явиться на работу. Ночью!

Приехала. И оттуда сразу послали на площадь. И задачи перед нами, работниками культурного фронта, тогда поставили новые: воспитание интернационализма – прежде всего. Какой тут рок-н-ролл?

– Ну да, установка партии.

– А как же! Казахи вдруг стали ярыми националистами. Ну фантастика же! Поэтому все наши планы рухнули. Пошли вопросы: чем вы там занимаетесь? О чем говорите? А через полгода: надо ориентироваться на национальный дух. В начале 88-го я уже в управлении культуры горисполкома трудилась. И продолжала дружить с рокерами, слушать “Алису”, ДДТ… Потому что отдел стал организовывать концерты российских рок-звезд. Тот же “Наутилус Помпилиус” во Дворце республики на разогреве “Машины времени”… В 1989-м пригласили питерских панков – “Объект насмешек”.

– Помню. Видел в ДК АХБК.

– Шоу совпало с днем рождения Ленина. И “объекты” начали жестко стебаться по этому поводу. А в зале полно милиции. В общем, менты их свинтили – совершенно трезвых! И увезли в “обезьянник”. Я получила втык от начальства: зачем пригласила этих антисоветчиков-анархистов? В какой-то момент подумала, что сейчас рядом с “объектами” сяду. Как дитя Парижа дотянулось хвостом из Алматы до Софии

– И…

– Поехала к зампреду горисполкома, которому напрямую подчинялась. Объяснила, что это просто стёб, что это панки (хотя начальница этих слов не знала). Но у нас перестройка и гласность! Можно же свою позицию выражать? А она мне: если я этих твоих бандитов вытаскиваю, то ты идешь ко мне работать. В штат горисполкома. Договорились?.. Пришлось пойти на эту сделку.

Подвал дохода не давал

– Подвал мы сдавали в аренду межрегиональному центру экстрасенсорики, – продолжает Магзиева. – Там же репетировал театр пантомимы Червякова, выставлялись художники объединения “Зеленый треугольник”, будь они неладны… Состояние было ужасное.

Первым делом я там туалеты отремонтировала. Поставила вытяжку. За свои деньги. А уборкой-охраной занимались сами музыканты.

Спонсоры появились позже. Один из них нам даже аппарат купил. Открыла мастерскую по ремонту компьютеров (причем всю технику сама привезла), ювелирный цех, мини-типографию, где печатали все подряд – от открыток до книжек по политике и экономике. Открывали какие-то юридические курсы… Сумасшедшие беспредельные времена! А еще выпускали музыкальную газету “Тутти news”, от которой какие-то копейки шли. Ты же сам ее редактировал!

Программа первого рок-концерта

Программа первого рок-концерта

– А ДК “Баспагер” начался в конце 1989-го?

– Там были большие “солянки”: “Рок-залп”, “Рок-маскарад”, куча концертов. Эти два с половиной года – пик рок-клуба. А подвал существовал параллельно. Там работали мастер-классы наших музыкантов – барабанщиков, гитаристов. Пантомима репетировала. Выступали новички, которые проходили предварительное прослушивание. Показали себя – милости просим на большую сцену “Баспагера”. Ну и обязательное участие в наших “солянках”.

– Потому что “сольники” кассу не давали?

– Народ не шел на одну команду, даже раскрученную. Кстати, “Баспагер”, наверное, первый ночной рок-клуб в Алматы. Концерт начинался в 10 вечера и заканчивался, когда автобусы-троллейбусы начинали ходить. А билеты на эти шоу распространяли сами музыканты и журналисты. И ты тоже! Забыл? Игорь Чечель: Мэн и Клуб

– Кто собирал самые “битковые” аншлаги?

– “ЧечельМэнКлуб” с его огромной армией поклонниц. Но даже если в зале чихнуть негде было – выручки еле хватало на коммуналку и его уборку. Тесный подвал – маленькие деньги. Большой ДК – большие затраты. Мне пришлось вложиться в разные проекты, чтобы заработать на содержание “Баспагера” и штата клуба. Боже! Ввозила в Казахстан какое-то оборудование, металлолом, цементом торговала. Какие-то пусконаладочные работы с субподрядчиками затевала. Даже один военный завод в Киеве был у меня заказчиком! Да, на некоторые фестивали рок-клуб отправлял лучшие команды. Знаешь, за чей счет?

– Догадываюсь.

– Если бы не мои побочные заработки, то не знаю, сумели бы они сами туда выехать.

– Что тебе дал и что отнял рок-клуб?

– Отнял здоровье, деньги и местами веру в людей. И еще репутацию. Был период, когда меня в приличное общество не допускали. Потому что я с “наркоманами” и “проститутками” работала. А дал?.. Много опыта. Ну и классную музыку, которую я слушаю до сих пор. Но все-таки “Баспагер” не был моим жизненным приоритетом, мне хотелось вернуться в науку. В конце 1992-го поняла, что уже устаю.

В клубе начались разброд и шатания, музыканты стали требовать деньги за выступления. Даже уборщиц у меня не было. После каждого концерта по углам куча пустых бутылок, бычков, презервативов, унитазы загажены доверху…

Однажды все зеркала в моем кабинете и фойе по пьянке разбили “гости”, которых наши охранники пустили на ночь с подругами. Лично ходила по углам и собирала “остатки любви”. Даже туалеты мыла. Господи, как меня тогда по разным кабинетам таскали! То налоговики, то СЭС, то пожарные… Пару раз из “Баспагера” меня забирала “скорая”.

– Камила, это же рок-н-ролл!

– Сопливая девица, которая еще недавно передо мной в управлении культуры лебезила, обвинения мне выкатывала: вы поощряете наркотики, пьянство и свободный секс! И таким тоном, что хотелось по роже ей дать. И предъявляла вещественные доказательства – окурки с марихуаной и кондомы драные! Чик: Ненавижу “Битлз” и старперство

– Нормальный реквизит для любого рок-клуба мира. Но музыка же была выше всего этого? Ведь “грешили” чаще всего фанаты, а не музыканты?

– Они тоже не ангелы. Но я горжусь теми, которые выросли в нашем рок-клубе, уехали в разные страны мира и добились там признания. “КАРАВАН”, кстати, про многих уже написал. В начале 1993-го устала от безденежья. Надо было лететь в Брюссель готовить докторскую. Защита – в 1994-м. И тут эти бандиты в мае…

– Рок-клуб просуществовал всего 5–6 лет.

– А “Битлз” сколько? Жаль, что за все эти годы я так и не научилась играть ни на одном инструменте.

Алматы

Оставить комментарий

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи

Закрыть