Опубликовано: 430

Любить по‑еврейски, или Почему Второй храм Израиля строился из кирпичей весом в 400 тонн каждый?

Любить по‑еврейски, или Почему Второй храм Израиля строился из кирпичей весом в 400 тонн каждый?

В Государственном музее Алматы открылась выставка, посвященная 70-летию Израиля.

Ее автор – старейший алматинец, кандидат геологических наук Илья ФИШМАН.

– Увлекся фотоделом еще в детстве – примерно в конце 40-х годов прошлого века. Это было хобби нашей семьи, перешедшее потом для некоторых из нас в профессию, – говорит геолог. – Родной дядя по материнской линии Георгий Адрианович Максимов, работая в союзном НИИ оборонного значения, стал даже лауреатом Сталинской премии за оптический прицел для ночного бомбометания во время войны, разработанный на базе обычного фотоаппарата.

На выставке представлено более 50 фоторабот автора. Снимая эту страну, Илья Фишман впервые в жизни не ставил перед собой профессиональных геологических задач. Здесь на переднем плане живое дыхание истории.

– Не случайно Иерусалим, называют городом трех религий. Здесь сформировались наиболее читаемые и почитаемые книги – Тора, Библия, Коран, – продолжает он. – Сама атмосфера, насыщенная воздухом древности, требует находить эффективные решения как философских, так и практических задач.

Взять, например, капельное орошение. Технологии, разработанные там, получают все более широкое распространение в мире. И тут нельзя не вспомнить о еврейской, национальной, можно сказать, традиции – сажать деревья. Современный Израиль – единственная страна в мире, где леса занимают сегодня гораздо большую площадь, чем сотню лет назад.

Давнишний местный обычай – традиционный день массовой посадки деревьев – Ту би-Шват (в конце января) получает все более широкое распространение.

Уже в 90-х годах прошлого века число саженцев на землях древней страны превысило 200 миллионов. И сегодня искусственно орошаемые рукотворные леса, включая многочисленные оливковые и пальмовые рощи, наступают на бесплодные пустыни. Пальмовый лес появился даже на входящем в лучшую десятку мира тель-авивском пляже. Ухоженность крохотного кусочка земли, где расположен Израиль, потрясает.

Память о погибших

Память о погибших

Как же те, кто живет на этой каменистой, выжженной солнцем земле, смогли превратить ее в сад?! Наверное, это можно понять, если обратиться к истории Второй мировой войны, когда евреям, жившим в Европе, фактически некуда было деваться от фашистского террора.

Вот тогда-то вопрос о том, что у евреев должна появиться своя страна, своя земля, встал очень остро. Надо было построить свой дом, и это сделали люди, которые выжили, прячась в подвалах, на чердаках и в заброшенных шахтах.

Среди панорамных фото Ильи Фишмана, представленных на выставке, выделяется Стена Плача, входившая в состав построенного из природного камня Второго храма Израиля до того, как его в 70 году нашей эры разрушили римляне. Сегодня есть много книг, посвященных ее истории. Одна из них называется “Тайны Стены Плача”. Второй храм Израиля придумал царь Давид. Однако ему, участнику многих войн, не удалось воплотить свою задумку в жизнь. Считалось, что человек, проливший много крови, не может строить храмы. Поэтому он только подготовил концепцию будущего храма, запасы материалов, а строительством занялся его сын Соломон.

Иные кирпичики Стены - до 500 тонн

Иные кирпичики Стены - до 500 тонн

Сохранившаяся на протяжении двух тысячелетий Стена Плача интересует всех приезжающих в Иерусалим. Еще бы! Она ведь создана из крупных каменных блоков. Вес иных “кирпичиков” достигает 400 тонн. Говорят, что к таким камням строители приделывали колеса и катили их. Их размер вовсе не случаен. Строительство Второго храма благодаря камням-гигантам шло очень быстро. Это делалось для того, чтобы Римская империя, под контролем которой находился народ Израиля, не успела запретить грандиозную стройку.

Они доверяют своим детям

А вот впечатления от Израиля автора этих строк, в составе журналистской делегации побывавшей несколько лет назад в Израиле.

…Многие представляют его военизированной страной, где все жители расхаживают по улицам с оружием в руках. Да, на самом деле так, но это солдаты срочной службы, приехавшие домой на выходные. Как известно, здесь лица обоего пола, достигшие 18 лет, – военнообязанные. На улицах Иерусалима часто можно увидеть мальчиков и девочек с автоматами за плечами, спокойно заходящих, например, в общественный транспорт.

– Мы доверяем своим детям, – говорят израильтяне.

То, что страна живет в состоянии военного напряжения, чувствуется лишь в деталях. На улицах фактически отсутствуют урны (правда, при этом кругом царит чистота). Нам это объяснили тем, что это идеальное место для закладки бомб с целью совершения террористических актов.

Граждане Израиля арабского происхождения по причинам, о которых можно легко догадаться, освобождены от воинской службы, вернее, они идут служить по собственному желанию, исключение делается лишь для таких племен, как бедуины и друзы, которые, как никто другой, хорошо знают пустыню – они призываются в армию на общих основаниях.

Еврейские родители в службе по желанию усматривают некую несправедливость: получается, что дети из арабских семей оказываются в лучшем положении – у них есть возможность сразу после школы поступать в университеты и быстрее встать на ноги.

А вообще, что касается взаимоотношений евреев и арабов, являющихся гражданами Израиля, то не всё здесь однозначно. Открытой нелюбви между представителями двух религиозных миров, конечно, нет, и все же… она есть.

На Пляже в Тель-Авиве

На Пляже в Тель-Авиве

– Говорят, дня не мог прожить, чтобы кого-то не прирезать, – бросил наш гид достаточно злую реплику про султана Бейбарса, когда мы проезжали мимо средневекового мамлюкского захоронения в центре Иерусалима. Вообще для современных арабов-со­отечественников у него не находилось другого слова, кроме презрительного “эти”.

Но это так, бытовые мелочи: если уж есть желание придраться, расовая или религиозная нетерпимость в той или иной степени присутствует в любой, даже самой цивилизованной стране. Оралманы по-еврейски: чему Казахстан обязан научиться у Израиля

А в целом мусульмане и евреи вполне уживаются в одной стране. К примеру, москвич Миша на вопрос, а пошел бы он лечиться к доктору-арабу, ответил так:

– Это знаковый вопрос. Сейчас я попытаюсь объяснить. Считается, что в СССР евреев зажимали при приеме в вузы. Поэтому родители внушали детям сызмальства: чтобы комфортно существовать здесь и успешно продвигаться по карьерной лестнице, нужно много и серьезно учиться и работать гораздо интенсивнее, чем другие. Так вот, местные арабы – это евреи Советского Союза.

И если арабский доктор работает в еврейской больнице, значит, он специалист очень высокой квалификации.

Поэтому вопрос, доверю ли я ему свое здоровье, не совсем корректный: конечно же да!

Храм вблизи Иордана

Храм вблизи Иордана

“Сидят? Так им и надо!”

Немного о демократии по-израильски, о взаимоотношениях различных ветвей власти и т. д. В Израиле нет конституции, следовательно, нет и конституционного суда. Функции и его, и высшей судебной инстанции исполняет Верховный суд.

В XIX веке, когда шли дискуссии о необходимости в демократическом государстве Конституции, кто-то, к чьему мнению прислушивались, бросил: “А зачем, коль есть Богом данная Библия и достижения Великой французской революции, которая определяет суть демократии”.

Так в Израиле и не сформировалась конституция, хотя Бен-Гурион, первый премьер-министр этой страны, ввел в законодательную и политическую жизнь такое понятие, как Основные законы. Предполагалось, видимо, что, создав принятые парламентским большинством законы, Израиль постепенно сформирует конституцию, но этот процесс затянулся. И в итоге, по словам политолога и социолога Хаима Бен Яакова, страна имеет строящуюся развивающуюся демократию. Хотя израильтяне недовольны в том числе и своей демократией (по результатам многих социологических опросов выяснилось, что большинству жителей страны практически ничего в устройстве государства не нравится), однако более 80 процентам из них нравится жить в Израиле (!).

Гавань в Тель-Авиве

Гавань в Тель-Авиве

– Это не единственный парадокс израильской жизни, – улыбается Хаим.

И он был прав – парадоксов здесь немало. К примеру, Нир Баркат, нынешний мэр Иерусалима и успешный бизнесмен в области хай-тека, с первого дня вступления в должность (ноябрь 2008 года) объявил, что он будет трудиться не покладая рук на благо города за один шекель в год. Разумеется, имея его возможности, можно работать вообще без денег, зато какая была пиар-акция! Как я пытался стать евреем:Реальная история поиска и обретения национальной самоидентичности

Закон здесь одинаков для всех, а потому нередки случаи, когда высокопоставленных чиновников заключают под стражу и привлекают к уголовной ответственности. Так, когда бывшего премьер-министра Эхуда Ольмерта заподозрили в незаконном использовании государственных денег на авиаперелеты и в выдаче незаконных льгот строительным подрядчикам на посту мэра Иерусалима, то он вынужден был оставить пост, несмотря на то, что ничего не было доказано.

Экс-президента Моше Кацава заключили под стражу за то, за что в странах постсоветского пространства женщины просто дают по морде, а, к примеру, в США и Италии это предается широкому общественному порицанию. Короче, его привлекли за домогательство сотрудницы.

– Таких вещей не должно быть, – приходилось нам не раз слышать в Израиле. – С какой стати президент может вступать в какие-то отношения с подчиненными?! Самое противное – он упирался, изворачивался, лгал.

Пляж на Красном море

Пляж на Красном море

Наш гид Евгений (кстати, родом из Одессы) был более конкретным. Он отозвался об этом так: “Он дурак, а она дрянь. Я бы на его месте откупился деньгами, но он пожадничал, потому и влип”.

Единственный, кому здесь сочувствовали, – это какому-то видному религиозному деятелю. Он якобы незаконно перевел на покупку жилья 150 тысяч шекелей. Его сторонники утверждают, что это были деньги, которые достались его жене от приемной матери.

– Его просто хотели убрать с политической арены, – уверены они. – Вот его действительно жалко. А остальные мерзавцы.

Может быть, они и правы – “так им и надо”, но, с другой стороны, сейчас дело дошло до того, что мужчины боятся оставаться один на один с женщинами на деловых переговорах или зайти к ним в дом, чтобы решить какой-то пустячный вопрос.

Вообще здесь демократия, как выразилась одна репатриантка из Казахстана, “супер, она уже ни в какие рамки не лезет”.

Названные скандалы во многом раскручиваются благодаря стараниям местной прессы. Ее здесь хоть и обзывают “хамской и стервозной”, но с ней считаются. По закону положено, чтобы высокопоставленный чиновник отвечал на запрос прессы в течение двух недель, но он обычно предпочитает делать это день в день, чтобы лишний раз не вызвать огонь на себя.

Но это не относится к мигрантской прессе на русском языке, которая откровенно скучная (это при том, что писать и говорить журналисты могут все что угодно – здесь правит бал гласность). “Примитивные события, написанные примитивным языком”, – отзываются о ней читатели. Она, говорят, бывает востребованной лишь в те дни, когда идут выборы в кнессет: чтобы завоевать голоса русскоязычного электората, кандидаты в депутаты активно публикуются в ней со своими программами.

Тенцер Алекс, репатриант, пытавшийся сотрудничать с русскоязычными газетами, обиженно рассказывал: “Когда приношу в русскую газету материал, меня там встречают вопросом: “Ты кто такой?”.

Совсем другое отношение я вижу в ивритской прессе. Там тоже спрашивают, но совсем другое: “О чем материал?”.

P. S. К Илье Фишману, автору выставки, поступило сейчас предложение от израильского посольства в Казахстане повторить ее в ноябре в городе Астане.

Алматы

Оставить комментарий

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи

Новости партнеров