Фильм о легендарном борце Хаджимукане: снимается внук Мунайтпасова, в картине не будет Поддубного

Режиссер Канагат МУСТАФИН из поколения 30–35-летних кинематографистов. Поначалу он не планировал связать свою судьбу с кино. В 17-летнем возрасте играл за юношескую сборную Казахстана по баскетболу, и поначалу все его мечты были связаны со спортом. Однако травма помешала им сбыться. После разрыва мениска он занялся кино. Сначала уехал учиться в Лос-Анджелес, а затем снял картину “Рывок”. Во многом, как рассказывает Канагат, лента была автобиографичной, поскольку сюжет он взял из своей спортивной жизни.

После Мустафин начал снимать документальные ленты, участвовал в создании телевизионных сериалов. И вот новая полнометражная картина. И вновь о спорте. Но на этот раз о человеке, имя которого знакомо многим не только в Казахстане.

Дорога к Хаджимукану

– Канагат, почему именно о Хаджимукане вы решили снимать свой фильм?

– Вообще, эта идея пришла ко мне, когда я услышал по радио сообщение о праздновании дня рождения Хаджимукана Мунайтпасова. На тот момент я о нем почти ничего не знал. И мне стало интересно изучить биографию такого легендарного человека. У отца (отец Канагата – писатель Курмангазы МУСТАФИН. – Авт.) спросил, есть ли у него в библиотеке книга о Хаджимукане. Прочитав ее, я был потрясен. Мало того, что Хаджимукан был знаменитым борцом, творившим чудеса на ковре (рывок, бросок – и уже соперник на ковре), так он совершил и гражданский подвиг, собрав 100 000 рублей в фонд обороны во время войны. И это только малая часть того, что этот человек сделал. На тот момент мне было 23 года, и я решил, что спешить некуда, и начал потихоньку писать наброски режиссерского сценария.

– А почему так долго вы шли к съемкам картины?

– В первую очередь из-за отсутствия средств. Куда я только не обращался, кого я только не встречал по пути: и шарлатанов, и аферистов всяких. К примеру, один высокопоставленный человек был, который сказал, что найдет финансы для этой картины. Он меня в Астану вызвал. Я, счастливый, договор составил. Буквально через пару дней он меня обратно вызывает и с порога говорит: “А какой род у него, какой жуз у Хаджимукана?”. Отвечаю: “Кипчак. А какая разница?”. – “Нет, если кипчак, то не надо”.

Что за трайбализм? Какая разница, какого рода? Я тоже не кипчак, например, и не потомок его, он же казах, батыр, единый для всех казахов должен быть.

Но я не отчаивался, просто верил, что когда-то кто-то откликнется. И вот буквально в прошлом году открылся Фонд кино. Я пошел на питчинг, участвовал в конкурсе. Там задавали разные вопросы, например о том, что про Хаджимукана уже есть фильм. На это я отвечал, что он снимался в советское время и тогда была идеология такая, что нельзя было на передний план казаха ставить. Поэтому там герой немножко остался в тени, а на передний план вышел Поддубный. И в той картине взяли всего лишь 2 года жизни Мунайтпасова, когда они поехали на один чемпионат. В нашем фильме Поддубного вообще не будет: мы взяли жизнь Хаджимукана от рождения до последних дней.

– Эпизод с самолетом, созданным на деньги великого борца, будет?

– Да. Мы нашли оригинал машины, она находится в Минске. Но сейчас из-за пандемии и митингов пока не можем туда вылететь.

– Кто снимается в главной роли?

– Это пока секрет. Но скажу, что он профессиональный молодой актер, окончил Академию имени Жургенова. Это его первая главная роль, и он очень ответственно подошел к ней. Могу отметить только его физические параметры: рост – 2 м 5 см, вес – 140 кг. Кстати, в нашей картине сыграл внук Хаджимукана –Бахытжан.

– Канагат, в вашем понимании кто такой Хаджимукан, помимо того, что выдающийся борец?

– Это человек-легенда. Такие люди, если сказать по-казахски, аныз-адам, рождаются раз в тысячу лет. Не только просто по физической силе, а по его гражданским свершениям. Ему 3–4 раза предлагали остаться в Турции, взять псевдоним Кара Мустафа и выступать там как турок. Он безбедно жил бы там. Во Францию звали. Он продолжал выступать даже в преклонном возрасте, зарабатывал деньги, и можно сказать, что содержал село, в котором жил. До последней копейки, до последних дней жизни он помогал своему народу.

– На каком языке будет сниматься фильм?

– Планируем его выпустить сразу на 2 языках – на казахском и на русском.

– Когда ожидается окончание съемок?

– Предполагаем, что съемки сможем закончить до конца октября. Очень надеемся, что не будет второй волны ковида. Сейчас в связи с этой пандемией уже как-то опасно что-то говорить конкретно. Если опять будет жесткий карантин, будем доснимать в следующем году.

Финансирует Национальный центр

– Не могу не спросить о финансировании. Вы упомянули о Государственном центре поддержки национального кино. Только он дал денег для вашего фильма или кто-то еще выступил спонсором?

– Фонд полностью финансирует нашу картину, исполнительный продюсер Нуржан ЖУМАНОВ готовит отчеты, отвечает за финансы. Я занимаюсь творческой частью. Запоздалая премьера: почему фильм про главного казахского чемпиона не вышел в прокат

– Несколько месяцев вокруг центра не стихают скандалы различного рода. Его руководство пытались обвинить в непрозрачности в плане выделения средств на кино. Как вы это прокомментируете?

– На самом деле там всё абсолютно прозрачно. Поэтому эти скандалы – чьи-то игры грязные. Я в них не лезу, это меня не интересует. На портале госзакупок есть бюджет каждого фильма вплоть до гонораров, всё там указано. Кому интересно, может зайти и посмотреть. Я думаю, что этот фонд и создали для обеспечения прозрачности выделения денежных средств. Раньше было непонятно, как решали, снимали только 5–6 режиссеров.

– Фонд называется Государственным центром поддержки национального кино. Это правильно?

– Наверное, да. И там задача – ставить национальные фильмы, направленные на подрастающее поколение. Есть, конечно, и проекты, которые рассчитаны на коммерческий успех. Вообще, я очень рад, что появился такой центр, куда любой начинающий режиссер может прийти, презентовать свою заявку. Кстати, в программе центра имеется пункт о том, что каждый год необходимо запускать 2–3 дебютантов. Когда я начинал снимать кино, такое даже не снилось. А сейчас я вот общаюсь и вижу, что много молодых креативных ребят приехали, отучились в Европе, Америке. Они звонят мне как старшему товарищу, спрашивают, советуются, показывают свои работы. И реально очень сильные, крепкие в будущем будут режиссеры. Они сейчас потихоньку начинают получать помощь, и я уверен в будущем кино Казахстана.

Алматы