Опубликовано: 7800

Алжан Жармухамедов: Чемодан открыли и между вещами нашли пистолет

Алжан Жармухамедов: Чемодан открыли и между вещами нашли пистолет Фото - mk.ru. Алжан Жармухамедов с актерами фильма "Движение вверх"

Любой художественный фильм, основанный на реальных событиях, неизбежно вызывает один вопрос: насколько снятая картина соответствует тому, что было на самом деле? Вышедшая недавно в прокат спортивная драма “Движение вверх” – из той же категории.

Десять лет назад “КАРАВАН” беседовал с участником того самого баскетбольного финала Олимпиады 1972 года СССР – США Алжаном Жармухамедовым. Далеко не все из того разговора вошло в газетный вариант интервью, в том числе и подробности тех самых “трех секунд”.

(о финале баскетбольного турнира Олимпиады-1972)

– Как раз за три секунды до конца матча старший тренер сборной СССР Владимир Кондрашин поменял меня на Ивана Едешко. Я сел на скамейку расстроенный, со злости швырнул костюм: всю игру вести в счете и проиграть на последних секундах (счет к тому времени был 50:49 в пользу американцев. – Прим. ред.). На площадку не смотрел, только слышал, как Кондрашин кричит: “Ваня, Сашке пас!”. Я поднял голову и вижу, как мяч через всю площадку летит Александру Белову, и тот забивает из-под кольца. В том матче я на лавочке практически не сидел, из 40 минут 36 находился в игре, исключая эти три секунды.

(о ночи в раздевалке)

Все вскочили на ноги, устроили на площадке кучу малу. Тогда в нашей общей сборной на Олимпиадах было правило: спортсмены, ставшие чемпионами, оставались в деревне и летели домой одним “золотым” рейсом. Поэтому все наши олимпионики присутствовали на этой игре. Представляете, вся эта толпа вывалилась на площадку и начала нас тискать. Американцы оспорили результат игры, и мы до шести утра сидели в раздевалке и ждали, пока рассмотрят протест и примут окончательное решение. Так и не дождавшись, поехали в Олимпийскую деревню. Заснуть удалось только на 15 минут – таким было эмоциональное напряжение. О том, что стали чемпионами, нам объявили только в час дня. Сделал это второй тренер сборной, влетевший в ленинскую комнату, где мы смотрели телевизор. Актер, сыгравший меня в фильме, справился неплохо – первый казах-олимпийский чемпион о фильме «Движение вверх»

(о баварском пиве)

Как отметили олимпийское золото? Как обычно (смеется). Пошли, купили баварского пива, посидели. За победу нам сразу выдали премию по 1 000 дойчемарок (в то время приблизительно 300 долларов). Мы, естественно, побежали покупать сувениры, подарки домой.

(о террористах в деревне)

Мы как раз в тот день играли полуфинал с Кубой. Игра получилась нервной, мы еле-еле выиграли (67:61. – Прим. ред.). Вернулись в деревню поздно. Я долго не мог уснуть, часа в три ночи еще лежал и читал. Вдруг раздались выстрелы. Подумал, что это какие-то идиоты на улице палят. Утром проснулся позже других. Говорят, что кто-то кого-то захватил. На завтрак проходили мимо корпуса, где жили израильские спортсмены. Видели много народа, людей в черных масках и с автоматами на балконах здания. Весь день шли переговоры с террористами, стоял вопрос даже об отмене Олимпиады. Очень неприятный момент.

(о пистолете в Шереметьеве)

В 1973 году у нас было продолжительное турне по Америке, где-то полтора месяца мы по ней мотались – США, Перу, Панама, Пуэрто-Рико. Чтобы не таскать за собой чемоданы, мы их оставили в камере хранения одного американского баскетбольного клуба, а забрали уже перед самым вылетом в Москву. Дома же нас поджидали таможенники. В то время мы все занимались бизнесом: привозили из-за рубежа дефицитные вещи, которые затем здесь продавали. Жизнь такой была. В Свердловске поймали фарцовщиков, которые показали, что вещами их снабжает Ваня Дворный – олимпийский чемпион Мюнхена.

Я был уверен, что у меня все нормально. Чемодан был без замков, закрывался на обычную молнию. Его открыли и между вещами нашли пистолет.

Кто подбросил? Не могу на кого-то наговаривать. В мусорном ведре еще до таможни нашли другой пистолет, патроны и магнитные браслеты, которые мы покупали в Панаме в зоне беспошлинной торговли. Они были замотаны лейкопластырем. Я вспомнил, что однажды такой лейкопластырь один наш игрок попросил у доктора, когда я был у того на приеме. Меня начали трясти, но я так никому и не сказал, кто это был. Наши чиновники, не ожидая итогов расследования и чтобы прикрыть себя, сняли с меня звание заслуженного мастера спорта, вывели из состава сборной. Когда все выяснилось, пришлось заново все доказывать уже на площадке. Звание вернули после чемпионата Европы 1979 года. Казахскому баскетболисту предлагали миллион долларов за выступление в США

(о казахских корнях)

Мой отец родом из Кызылординской области. Род его называется жаппас. В 30-е годы в тех краях был джут – мор, падеж скота. Тогда отец поехал в Узбекистан на стройку Среднеазиатского канала, а на реке Чирчик возводили электростанцию. Работал землекопом. Там познакомился с моей мамой, которая приехала со стройки ДнепроГЭСа: на Украине тоже был голод. Ее отец – мой дед – был кузнецом, не захотел идти в колхоз. У него отняли кузницу, записали в кулаки. Он вынужден был покинуть родные края в поисках работы. Так что казах я наполовину: моя мама – запорожская казачка. Родился я в Бостандыкском районе, который раньше относился к Южно-Казахстанской области. Однако в 1950-е годы его передали Узбекистану. В моем свидетельстве о рождении написано, что я появился в поселке Таваксай ЮКО. Сам документ – на казахском языке. А когда получал паспорт, там место рождения уже было обозначено как Ташкентская область.

(об оторванных пальцах)

После школы два года работал на заводе. Там на меня обратил внимание инструктор по физкультуре и начал привлекать к баскетболу: я ведь высокого роста. Однако после смены не очень приятно было еще и бегать. К слову, во время работы на заводе мне оторвало две фаланги на руке. Так что в баскетбол начинал играть уже без пальцев.

(о близорукости)

Поначалу близорукость была небольшой. Олимпийские игры 1972 года отыграл еще без очков. После этого обратился за помощью к врачу сборной. Он посоветовал носить контактные линзы. Тогда это была большая редкость. В то время контактные линзы вытачивали из оргстекла, они были жесткими. Месяца два я к ним привыкал, из глаз текли слезы, но зато играть стало комфортнее. Правда, от небольшого контакта по лицу эти линзы сразу выскакивали из глаз. Приходилось всей командой искать их на паркете. Найдешь, а линза грязная или уже треснувшая… Приходилось делать запасные, чтобы во время игры можно было быстро их менять.

(о вымогательстве)

Я всегда был дисциплинированным человеком. Но в 1971 году у нас со старшим тренером ЦСКА Александром Гомельским произошел конфликт. В Ташкенте играл Григорий Авдеев. После окончания учебы в университете его забрали в армию, в московский ЦСКА. Ситуация сложилась такая: семья с маленьким ребенком в Ташкенте, а сам он в Москве. Поставили его в ЦСКА, как офицера, на денежное довольствие. Начислили небольшую зарплату. Но у него начали вымогать деньги.

Гомельский через своего помощника Анатолия Астахова распорядился, чтобы Авдеев часть зарплаты отдавал ему.

А Григорию и здесь жить надо, и семье деньги отправлять. На следующий день на тренировке я решил разобраться с Астаховым. Тот сослался на приказ Гомельского. Я пригрозил написать об этом в политуправление. Авдеева запугали ссылкой в часть куда-нибудь в Североморск, он и сидел тихо. На следующий день было собрание всей команды.

Гомельский говорил о порядках в ЦСКА, которые складывались годами: кто мало играет, тот и мало получает, и нечего некоторым лезть в эти дела. Меня это возмутило.

Тем более что его сын Владимир Гомельский, который вокруг ЦСКА крутился, был на ставке. А для Авдеева ее не нашлось. После этого случая я попал в опалу. Сразу сменился тон статей в газетах: из эталона дисциплинированности я превратился в лентяя. Невероятный жар

(об алма-атинском СКА)

После завершения игровой карьеры уехал в Германию, работал в спортивных клубах армии Группы советских войск. Через пять лет прислали меня в Алма-Ату в СКА на должность тренера по стрелковому спорту. Пробыл я там около года. Затем Туркестанский военный округ разбили на два, штаб переехал в Ташкент, и я вернулся в Узбекистан. Хотя официально занимался со стрелками, помогал Олегу Киму в баскетбольном клубе в сезоне-1987/88. Команда тогда была хорошая: Валерий Тихоненко, Юрий Жуканенко, Роман Овчинников, Анатолий Марченко, Юрий Миловидов.

Досье “КАРАВАНА”

ЖАРМУХАМЕДОВ Алжан Мусурбекович.

Родился 2 октября 1944 года.

Баскетбольное амплуа: центровой.

Рост: 207 см.

Заслуженный мастер спорта СССР. Заслуженный тренер России.

Олимпийский чемпион 1972 г. Бронзовый призер Олимпиады 1976 г.

Серебряный призер чемпионата мира 1978 г., бронзовый призер чемпионата мира 1970 г.

Чемпион Европы 1967, 1971, 1979 гг. Серебряный призер чемпионата Европы 1975 г.

Чемпион СССР 1970–1974, 1976–1980 гг. Серебряный призер чемпионата СССР 1975 г.

Обладатель Кубка европейских чемпионов 1971 г.

Выступал за команды СКА (Ташкент), “Буревестник” (Ташкент), ЦСКА (Москва), “Университет” (Ташкент).

Оставить комментарий

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи

Закрыть