По словам родителей, в отдельных случаях цена увеличилась почти в два раза. Теперь от школы ждут объяснений и расчетов. В ситуации разобралась корреспондент медиапортала Caravan.kz.
В конце апреля администрация сообщила родителям, что в 2026–2027 учебном году обучение в Baiterek School для начальных и старших классов будет стоить 2 655 000 тенге в год. При этом Гаухар, родительница ученика 8 класса, заявила, что прежде обучение для ее ребенка стоило только 1,3 млн тенге. Для нее рост - в два раза.
В протоколе собрания от 12 мая указано, что у родителя Бахтиар К. по индивидуальному договору стоимость обучения без питания составляла 150 000 тенге. При ограничении повышения на 10% ожидаемая стоимость должна была быть не более 165 000 тенге. Но в уведомлении школы на следующий учебный год стоимость без питания установлена 295 000 тенге. Там же указано, что фактическое повышение составило 145 000 тенге, или примерно 96,7%.
Питание нужно оплачивать отдельно. Это еще 765 000 тенге в год, или 85 000 тенге в месяц. Итого выходит 3 420 000 тенге в год. Или 380 000 тенге в месяц на одного ребенка.
Для казахстанской семьи такая сумма - серьезная статья расходов. И родители потребовали от директора объяснений. Попытки вести конструктивный диалог не удались, поэтому решили привлечь журналистов.
«Это не магазин у дома»: почему родители не готовы просто поменять школу
Родительница ученика 2-го класса Наталья:
«В наших договорах указано, что в последующие учебные годы стоимость может повышаться не более чем на 10 %. Но новая сумма, которую прописала школа, значительно превышает этот порог.
Школа объясняет это тем, что не получила субсидию, что у нее сейчас кассовый разрыв и поэтому она вынуждена повысить стоимость. Но мы считаем, что договор есть, и он должен исполняться. Он был заключен с родителями детей, которые уже учатся в этой школе. И новые условия нас не устраивают.
Пока сложно сказать, как повышение отразится на нашей семье, потому что этот учебный год мы доучиваемся по старой цене. Но такое большое повышение, конечно, заставляет задуматься, что делать дальше.
Тем более что весь предыдущий год школа была новой, и мы терпели недоделки и недоработки. У нас часто менялись кураторы, в первой четверти их сменилось несколько. Какие-то кружки были не до конца организованы. Мы закрывали на это глаза, потому что понимали: школа только открылась, ей нужно время.
И сейчас, вместо того чтобы поблагодарить родителей за лояльность и терпение, нас ставят перед фактом. Мы задумываемся о переводе ребенка, но даже не столько из-за резкого повышения, сколько из-за отношения школы. Нам фактически говорят: «Если вас что-то не устраивает, у вас есть выбор».
Но это не магазин у дома, где можно просто перестать покупать продукты и пойти в другое место. Это школа. Здесь речь идет о детях. Переводить ребенка каждый год из школы в школу - это стресс. Такое излишне коммерческое отношение школы нас разочаровывает»
Родитель ученика 2-го класса Наиль Баталов:
«Уведомления о повышении стоимости обучения были отправлены в родительские чаты. Но, на наш взгляд, такие вопросы должны обсуждаться персонально и в надлежащем порядке.
После этого родители создали группу в Telegram, начали объединяться и обсуждать, что делать дальше. В итоге приняли решение подать коллективное обращение в школу. Сделать это нужно было быстро, потому что начинается период экзаменов, затем многие родители и дети уедут в отпуска, и летом заниматься этим вопросом будет значительно сложнее.
Встреча с администрацией и генеральным директором ТОО состоялась, но не сразу. Изначально общее собрание должно было пройти 8 мая, потом эта дата несколько раз переносилась. Мы требовали экономического обоснования. В соответствии со статьей 63 Закона «Об образовании» школа должна давать родителям такие объяснения.
Кроме того, у нас были вопросы по договорам. В соглашении между учебным заведением и родителем есть пункт о том, что повышение возможно не более чем на 10 % при наличии чрезвычайных экономических обстоятельств. Следует отметить, что у некоторых родителей условия отличаются. У кого-то указано, что договор действует до конца учебного года, у кого-то – до получения среднего образования.
Мы спрашивали юриста и директора: как это понимать? Но нам не смогли дать разъяснение. 13 мая в школе должны были пройти собрания, на которых родителям должны были объяснить, из чего складывается новая стоимость. Мы начали обсуждать с администрацией, как строится образовательный процесс, какие документы лежат в их основе. Для нас это важно, потому что цена должна быть чем-то обоснована. Но и на эти вопросы нам не ответили. Представители администрации якобы ушли за документами. Через некоторое время пришла директор и сказала, что прекращает собрание и просит родителей покинуть школу.
Родители начали возмущаться. Ведь встреча была согласована, и мы не понимали, почему ее прекращают в одностороннем порядке. Позже приехали женщины, которые представились юристами. Никаких документов нам не показали. Нам просто сказали покинуть школу.
Такая ситуация нарушает морально-психологический климат у родителей и детей. Уже месяц все находятся в подвешенном состоянии. Мой сын, которому всего 7 лет, спрашивает: «Папа, что со школой? Что происходит?».
Каждый родитель, конечно, будет сам решать, оставаться в этой школе или нет. Но мне кажется странным подход: «Не нравится – уходите». Почему родители должны уходить? Школа, наоборот, должна быть заинтересована в том, чтобы дети оставались. К тому же есть законы, которые нужно соблюдать.
Лично я буду стараться, чтобы мой сын остался здесь, потому что у него уже есть друзья, ему нравится учитель начальных классов. Для ребенка переход в другую школу будет стрессом»
Гаухар, родительница ученика 8-го класса:
«Мой ребенок уже дошел до восьмого класса. Для нас школа - это не место, где ребенок просто проводит время. Он приходит за знаниями, потому что впереди девятый класс, аттестат и дальнейшее поступление.
После шестого класса мы пытались поступить в НИШ. Ребенок набрал хорошие баллы, но мест было всего 140, а он оказался примерно 150-м из полутора тысяч. Мы не прошли. После этого на нас начали выходить частные школы, и мы выбрали школу Пифагора. Условия были похожие: школа тоже открывалась в новом здании, ребенок начал нормально учиться, нас все устраивало.
Но через год, тоже в апреле, нам объявили, что со следующего учебного года стоимость будет 300 тысяч тенге. Для нас это было серьезным ударом. Мы с мужем оба пенсионеры, это наш младший ребенок, и мы хотели дать ему хорошее образование. Локация тоже имела большое значение. Мы просили пойти нам навстречу, но уступок не было.
Потом на нас вышел Baiterek. Школа строилась рядом с нами, менеджер пригласил нас на встречу. Мы сразу объяснили, что уже столкнулись с резким повышением цены в другой школе. Нам сказали, что Baiterek рассчитан на 3000 учеников, получает поддержку от государства, и если повышение стоимости будет, то незначительное. Нас торопили заключить договор до определенной даты, чтобы сохранить цену со скидкой.
В договоре, который у меня есть, указано, что стоимость обучения за следующий учебный год может быть индексирована не более чем на 10 % при отсутствии чрезвычайных экономических обстоятельств. Поэтому сейчас у нас главный вопрос: какие чрезвычайные обстоятельства произошли? Может быть, они действительно были, но тогда родителям нужно это объяснить и показать обоснование.
Для нас ситуация особенно тяжелая, потому что ребенок уже в старшем звене. Мы планировали после 9 класса уходить, и сейчас очень важен результат за этот год, аттестат, дальнейшее поступление. Если снова менять школу, это новые учителя, новые одноклассники, новая адаптация. Первые месяцы в новой школе всегда сложные, и это может повлиять на учебу.
Сейчас дети тоже переживают. Ребенок нашел друзей, класс сплотился. И снова выдергивать его из этой среды очень тяжело. Деньги - это важный вопрос, но больше всего обидно за детей. Мы, родители, хотим дать им стабильность, а получается, что снова должны таскать их из школы в школу. В такие моменты начинаешь спрашивать себя: частная школа - это все-таки про образование или только про бизнес?»
«Нам просто нужно время»: позиция директора школы
Директор школы Анара Нурлыбаева объясняет ситуацию иначе. По ее словам, многие дети обучались по специальным тарифам, как первые ученики школы. Стоимость у всех была разной, но теперь школа хочет её уравнять.
«У каждого родителя в договоре своя сумма. Не было единой стоимости абсолютно для всех учеников. У начальных классов были одни тарифы, у средних классов - другие. Были тарифы на полный и неполный день. Сейчас мы всех уравниваем. И нужно изучать каждый договор индивидуально», - объяснила директор.
Экономические причины повышения директор связывает с расходами школы.
«Мы арендуем помещение, у нас очень высокая аренда. Также строится второй корпус - это будет младшая школа. На это идет очень много расходов. Сейчас мы не получаем того объема средств, который необходим», - заявила она.
При этом директор подчеркнула, что повышение стоимости - не уникальная ситуация для Baiterek School. Цены повышают практически все частные школы.
«Очень много крупных школ тоже повышают стоимость. Но почему-то именно в Baiterek сейчас возник такой резонанс», - отметила Анара Нурлыбаева.
Что касается разъяснений по ситуации, то директор сообщила, что встреча с родителями проводилась. Однако, по ее словам, они запросили много документов, поэтому школе нужно дополнительное время, чтобы подготовить полноценные ответы.
«Родители запросили документы по учебному процессу, по деятельности школы в целом. Мы просто не успеваем все это подготовить и предоставить сразу. Поэтому я попросила дать нам время. Ориентировочно 19 мая мы готовы предоставить родителям все необходимые ответы», - пояснила директор.
Она также отметила, что родители потребовали некоторые внутренние документы школы: устав, приказы о назначении должностных лиц, учредительные и кадровые документы, политики, положения, журналы ознакомления сотрудников с актами.
«То, что мы можем дать и обязаны предоставить, конечно, мы дадим. Но полностью раскрывать всю «внутреннюю кухню» школы невозможно», - сказала она.
По ее словам, в ходе собрания произошёл инцидент - один из родителей попытался забрать устав ТОО. После чего юрист вызвал полицию. Однако позже директор попросила отозвать заявление.
«Полицию вызвал наш юрист из-за попытки кражи нашего устава. У нас все зафиксировано на камерах. Но мы решили этот вопрос мирно. Я не хотела ни с кем из родителей ругаться. И сказала юристу: «Давайте отзовем заявление, это же наши родители». Документ, конечно, не засекречен, но забирать его с собой нельзя», - рассказала директор.
По словам Анары Нурлыбаевой, сейчас свободный доступ родителей в школу ограничен из соображений безопасности. Она подчеркивает, что администрация отвечает не только за детей тех родителей, которые приходят на собрания, но и за всех учеников.
«Мы сейчас не пропускаем родителей в школу именно из соображений безопасности. В договоре между родителями и школой есть пункт о том, что в первую очередь мы должны обеспечить жизнь и безопасность детей. Родители собираются группами, и это большое количество людей. Мы не знаем, кто может пройти вместе с ними. Мы не знаем, что человек может сделать на эмоциях. Наша задача - обеспечить безопасность», - пояснила она.
При этом директор утверждает, что школа не закрыта для родителей полностью и готова принимать их по предварительной записи.
«По записи - пожалуйста. Записывайтесь, приходите, мы открыты», - сказала Анара Нурлыбаева.
Были ли чрезвычайные обстоятельства?
Финансовые трудности у школы действительно могли возникнуть. В октябре прошлого года журналист Михаил Казачков писал в своем Telegram-канале, что Baiterek School почти целую четверть работала без лицензии. Тогда он задавался вопросом, не потеряют ли дети из-за этого учебный год. Но учебный год для детей не сгорел. В протоколе заседания родителей указано, что, со слов юриста школы, до получения собственной лицензии учеников оформили в других учреждениях. То есть аттестаты и табели все получили.
Между тем учебное заведение привлекли к ответственности по статье 463 КоАП. То есть школа получила штраф и предписание устранить нарушения. И главный вопрос здесь даже не в размере штрафа. Он, по меркам школы с почти двумя тысячами учеников, мог быть не самым тяжелым расходом. Намного серьезнее другое. Если у школы не было лицензии, она могла не получить подушевое финансирование за этот период.
Подушевое финансирование работает по принципу «деньги следуют за учеником». Государство выделяет средства на каждого ребенка, а сумма зависит от уровня образования (начальное, основное среднее или старшие классы). Как сообщила в интервью Exclusive.kz депутат Ирина Смирнова, государство может выделять примерно 550 тысяч тенге в год на ученика 1–4 классов, около 650 тысяч — на ученика 5–9 классов и порядка 700 тысяч — на ученика 10–11 классов.
Если Baiterek Science & Technology School в первый учебный год приняла более 1900 учеников, то даже один месяц возможного подушевого финансирования мог составлять более 100 млн тенге. Это уже сумма, которую трудно закрыть из школьной кассы. Плюс штраф. Плюс строительство второго корпуса.
Кстати, изначально предполагалось, что часть расходов на строительство частных школ будет компенсировать государство. Речь идет о механизме финансирования, который помогает инвесторам, построившим школы за собственные средства, частично возвращать вложенные деньги, обслуживать кредиты и обновлять материально-техническую базу.
Но с этим механизмом тоже возникли проблемы. Недавно 22 частные школы Алматы заявили о риске банкротства и возможном срыве нового учебного года. По их словам, они недополучили от государства около 1,3 млрд тенге. Выплаты, как утверждают представители школ, были приостановлены еще в начале сентября прошлого года. В результате часть частных школ фактически продолжает работать в долг.
Из-за этого школы уже направили официальные обращения в акимат и профильное министерство. Baiterek School также могла столкнуться с похожей ситуацией. В таком случае финансовое давление на школу действительно могло усилиться.
Есть и налоговый фактор. С 2026 года в Казахстане ставка НДС выросла с 12 % до 16 %. Для бизнеса это означает дополнительную нагрузку на закупки, услуги подрядчиков, аренду, оборудование, строительство и другие расходы.
В протоколе заседания родителей прямо указано, что в качестве причин повышения стоимости юрист назвал инфляцию, КПН, подушевое финансирование и расходы на строительство. И всё это действительно могло создать кассовый разрыв.
Но для родителей главный вопрос остается прежним: если у школы возникли проблемы с финансированием, почему эти проблемы должны закрываться за счет семей через резкое повышение стоимости обучения?