"Мы выезжаем за счет российской науки": из-за чего Казахстан теряет миллиарды

Об этом медиа-порталу Caravan.kz рассказал Бахытжан Сагиндыков, агроном и бывший начальник областного управления сельского хозяйства Костанайской области.

— Недавно министр сельского хозяйства Ербол Карашукеев сказал, что в этом году производство пшеницы прогнозируется на уровне 13-13,5 млн тонн. Это 12 центнеров с гектара. Я знаю, что вы, когда работали агрономом, получали более 50-60 центнеров пшеницы с гектара. Почему так произошло?

— В свое время мы по стране собирали 31 млн тонн. И 16 млн тонн продавали государству. Это и был казахстанский миллиард пудов. Когда мы собираем по 15-16 млн тонн, и нам говорят, что никогда такого большого урожая страна не собирала, я удивляюсь. Что нам говорят? Как будто мы вчера родились и не знаем своей истории.

Этот год благоприятный для большинства районов Костанайской области. Но и не самый лучший. Будет собрано более 5 млн тонн зерна. сегодня лидирует Узункольский район. Там собирают 25 центнеров с гектара. Отдельные хозяйства получают по 30, по 40 центнеров. Но я считаю, что этого недостаточно. Мы должны получать больше.

— Что этому мешает?

— Для этого надо соблюдать технологию. Все работы должны быть направлены на сохранение влаги. На 1 центнер зерна расходуется 10 мм осадков. Поэтому мы говорим хлеборобам – не надо пахать землю лишний раз, оставь участок под пар, накопи влагу за 1,5 года.

Для Костанайской области идеальна нулевая технология. Если ее досконально исполнять, то мы в обычный год будет получать 3 тонны с гектара. Это не слова. Это наш опыт. На опытных хозяйствах мы получали по 40-45 центнеров. На отдельных полях урожай доходил до 70 центнеров. Казахстан обеспечивает дешёвой мукой соседние страны, а для своих граждан её не хватает

Один раз на такое поле приехал к министр сельского хозяйства Сауат Мынбаев (он был министром с 1999 по 2001 год. — Ред.). Я ему показываю поле, где урожай планируется 50 центнеров без полива. Он переспрашивает: как так, без полива? Я объясняю, что на юге, в Жамбылской и Алматинской областях убирают по 25 центнеров на поливе, а мы без полива получаем 50 центнеров. У него глаза круглые от удивления. И он не один такой. Многих высокопоставленных людей приходится убеждать, что в наших условиях мы обязаны получать высокие урожаи.

— Почему не используют этот опыт? Это дорого?

— Многие новые хозяева земли не имеют никакого опыта в земледелии. Но когда к ним приходишь, они бьют себя в грудь, говорят, что им никто не смеет указывать, как работать. Каждый себе хозяин, агроном и ученый. Но это же преступление против нашей земли! Ведь только в условиях Костанайской области до 15-16 процентов протеина в зерне.

Такой хлеб нельзя продавать зерном. Только после глубокой переработки. Протеин — это же отдельный вид товара, который востребован на мировом рынке! Если освободить его от крахмала, то в шесть раз повышается цена нашего хлеба! Это же деньги, которые мы выкидываем!

Мы потеряли много земли. Земля лежит, но не используется. Я недавно написал предложение Президенту РК Касым-Жомарту Токаеву о наших бедах и о том, как можно использовать заброшенные земли. Только пахоты в Костанайской области брошено около 3 млн га. А кроме них есть и сенокосы, и пастбища. Всего около 5 млн га заброшены. Сказать, что они бесхозные, нельзя – у них есть владельцы по документам. Но они забыты во вред интересам страны.

Всего в Костанайской области 15 млн га сельхозугодий. То есть треть всего зернового клина. Если грубо пересчитать на урожай, который можно было бы получить с этой земли, то только наша область теряет 4 млрд тенге в год.

— Сейчас идет кампания по возврату земель. Уже, наверное, есть результаты?

— В Костанайской области она работает закрыто, келейно. Что она делает сейчас, я сказать не могу, и это странно, так как я, как бывший агроном и руководитель управления сельского хозяйства, знаю наши угодья лучше многих.

— Опытные хозяйства сейчас работают?

— Работают. но сегодня они получают урожаи меньше, чем рядовые хозяйства.

— Почему?

— Потому что нашему родному Министерству сельского хозяйства во главе с Карашукеевым наши опытные хозяйства не нужны. И они погубили их все. Делянки, заложенные больше 100 лет назад, распахали. Первое опытное поле было заложено еще в 1906 году в Жетикаринском районе. Тогда хозяева земли нуждались в науке и учили крестьян, как надо заниматься земледелием в сухой степной зоне. В 1928 году академик Орманбек Сулейменов лично разметил участки для Карабалыкской опытной станции. И мы имели все данные, учили там агрономов, селекционеры районировали сорта зерновых. Сейчас не только селекции, самой опытной станции нет. Цену на хлеб в Казахстане определяет Россия

— И на каких семенах сегодня работает село?

— Мы выезжаем за счет российской науки. Мы покупаем омские, курганские, тюменские, саратовские сорта. Минсельхоз России субсидирует опытные хозяйства в получении новых сортов пшеницы. И каждый год нам предлагают новые сорта. А мы, к сожалению, спим. У нас пока есть свои селекционеры, но Карашукееву они не нужны.