Болезненный переезд

Конфликт разгорелся из-за старого здания. Несколько лет ТОО “Хоспис” арендовало больничный корпус на территории онкодиспансера. Часть пациентов содержали за счет госбюджета, часть – за деньги родственников. Санитарное состояние и лечение в этом заведении не раз становились поводом для скандалов.

Хоспис – единственное заведение, где при оплате 38 тысяч тенге в месяц принимали по госзаказу одиноких, смертельно больных стариков. В последнее время, по словам замначальника областного управления здравоохранения Сергея Попова, в нем не было ни одного онкобольного. Учреждение стало чем-то вроде дома престарелых.

Полгода назад облздрав уведомил хоспис: просим, мол, освободить помещение – участок нужен для реконструкции онкодиспансера.

В частном заведении парировали: помогите нам с подходящим зданием.

“Само руководство хосписа никаких мер по поиску не приняло”, – раскритиковал предложение Сергей Попов. Правда, тут же признался: “И мы не смогли найти в городе нужное здание”.

Единственный выход чиновники увидели в переезде хосписа в сельскую больницу в полусотне километров от Усть-Каменогорска. Как должны были отреагировать на это больные и медики? Разумеется, посыпались отказы, возмущения, жалобы…

Поток взаимных обвинений тянется уже несколько месяцев. Сорваны все сроки строительства новых блоков онкодиспансера. И это несмотря на то, что город остро нуждается в расширении больницы.

Сейчас, как прокомментировали в управлении облздрава, найден компромисс. Все пациенты (30 человек), которые содержались в хосписе за счет бюджета, будут переведены в больницу села Таврия. В самое ближайшее время. Там есть готовое отделение, медперсонал. Для остальных (это еще около 35 человек) чиновники пообещали найти места в больницах Усть-Каменогорска.

– Будем уговаривать главврачей, чтобы держали их как можно дольше, – вздохнул замначальника.

Уговаривать, конечно, можно. Только будем честны: какому лечебному учреждению нужны тяжелобольные старики? Те, за кем должен быть усиленный уход, кому нужны мощные обезболивающие лекарства, поддерживающие препараты? Даже неспециалисту ясно: такая забота стоит в десятки раз дороже, чем 40 тысяч тенге, которые сейчас платят родственники. И, похоже, проблема, которую в облздраве посчитали решенной, просто загнана в неопределенность.

Во всем мире паллиативная помощь (облегчающая физические и психологические страдания на последних стадиях болезни) – удел благотворительных фондов, частных пожертвований, богоугодных заведений.

Но вот поддержать их – необходимо. По словам С. Попова, только в Усть-Каменогорске ежегодно в паллиативной помощи нуждаются около 300 человек. При этом, как признался руководитель, для города давно готов проект нового современного хосписа, и, главное, есть спонсоры, желающие его профинансировать. Так что помешало его реализовать? Почему облздрав не включился, не ускорил? Кто виноват в острой ситуации, которая сейчас будоражит и больных, и медиков?

Усть-Каменогорск