Продкорпорация: ожидать ли смены курса?

Громкое эхо тихого ухода

Такой уход можно было бы назвать демонстративным. Но дверью никто не хлопал, напротив, прикрыли ее за собой так аккуратно, что все до сих пор гадают – что же произошло? Гадают тоже тихо – от официальных комментариев все отказываются, если что-то и говорят, так лишь на условиях анонимности.

Известно, что за последние три года Руслан Азимов собирался уйти несколько раз. Почему именно за последние три года из девяти, в течение которых он руководил Продкорпорацией? “Кулуарная” версия такая: к руководству АО “НУХ “КазАгро” якобы пришли “люди Шукеева”, сам же Азимов со своей командой – вроде бы “люди Есимова” (прежнего министра сельского хозяйства, при котором и шло становление корпорации) . Звучит, конечно, диковато,  но таковы уж реалии. Ни для кого не секрет, что в стране вполне естественно сложились разные группы с разными экономическими интересами. Хотя в идеале хотелось бы видеть сугубо “людей государственных”. Это – в идеале. А в жизни мы, наводя справки о том или ином чиновнике, непременно спрашиваем: “кто за ним стоит?” – для ясности позиций.

Так что предлагаемая версия, возможно, не так уж далека от истины. Во всяком случае, и фермеры, и другие партнеры Продкорпорации отмечают, что именно в последние два-три года с главным зерновым оператором работать стало намного сложнее, постоянными стали просрочки платежей, затягивалось принятие решений.

В основе – противоречия

Особенно большой “зуб” на Продовольственную контрактную корпорацию “вырос” у Союза фермеров Казахстана.

– Продкорпорация в последнее время стала явно поддерживать крупный зерновой бизнес, латифундистов в ущерб средним и мелким фермерским хозяйствам, – считает заместитель президента-председателя Союза фермеров Казахстана Акжол АБДУКАЛИМОВ. – Это наглядно показал 2009 год. И уж совсем возмутительно и некорректно велся закуп урожая 2010 года. Под эгидой Продкорпорации по квотам, спущенным из Минсельхоза, крестьян вынуждали сдавать зерно по 23 660–26 500 тенге за тонну в то время, когда зернотрейдеры предлагали 33 000–35 000. А сейчас и вовсе 52 000 тенге! Местные власти применяли при этом самые непопулярные меры – вплоть до привлечения административного ресурса, правоохранительных органов. Когда стало ясно, что это вовсе не госзакуп в стабилизационный фонд, а обычный, коммерческий, было уже поздно: у многих крестьян не осталось зерна даже на семена. Казахстанские фермеры понесли многомиллионные убытки. Словом, в последние три года нас совсем не устраивает работа Продкорпорации. Созданная для регулирования рынка, создания благоприятных условий для развития крестьянских хозяйств, она окончательно коммерциализовалась.

Глава Союза зернопереработчиков и хлебопеков Казахстана Евгений ГАН несколько иначе видит ситуацию:

– Они же АО. То есть конечная цель – прибыль. Такими их создали, и ничего иного ждать не стоит. Какие тут претензии? Если хотим другой ситуации, надо менять правила игры. Или Продкорпорация должна регулировать внутренний рынок, а значит, возможны убытки, или получать прибыль. Если их изначально создали такими противоречивыми, то они и будут такими.

“А завтра личности поменяются – и что?”

Противоречивость задач давно мучила и руководство “КазАгро”, и начальников Продкорпорации. В конце года вновь заговорили об Объединенной зерновой компании (ОЗК), которая якобы позволит избавить от двойственности положения АО “НК “Продовольственная контрактная корпорация”. Тогда Руслан Азимов пожаловался журналистам:

– В этом году мы взяли весной 80 миллиардов бюджетных кредитов, которые до конца года надо погасить. Словом, то так изворачиваемся, то эдак, перехватываем. Мы, конечно, приноровились, но все это очень зыбко, нестабильно. Чуть небольшой сбой – и этот механизм может быть нарушен. Хорошо, что у нас пока свободные деньги от инвестпроектов, бюджетный кредит, руководство Зернового союза идет навстречу… У нас нет инструмента хеджирования рисков. Мы его пытаемся создать сами – это наше взаимодействие с Зерновым союзом. Сейчас все держится на личных качествах, взаимоотношениях руководителей Зернового союза. А завтра личности поменяются – и что?

Поэтому мы решили узаконить отношения де-факто и превратить в де-юре, мы решили создать компанию по принципу российской ОЗК. На условиях 50 на 50 процентов – Продкорпорация и ТОО “Зерновой интервенционный пул”.

Предполагалось, что задачей ОЗК будет не зарабатывать, а не терпеть убытков – почувствуйте, в чем разница. А Продкорпорация при этом всегда будет уверена в том, что продаст зерно даже в случае, если цены обвалятся.

Впрочем, разговоры о создании ОЗК затянулись, на прошлой неделе в “КазАгро” опять возвращались к теме, но пока дальше разговоров дело не продвинулось. Возможно, потому, что для становления ОЗК требуются “длинные”, не менее чем на 10 лет, кредиты. Причем под низкие проценты.

Что касается Даулета УВАШЕВА, управляющего директора по внешнеэкономической деятельности Продкорпорации, в его высказываниях на солидных форумах не раз в прошлом году звучали “диссидентские” ноты вразрез с официальными данными об урожайности и экспортном потенциале. Он гласно ставит под сомнение оптимистичные декларации. Впрочем, в ноябре, когда мы с ним беседовали, он делился планами на будущий год. Сейчас они круто изменились и связаны, как стало известно из информированных источников, с деятельностью в одной из крупных зерновых компаний.

Марк ЭЛЬПЕРИН, руководитель аппарата НК, также не скрывал осенью раздражения и даже возмущения по поводу “продразверстки”, которая велась осенью под эгидой “Продкорпорации”. Так что уход этих топ-менеджеров не был таким уж неожиданным, как об этом сегодня говорится. Скорее, предсказуемым. Может, устали “приноравливаться” и “выкручиваться”? И молиться сразу двум “богам” – обеспечению продбезопасности и обязательной прибыльности АО?

Уход сразу трех таких “китов” не мог, конечно, не сказаться на деятельности нацкомпании, хоть сегодня и утверждают, что Продкорпорация “работает в штатном режиме”. Впрочем, по мнению министра сельского хозяйства Ахылбека КУРИШБАЕВА, Руслан Азимов очень много сделал для развития Продкорпорации, и она “хорошо работает именно как система”.

Главный аграрий страны уверен, что никакого коллапса при подготовке весенне-полевых работ не произойдет.

Однако участники зернового рынка надеются на перемены. На смену стратегии работы главного зернового оператора, на его более прозрачную и обращенную к интересам зернопроизводителей работу.

Дожить бы до нового урожая…

Зернопереработчики сегодня бьют тревогу: объемы экспорта упали до уровня 2006 года, практически в 5 раз. Мало того что зерно дорогое, есть небезосновательные сомнения в том, что оно вообще в наличии – в том количестве, о каком заявляли и Минсельхоз, и “КазАгро”. Не стало в стране четкого, объективного учета на рынке зерна. Агентство по статистике сначала упразднило обязательную прежде для всех хозяйств форму отчетности 24 СХ (по реально выращенному зерну) и ограничивается выборочными проверками. В итоге достоверной картины не знает никто.

Видимо, вновь придется Продкорпорации изобретать многоходовые схемы продаж и покупок, “приноравливаться” и “изворачиваться”. Или коренным образом менять правила игры на зерновом рынке.

Астана