Иностранцы боятся, что останутся без яблок. А мы – нет!

– Вчера я был в горах, подошел к яблоне-патриарху, которой 300 лет. Мы сделали ментальное подношение, и она дала добро на проведение конференции. 300-летняя яблоня цветет как невеста на выданье. Там просто божественная атмосфера! – это романтичный отрывок из выступления председателя совета попечителей Международного фонда сохранения яблони Сиверса Рашита САРСЕНОВА.

Поэт, государственный и общественный деятель Олжас СУЛЕЙМЕНОВ вспомнил, как в детстве ел громадные яблоки, вдыхал их аромат:

– Прочитал, Казахстан по индексу счастья занимает седьмое место. Думаю, мне, как коренному алматинцу, помогает быть счастливым сознание того, что Бог впервые увидел яблоню здесь, на нашей земле.

От лирики участники пресс-конференции перешли к просмотру фильмов французского режиссера-документалиста, биолога Катрин ПЭКС. Он посвящен природе, друзьям, а главное – известному казахстанскому ученому, “отцу яблок”, чей семидесятилетний труд на вес золота, – Аймаку Джангалиеву. Он был организатором многих научных исследований, экспериментов. Путем кропотливой работы, наблюдений отобрал из природы наиболее ценные сорта по вкусовым качествам, устойчивости к болезням, вредителям и создал уникальный коллекционный фонд (“Яблоневая страсть академика Джангалиева”, “КАРАВАН” от 11.07.2014 г.). Яблоневая страсть академика Джангалиева

“Яблоня Сиверса – золотая жила”

Специально из Калининграда на конференцию приехала вдова Аймака Джангалиева – плодовод, кандидат сельхознаук, профессор Татьяна САЛОВА.

– Проблема настолько острая, что если мы не предпримем никаких попыток, то скоро и спасать будет нечего, – говорит Татьяна Николаевна. – Яблоня Сиверса – золотая жила.

Иностранцы приезжают, потому что поняли: если не будет яблони Сиверса, яблочная индустрия, которую сейчас в мире лихорадит, вообще исчезнет.

Да, в единичных экземплярах яблоня встречается в Китае, Кыргызстане, Узбекистане, у нас же был лес! Сейчас нужно ехать в Тау-Тургень, высоко в горы. Остальные ареалы обитания исчезают. Строятся дачи, коттеджи, раньше яблони рубили на дрова – все сказалось.

Научных программ по изучению, сохранению нет

Доктор биологических наук профессор Наталья ОГАРЬ много лет занимается изучением сохранности лесов.

– После смерти Аймака Джангалиева прошло десять лет, с тех пор мало научных исследований по яблоне, – говорит Наталья Петровна. – К сожалению, никаких научных программ по линии министерства сельского хозяйства нет. По линии министерства образования и науки ученые получают небольшие гранты, что-то выполняют. Некоторые работы хорошие, другие – слабые, сказывается недостаток финансирования.

Я много времени уделяю созданию, расширению особо охраняемых территорий Казахстана. Мы свои проекты доводим до постановлений правительства. Поставили задачу – лучший ареал яблони Сиверса, естественные леса взять под охрану в составе нацпарков, заповедников. Например, скоро выйдет постановление правительства о Тарбагатайском национальном парке. Хрен нам, а не яблоки!

Шесть лет назад создали Жонгар-Алатауский парк. Когда там прекратили выпас скота, яблоня стала расти сама. Вот простой фактор.

В целом риски для яблони самые разные: это загрязнение воздуха, выбросы, урбанизация, сокращение естественного леса. И мощный фактор – изменение климата в сторону потепления, уменьшение количества осадков. Но нужен серьезный мониторинг, научные исследования. Еще в 70-х годах Джангалиев обозначил площади лесов по всем горным хребтам и системам, и до сих пор все ссылаются на них. Прошло пятьдесят лет!

– У меня сложилось впечатление, что зарубежные ученые больше обеспокоены ситуацией, чем наши чиновники…

– В том-то и дело. Только из США приехали на конференцию пять человек. Они владеют ситуацией и понимают проблему. Опасаются, что останутся без яблок. Приехали два итальянца, без приглашения. Занимаются выращиванием культурных сортов и переживают за свой бизнес.

А у нас своих ученых не слушают, верят тому, что кто-то из-за рубежа скажет…

Между тем драгоценное время уходит!

Алматы