Как пацифист Вячеслав Кобрин боролся за закрытие Семипалатинского полигона

Он – простой горожанин, еще в 1980-х выходил на центральные площади не только Семипалатинска, но и Москвы с плакатами и лозунгами, призывающими прекратить ядерные испытания. Поэт, не побоявшийся публично заявить, что все жертвы Семипалатинского полигона, независимо от даты рождения, приговорены жить только под одним созвездием – Рака. Отец, который потерял одного из двоих сыновей, умершего от онкологического заболевания. Пацифист, который не боялся угроз. Орденоносец и романтик, который верил в силу любви и был заплеван слухами о психической неполноценности.

Дед Мороз-песенник

В 2000-х Вячеслав Григорьевич заходил в редакции городских газет, громогласно оповещая сразу всех:

– А вот и Дед Мороз пришел!

Статный старик с роскошной белоснежной бородой и впрямь был похож на сказочного новогоднего Деда. Певуче называл всех сотрудниц внучками-снегурочками, скрывал улыбку в бороде и доставал, как подарки, листы с собственными сочинениями. Почти в каждом лирическом стихотворении, которые писал на протяжении всей жизни, он признавался женщинам в любви, воплощая в слова то, что обычно мужчине выразить не по силам. Не случайно более 60 стихов Кобрина стали песнями – легкие, не перегруженные сложной строфикой, они легко ложатся на музыку.

Не имея ни компьютера, ни графических устройств, Вячеслав Григорьевич умудрялся на своих рукописях рисовать силуэты персонажей, а нередко вклеивал между строчек вырезки из журналов, создавая коллажи. Глядя на этого улыбавшегося и легко шутившего седовласого мужчину, трудно было поверить, что он был одним из первых борцов за прекращение ядерных испытаний в Казахстане, ради чего рисковал репутацией и жизнью. Семипалатинский полигон: история в документах

И один в поле воин

Вплоть до 1987 года никто не решался открыто говорить о воздействии ядерных испытаний на организм человека. Семипалатинских школьников обучали на уроках поведению в случае ядерной атаки, проводили учебные посещения бомбоубежищ, но никто не признавался, что атаки были не потенциальными, а реальными и постоянными.

И вот конце 1980-х на семипалатинскую центральную площадь начал выходить мужчина с неизменным листом из плотной бумаги с надписью: “Нет! Ядерным взрывам!”. Его прогоняли, но через несколько дней он приходил вновь.

А оказавшись в командировке в Москве, Вячеслав Кобрин вышел с таким же плакатом и на Красную площадь. Что заставляло обычного, казалось бы, человека совершать столь смелые поступки? Сам Вячеслав Григорьевич не раз отвечал:

– Тревога за будущее детей, за здоровье людей, живущих вокруг полигона. Ведь когда ядерную бомбу взрывают, мириады радионуклидов вонзаются в людские тела, разрушая, уродуя живые клетки, обрекая на страшные болезни и мучительную кончину семипалатинцев, павлодарцев, устькаменогорцев, карагандинцев. Конечно, время было не сталинское – это уже была эпоха перестройки. Но мне рассказали, что на одном из заседаний Семипалатинского обкома среди прочего прозвучало и предложение избавиться от меня даже в физическом смысле, – вспоминал Кобрин. Мертвая земля

Он не раз писал тогдашнему главе СССР Горбачеву, предлагая создать в ядерном регионе антиядерное движение.

6 мая 1987 года на Семипалатинском полигоне был произведен мощнейший взрыв, и произошла утечка радиационных выбросов. Невидимое смертоносное облако пошло на областной центр.

Парадоксально, но именно в этот день спустя несколько часов после взрыва был создан Семипалатинский комитет по защите мира, а Вячеслав Кобрин избран его председателем.

Только что созданному комитету много помогал председатель Советского комитета защиты мира Генрих БОРОВИК, с которым Кобрин был хорошо знаком. Боровик во всесоюзных масштабах озвучивал обращения и требования о прекращении ядерных взрывов, организовывал передачу пострадавшему городу медицинского оборудования, сам приезжал в Семипалатинск.

Но это не означало, что стало легче. Неугомонному Кобрину устроили настоящую травлю, когда в ходе выборов Вячеслав Григорьевич выставил свою кандидатуру в депутаты Верховного Совета СССР, пытаясь составить альтернативу тогдашнему первому руководителю Семипалатинской области.

Кобрину в лицо заявляли, что он подрывает обороноспособность СССР. Еще бы! Ведь семипалатинцы создавали ядерный щит всей огромной державы. Поэтому была запущена сплетня, что у пацифиста нездоровая психика.

Слухи эти, к слову, живы и до сих пор. Но тогда власть предержащим показалось и этого мало. 24 февраля 1989 года Кобрина сместили с должности председателя Семипалатинского комитета по защите мира.

Семипалатинский гороскоп

Так случилось, что за несколько дней до этого события на полигоне во время подземного взрыва ядерной бомбы в очередной раз случилось ЧП, и вновь произошла утечка радиоактивных газов.

– Сидя дома, я думал о том, как отра-зится это на всех нас. Но буквально на следующий день, 25 февраля, кандидат в депутаты Верховного Совета СССР, поэт Олжас СУЛЕЙМЕНОВ рассказал о происшедшем и заявил о необходимости закрытия ядерных полигонов во всем мире, – рассказывал Вячеслав Кобрин.

Так появилось международное антиядерное движение “Невада – Семипалатинск”. И эту мощь уже невозможно было остановить. Кобрин вошел в состав движения. А уже после закрытия Семипалатинского полигона Советский комитет защиты мира наградил поэтов, Олжаса Сулейменова и Вячеслава Кобрина, медалями “Борцу за мир”.

В 1995 году Вячеслав Григорьевич был избран членом республиканской Ассамблеи народа Казахстана. А в 1999 году глава государства Нурсултан НАЗАРБАЕВ лично вручил Кобрину орден “Курмет”. В том же году ветеран-пацифист был удостоен звания “Почетный гражданин Семипалатинска”.

При этом поэт продолжал писать стихи, им был выпущен сборник “Семипалатинская трагедия”. Главная задача – прекратить испытания – была выполнена, но последствия ядерного воздействия остались. И Кобрин писал о боли тех, для кого семипалатинский гороскоп стал приговором.

Здесь кладбища от перегруза стонут,

им не дают ни дня на передых:

здесь без конца хоронят и хоронят,

и в основном хоронят молодых…

Здесь ощутимо излученье мрака.

Несправедливо как устроен свет:

мы умираем под созвездьем Рака,

для нас других созвездий просто нет…

Никто не забыт?

Наша последняя встреча с поэтом-пацифистом произошла в конце 2007 года. Вячеслав Григорьевич зашел ко мне и посетовал: устал, несколько часов простоял в очереди у энергетиков, чтобы оплатить счета и штраф. Незадолго до этого почти месяц провел в больнице и на 5 дней просрочил оплату электроэнергии. Несмотря на заслуги и обстоятельства, электрики обрезали проводку в квартире почетного гражданина города Кобрина. На изумленный вопрос, как же так, Вячеслав Григорьевич отмахнулся:

– Людям свойственно все забывать. А может, и не знали. И это правильно: мы боролись за жизнь, а новые поколения ничего не будут знать о ядерном безумии.

Таким он и запомнился: с авоськой в руках, приготовленной для покупок на рынке, и с болью в глазах. 5 января 2008 года Кобрина не стало…

Ежегодно 29 августа в Международный день действий против ядерных испытаний в Семее проходят антиядерные митинги. Не стал исключением и нынешний год. Состоялось традиционное возложение цветов к подножию монумента, посвященного жертвам ядерных испытаний, и было сказано немало слов о том, что нельзя забывать об этой боли казахстанцев.

А что же борец за прекращение ядерных испытаний Вячеслав Кобрин? В год его смерти семейское общественное движение “Поколение” предложило назвать именем ветерана антиядерного движения одну из городских улиц.

Но по закону, присвоить улице имя человека можно не ранее чем через 5 лет после его кончины. К тому же, тогда действовал мораторий на переименования. Так инициатива и осталась без результата. А сегодня уже никто и не вспоминает о том, что на карте Семея могла бы появиться улица с именем поэта-пацифиста, который смог доказать, что в борьбе против ядерных испытаний и один может стать в поле воином.

Семей