Полный "бензец"

Но в Шымкенте, которому «посчастливилось» оказаться в эпицентре казахстанского «бензеца», и в котором на минувшей неделе наблюдалось просто паломничество всевозможных высокопоставленных чиновников, так или иначе связанных с кризисом, прозвучали и некоторые новые мысли по данному поводу.
Никто ничего не знал
Один из владельцев АЗС, пожелавший остаться неизвестным:
«Перебои с поставками бензина у нас в ЮКО происходят периодически, особенно накануне посевных работ. Естественно, в такие периоды цены на бензин и ГСМ начинают «скакать». Поэтому и на этот раз мы вначале особо не обратили внимания на сокращение поставок. У нас на АЗС были свои запасы топлива, которыми мы некоторое время и восполняли недопоставки бензина от нефтепроизводителей. Но потом запасы кончились, а «кран» от НПЗ и вовсе закрылся. Вот тогда и начался бум…».
Ислам Абишев, первый зам акима ЮКО:
«…Мы до последнего момента не знали о наступающем дефиците бензина в области. Мониторинг Шымкентского НПЗ имеют право проводить только республиканские органы не ниже министерских, и «ПетроКазахстан» всегда игнорировал любые запросы наших областных органов по поводу объемов, отпускаемых в ЮКО…» (Посылать же запросы в столичные министерства, областникам было как-то не по иерархии).
Владимир Школьник, глава МЭМР:
«…Вообще-то мое министерство не занимается контролем за оборотом нефти. Экспорт и внутренние поступления нефти и ГСМ на контроле у министерства финансов…».
(Министерство же финансов, прекрасно осведомленное, что уже с сентября объем экспорта нефтепродуктов составил до 95 % от производимого в стране, нисколько не смущалось этим фактом. Ведь, как ни крути, с точки зрения налогов, экспортные операции с нефтепродукцией давали гораздо большие поступления в бюджет, нежели торговля на внутреннем рынке по ценам, гораздо ниже международных. То, что в результате этого в стране неминуемо наступал бензиновый кризис, «чистых» финансистов не тревожило).
Алиакпар Матишев, председателя комитета по защите конкуренции Министерства индустрии и торговли РК:
«…Как вы знаете, рынок нефтепродуктов является конкурентным, и цены здесь формируются на основе спроса и предложения. Регулирование конечной стоимости нефтепродуктов в принципе не допускается. Мы не вправе вмешиваться в ценовую политику немонопольных объектов. Политика комитета определена исключительно на соблюдение антимонопольного законодательства. То есть выявления фактов ценового сговора, согласованных действий между объектами предпринимательства…».
О грянувшем кризисе чиновники узнали уже, так сказать, по факту.
Ислам Абишев, первый замакима ЮКО:
«…С конца сентября, и особенно в начале октября, ситуация обострилась до предела. Почти треть АЗС в Шымкенте по причине отсутствия бензина были вынуждена просто закрыться. На тех АЗС, которые еще работали, цены на топливо возросли до 100 тенге за литр. В районах бензин доходил до 150 и выше тенге за литр…».
Владимир Школьник, глава МЭМР:
«…10 октября в 9 часов утра мне позвонил Аким ЮКО Болат Жылкышиев и сообщил, что на автозаправках юга просто катастрофически растут цены на бензин…».
Кто виноват?
Алиакпар Матишев, председателя комитета по защите конкуренции Министерства индустрии и торговли РК:
«…На рынке нефтепродуктов имеются факты согласованных действий со стороны некоторых структур, которые провоцируют рост стоимости ГСМ, и, как следствие, инфляционные процессы, как в отдельном регионе, так и в экономике страны в целом. В данной ситуации невозможно не выделить негативной роли такого крупного игрока как «ПетроКазахстан» и аффилированных с ним 12 компаний-операторов, в отношении которых уже принимаются меры…»
«…Так, для нефтепроизводителей антимонопольным агентством утвержден тариф, по которому они должны отпускать бензин АЗС для торговли в розницу. В частности, «ПетроКазахстан» должен был отпускать бензин по цене 30 тенге/литр всем компаниям, заинтересованным в отпуске бензина. Вместо этого «ПКОП» создал сеть из 12 посреднических предприятий, которым и отпускал бензин по фиксированной цене. Те же, в свою очередь, уходя от антимонопольного законодательства, продавали бензин уже почти со стопроцентной и выше накруткой. Таким образом, ПетроКазахстаном и аффилированными компаниями были созданы условия ограничения свободной конкуренции по отношению к другим операторам на рынке ГСМ.
Комитет по защите конкуренции предъявил к компании «ПетроКазахстан»» иск на возмещение государству 70 млрд. тенге, к аффилированным с «ПК» 12 операторам иск в размере 7,4 млрд. тенге…».
Владимир Школьник, глава МЭМР:
«…В этом году все три наших НПЗ переработали 11 млн. тонн нефти (это в 1,7 раза больше, чем было в 2000 году). До августа месяца во все области РК бензина на внутренний рынок поставлялось порядка на 10-15% больше, нежели в прошлом году. Однако в сентябре ситуация резко изменилась. Так, на АЗС Алматы было поставлено 42 тыс. тонн (в сентябре 2004 года поставлялось 47 тыс. тонн), в Жамбыльскую область вместо 15 тыс. тонн — 8 тысяч, Кзылорда — вместо 8,5 тыс — 5,7 тыс. тонн, в ЮКО вместо 26 тыс. тонн — 14,4 тыс тонн. Между тем рост внутреннего потребления сейчас безусловно выше прошлогодних показателей, это и привело к кризисной ситуации.
Причина в том, что все кто имеет доступ к бензину (производители ГСМ и бензина) всегда стремиться продать его туда, где больше заплатят (т.е. на экспорт). Это желание истребить нельзя, так уж устроен человек…».
Что сделано?
Владимир Школьник глава МЭМР:
«После звонка акима Жылкышиева, сообщившего о кризисе с бензином в ЮКО, правительство как никогда оперативно предприняло соответствующие меры.
Уже через полчаса было дано указание на железные дороги и таможенным службам максимально, в рамках закона сделать так, чтобы бензин не уходил за рубеж. Через сутки уже было принято постановление правительства о запрете экспорта бензина (впервые в истории РК), а также продлен запрет на вывоз дизтоплива до 1 января 2006 года. При том, что сейчас бензин вообще не уходит за пределы нашего государства, правительством еще и введена пошлина на экспорт бензина. Началась работа с нефтепроизводителями для того, чтобы в срочном порядке поставить бензин на внутренний рынок, и в первую очередь, на АЗС всех районов ЮКО. И буквально 12 октября, первые 2,5 тыс. тонн бензина было отпущено с НПЗ «ПетроКазахстан».
Ислам Абишев первый замакима ЮКО:
«…Акимат ЮКО достиг соглашения с АО «Тургай Петролиум» о поставках в область топлива по ценам в пределах 60-70 тенге/литр в зависимости от марки бензина. К 13 октября в ЮКО уже было отгружено 1200 тонн бензина, из которых 500 тонн направлено на АЗС в районы…»
Ко второй половине октября поставки топлива и ГСМ в ЮКО ориентировочно достигли объемов докризисного периода.
В результате цены на бензин на АЗС Шымкента снизились, составив в среднем для АИ-80 — 60 тенге/литр, для АИ 96 — 76-78 тенге/литр.
В то же время, эти расценки по-прежнему остаются примерно на 3-4 тенге выше цен на бензин к началу сентября (до кризиса).
Что нам ждать, или куда девались 3 тенге?
По уверению Владимира Сергеевича Школьника, 17 октября он приехал в Шымкент именно для того, что бы найти — откуда взялись эти 3-4 тенге после кризисной накрутки.
«Мы сейчас бросили все ресурсы на пополнение внутренних запасов ГСМ в стране. Путь решения проблемы мы видим только один — надо насытить внутренний рынок, создать условия, при которых предложение будет превышать спрос. Это так называемая нетарифная мера регулирования стоимости ГСМ. В общем-то это сейчас уже сделано.
Мы подробно разбирались, почему все-таки цены на ГСМ на юге, хоть и опустились, но все равно остаются выше на 3-4 тенге по сравнению с началом сентября. Ведь отпускная цена с НПЗ фиксированная, поставки на внутренний рынок идут в полном объеме. На своих встречах с руководителями АЗС ЮКО они уверили меня, что им вполне рентабельно работать, если к отпускной заводской цене они будут добавлять только по 4 тенге за литр. Тогда, следовательно, цена уже должна прийти к уровню сентября, но этого не происходит! Я обращаюсь к владельцам АЗС, руководству нефтеперерабатывающих заводов, всех других заинтересованных органов и лиц с вопросом — что же надо сделать, чтобы вернуться к докризисным ценам?»
Впрочем, на вопрос — почему же после всех усилий, в ЮКО цены остались «с хвостиком», сам Владимир Сергеевич и ответил.
Оказалось, что когда наступил бензиновый кризис, которому многие эксперты и аналитики пророчили достаточно долгую жизнь, напуганные владельцы автозаправок стали экстренно запасаться бензином любыми путями и по любой цене. Так, южно-казахстанцы покупали бензин по завышенным ценам в Алматы и Таразе, алматинцы везли ГСМ с северных регионов, где также стоимость бензина постоянно накручивалась всевозможными перекупщиками.
В результате на АЗС юга все же был произведен запас ГСМ, но по ценам кризисного периода (т.е. на 50-70 % выше, нежели цены в сентябре).
И когда, после запрета на экспорт, бензин с казахстанских НПЗ пошел на внутренний рынок по фиксированным ценам, владельцам АЗС просто некуда было закачивать его. Накопители АЗС были заполнены «дорогим» бензином. И владельцам АЗС теперь просто необходимо продать этот «кризисный» бензин по завышенным ценам. В противном случае АЗС оказались бы в полном «пролете». Таким образом, произошла патовая ситуация, когда дешевый бензин оказался не нужен, (по крайней мере в ближайшее время) в первую очередь самим АЗС.
Вообще, по некоторым данным, кризис с бензином, оказавшийся разорительным для одних АЗС, был просто золотым дном для других сетей автозаправок, где сумели сориентироваться в ситуации. В конце концов, почему и кто конкретно виноват, что стоимость бензина на АЗС возрастала на 100 %, ответа так и не нашлось. Вряд ли конечно даже самые крупные компании АЗС могли инициировать такой «бензец». Но в период кризиса некоторые АЗС попросту воспользовались ситуацией, и быстренько соорудили «накрутку», которая подхлестнула ажиотаж.
Владимир Школьник заверил, что правительство и министерства примут все меры к тому, чтобы эхо бензинового кризиса прекратилось в ближайшее время. По уверению главы МЭМР в ближайшее время цены на бензин вернутся к сентябрьским показателям, и ситуация с внутренним рынком ГСМ уже будет находиться под пристальным наблюдением правительства и министерств.
Во всяком случае, до 1 января 2006 года.