За помидорами следит почти весь госаппарат: почему список СЗПТ хотели отменить, но в итоге расширили

Логика вроде бы понятна: цены растут, покупатели нервничают, государство усиливает присмотр. Но зачем нужно было расширять список, от которого власти еще недавно собирались отказаться? Caravan.kz направил запрос в Минторговли и получил ответ, который вызвал еще больше вопросов.

Хотели уходить от списка, но сделали его длиннее

Напомним, что в сентябре прошлого года министр торговли Арман Шаккалиев на брифинге в правительстве называл социально значимые продовольственные товары (СЗПТ) пережитком прошлого. Мол, мы диктуем производителям, какую цену надо ставить, какие торговые надбавки делать. Все эти меры совсем не рыночные. Тогда он объявил, что от списков страна должна переходить к адресной помощи через цифровые продовольственные ваучеры. И сообщил, что в Акколе, Кокшетау и Павлодаре уже запущены пилотные проекты по этим инструментам.

В общем, списки собирались отменить, но потом неожиданно для всех дописали. Причём так, что этот перечень расширился аж на 12 пунктов. Зачем? Этот вопрос Caravan.kz прямо задал Министерству торговли и интеграции.

В ответ ведомство заявило: «Расширение перечня СЗПТ связано прежде всего с усилением стабилизирующего эффекта на более широкую группу товаров, оказывающих наибольшее влияние на продовольственную инфляцию и потребительские расходы населения».

Если перевести с чиновничьего на человеческий, то смысл примерно такой: старый список уже не закрывал реальную боль покупателя. Цены росли не только на те продукты, которые государство раньше считало социально значимыми. Поэтому перечень пришлось расширить.

В долгосрочной перспективе, как объясняет министерство, государство хочет постепенно уйти от прямого регулирования цен. Но пока отпускать их не могут.

Старый список был слишком маленьким для большой инфляции

Дальше министерство привело интересные цифры. С начала года в структуру расчета индекса потребительских цен по продовольственным товарам включено 170 товарных позиций. А государственное регулирование исторически распространялось только на 19 из них. Это давало около 11 % охвата и, как признает само ведомство, ограничивало влияние механизма СЗПТ на общую динамику цен.

После расширения перечня до 31 наименования охват продовольственной инфляции вырос с 11 % до 24 %. То есть государственный зонтик над продуктовым рынком раскрыли шире. Но дождь все равно идет по всей продуктовой поляне.

При этом министерство подчеркнуло, что речь не идет о пересмотре продовольственной корзины. Это лишь «механизм ценовой стабилизации наиболее чувствительных товаров для населения».

Но обычный покупатель в магазине такими тонкостями не живет. Он стоит у полки и просто видит сыр, который опять подорожал. И если государство добавило его в социально значимые товары, то этот продукт уже давно перестал быть роскошью. Теперь это обычная еда. А если это обычная еда, то не пора ли положить её в корзину? В ту самую, по которой рассчитываются соцвыплаты?

Временная мера без даты окончания

Теперь переходим к самой важной части ответа. По словам министерства, само существование перечня СЗПТ – это временная мера. Нужна она, как объясняют в ведомстве, для «усиления контроля в условиях ценовой нестабильности».

Хочется спросить, а когда у нас на продовольственном рынке была та самая стабильность, при которой можно было спокойно выдохнуть и убрать список СЗПТ в архив? И что именно должно произойти, чтобы государство решило, что всё, рынок справляется сам, можно больше не держать его за рукав?

Как известно, в мире нет ничего более постоянного, чем временное. Сначала для списков введут переходный период, потом этот период может затянуться, а потом будет неловко спрашивать, когда он вообще закончится.

И если перечень СЗПТ действительно временный, то нужны понятные критерии выхода из этого механизма. При какой инфляции его начнут сокращать? После какого периода стабильных цен? По каким товарам? Кто и как решит, что механизм больше не нужен? Таких критериев, похоже, нет.

Может, нужно честно сказать: «Отказаться от СЗПТ не получается, потому что инфляция все еще бьет по массовым продуктам. А механизм ваучеров пока не готов».

Ваучеры: идея интересная, но маленький масштаб

Давайте разберемся: что за ваучеры такие? Идея здесь в том, чтобы не держать цены для всех подряд, а помогать адресно, тем, кому действительно тяжело. Мол, зачем регулировать весь рынок, если можно поддержать конкретную семью.

Министерство отметило, что пилотный проект сейчас продолжается в Кокшетау и Акколе. Получатели адресной социальной помощи могут покупать социально значимые продукты по сниженным ценам. За время пилота сформировано 360 цифровых ваучеров. Ведомство отмечает, что это позволило отработать полный цикл — от начисления ваучера до его использования при покупке.

Ваучер предоставляется через «Социальный кошелек» в eGov Mobile. Размер рассчитывается индивидуально, на каждого члена семьи предусмотрено по одному месячному расчетному показателю. В пилотной модели получатели АСП могут покупать СЗПТ со скидкой до 15 %.

Сама идея выглядит логичной. Но масштаб пока, мягко говоря, скромный — всего 360 ваучеров. Для пилота — нормально. Для Казахстана — пока очень мало.

И здесь возникает главный вопрос. Если цифровые ваучеры должны стать альтернативой устаревшему списку СЗПТ, почему тогда этот перечень, наоборот, расширяется?

Штрафов стало больше. Стало ли легче покупателю?

Министерство утверждает, что расширение перечня СЗПТ дает свои результаты. С января по май текущего года цены на СЗПТ выросли на 1,6 %, за аналогичный период прошлого года рост был 6,2 %. По расчетам ведомства, темпы роста замедлились в 3,9 раза. Кроме того, четвертый месяц подряд снижается годовая продовольственная инфляция: с 13,5 % в декабре 2025 года до 11,3 % в апреле 2026-го.

Но замедление роста цен — это не то же самое, что снижение цен. Это значит, что продукты продолжают дорожать, просто уже не так быстро, как раньше. Для экономиста это хороший сигнал. Для семьи, которая считает тенге до зарплаты, радость получается умеренная.

После расширения перечня СЗПТ государство усилило контроль за 15-процентной торговой надбавкой. По данным министерства, с начала года за ее превышение вынесено 1628 административных штрафов на общую сумму 52 млн тенге. Это уже 55,8 % от уровня всего 2025 года. Для сравнения, за весь прошлый год было 2913 постановлений, в том числе 1743 штрафа на 57,1 млн тенге и 1170 предупреждений.

Есть и важная деталь. С 13 марта 2025 года предупреждение за первичное нарушение заменили штрафом — от 5 до 150 МРП в зависимости от категории бизнеса. То есть государство перешло от воспитательного процесса к реальным наказаниям.

Контроль усилился. За ценами следит весь госаппарат

Расширение списка СЗПТ автоматически расширило и фронт контроля. Одно дело следить за 19 товарами, другое — за 31. Когда под регулирование попадают уже не только хлеб, крупы и яйца, но еще мясо, рыба, сыр, сметана, овощи, фрукты и чай, государству приходится внимательнее смотреть не только на ценник, но и на весь путь продукта до полки.

В министерстве признают, что нагрузки стало больше, но критической ее не считают. Работа, как говорится в ответе, организована в межведомственном формате. В процесс вовлечены акиматы, территориальные департаменты торговли, комиссии по посредническим схемам, антимонопольщики, госдоходы, санитарные службы, правоохранители и даже чрезвычайные службы. В общем, если помидор слишком сильно подорожал по пути к покупателю, то за его маршрутом смотрит почти весь государственный аппарат.

Эти группы выезжают на рынки и в торговые объекты, проверяют торговые надбавки и ищут непродуктивных посредников. Отдельно Минторговли вместе с Комитетом госдоходов проводит хронометражные обследования оптовой и розничной торговли, чтобы «снизить теневой оборот, повысить прозрачность и обеспечить полноту налоговых поступлений». Проще говоря, государство отслеживает, кто сколько продает, через какие цепочки и где именно цена начинает пухнуть.

Но самое интересное — это цифровой контроль. В министерстве сообщили, что при анализе электронных счетов-фактур используются big data и элементы искусственного интеллекта. С начала года проверили 5148 товарных цепочек, и по 2504 из них выявили риски нарушения законодательства. Это почти половина! А если подозрения возникают почти по каждой второй цепочке, быть может, проблема в самой системе движения продуктов?

Материалы по таким цепочкам направляют в региональные комиссии. Нарушителей наказывают. Но для покупателя главный вопрос остается прежним: когда все эти комиссии, проверки, big data и искусственный интеллект начнут ощущаться не в отчетах, а в его кошельке?

Что же получается? Государство вроде бы говорит, что не хочет регулировать цены, но при этом все глубже заглядывает внутрь продуктовой цепочки. Возможно, без этого сейчас нельзя. Но если покупатель не увидит, что мясо, яйца и молоко стали дешевле, то для чего всё это?